Глава 7. Испытание

Тэя

Те ощущения, когда Дарьяр вжался в мое тело, припечатав к стене… Ноги все еще дрожали, когда отпустил. А ему все шуточки! Рефлекс у него, видите ли, выработался! По рефлексу бы ему коленом, наглецу!

Но я обо всем моментально позабыла, когда увидела это чудо — гудящее пламя, бьющее в потолок. Ничего красивее никогда в жизни не встречала! Зачарованная Драконьим огнем, даже не заметила, как пошла к нему, не в силах устоять перед Зовом. Но Дарьяр успел перехватить, обхватив сзади за талию.

— Что вы творите, Тэя? — срывающимся голосом прошептал он. — Оно же за мгновение могло вас. — Мужчина не договорил и так стиснул меня, что только ойкнуть смогла.

А потом в груди будто поселился такой же огонь.

— Дарьяр! — задохнулась, изогнувшись всем телом. — А-ах! Что это?!

— Тэя? — он развернул меня лицом к себе и встревоженно вгляделся в лицо. — Что с вами?!

— В груди. — едва смогла выдохнуть.

Руками накрыла грудь. Воздуха не хватало. Жжение внутри нарастало, словно сердце превратилось в сгусток пламени, которое разрасталось, стремясь вырваться на свободу из тисков наскучившей ему смертной оболочки.

Ноги подкосились, я повисла на руках Севаста. Он опустился на колени, прижимая меня к себе, и рванул тесьму корсажа, освобождая от него мое тело. Прочь полетели и застежки, и ленты. Последней мужчина сорвал кружевную накидку.

И замер, глядя в мое декольте.

Серьезно?! Нашел время! Вот ведь бабник, да как совести только хватает в такой момент, когда…

Я опустила глаза и тоже замерла — глядя на амулет рода Серпентов, который пылал так, словно обратился в огонь. А в центре. Пусть мне это кажется, пожалуйста! Смежила веки, как смогла, плотно. Открыла. Нет, это на самом деле — в центре оберега красный глаз с желтой иглой зрачка! И он. живой!!!

— Ч-что это?! — прохрипела я, в ужасе глядя на.

Как это вообще назвать? Взбесившийся амулет? И ведь лежал на груди спокойно столько времени, никаких признаков жизни не подавал! И тут, на тебе, диоптрии вдруг прорезались!

— Не знаю, Тэя, — рассеянно ответил Дарьяр, не сводя взгляда с ожившего раритета.

А кто должен знать?! Это оберег твоего рода или как?!

— Попробую снять. — Мужчина протянул руку.

Я поймала себя на мысли, что радуюсь этому. А вот амулет, впрочем, моей радости не разделял. Сначала драконье око сощурилось. Хотело, наверное, напугать и дать понять, что задуманное — плохая мысль.

Рука Дарьяра замерла над ним. Но он посмотрел на меня, стиснул зубы и взял оберег. Но через секунду вскрикнул и выронил.

— Что? — я подалась вперед.

— Обжегся, — пробормотал мужчина, скривившись.

Он потряс рукой. Я перехватила ее и посмотрела на кончики пальцев — так и есть, ожоги! Будто в огонь сунул.

— Простите, — сорвалось с моих губ.

— Вы не виноваты, — Дарьяр с опаской глянул на оберег, который довольно моргал.

— Но меня не обжигает. — Прошептала я, вообще ничего не понимая.

— И на том спасибо, — отозвался Севаст. — Хотя это оберег моего рода, — с обидой покосившись на амулет, прошипел дракон. — Видимо, у вас на груди ему нравится больше. В чем-то я его понимаю.

Я осторожно встала на ноги. Жжение в груди начало стихать. А когда отступила от столба огня на несколько шагов, вообще исчезло. Еще пара метров — и око закрылось.

— Уф, — вздох облегчения вырвался из груди — странно, что без дыма, ведь по ощущениям, там все горело еще совсем недавно.

— Как вы? — Севаст попытался притянуть меня к себе.

— Не наглейте, вдруг укусит, — усмехнулась я.

— Да хоть оба вместе с амулетом грызите, не отпущу! — он ухмыльнулся и, все же обняв меня, замер.

А мне совершенно не хотелось вырываться.

— Это и была та самая проверка? — прошептала я, слегка отстранившись и заглянув в лицо дракона, на котором сияла такая нежная улыбка, что сердце замерло. Что ж, если замирает, значит, не сгорело.

— Вот какого вы мнения обо мне? — попенял мужчина. — Нет, вовсе не это имел в виду. — Дарьяр прислушался. — Что там опять?

Я последовала его примеру. Да, снова звук шагов. И он приближается.

— Не усыпальница, а проходной двор! — прошипел дракон и, вновь схватив меня в охапку, оттащил в соседний коридор.

— А почему мы от всех прячемся? — с запозданием возмутилась я.

На самом деле, почему?

— Потому что если в вас есть магия огня, то вас убьют, Тэя.

— Это плохая шутка, Севаст!

— Это правда. Тссс.

Мысли заметались в моей голове. Поглощенная ими, даже не сразу заметила вошедших в зал. Ого, а ведь это Феррат и Джемма! Они такие разные! Он — толстяк с одышкой и одутловатым лицом, она — нимфа с изящной фигурой и удивительно красивыми глазами. Но ведь любят друг друга, это видно сразу.

— Влечет меня к нему, понимаешь? — задумчиво глядя на столб огня, сказал король. — Ночью просыпаюсь, потому что — зовет. Хожу сюда, как дурак, стою, смотрю на него. Может, у меня уже кукушка того, поехала, а, Джемма?

— Может, — она кивнула. — Но коли так, то что? Ты правитель, любое твое желание — закон. Захочешь, издашь закон, чтобы все сюда ходили, каждый день. И будут ходить!

— Будут! — он расплылся в довольной улыбке. — Никуда не денутся!

— Съездил бы ты в обитель, — предложила женщина. — Там еще остались, говорят, сильные наставницы. Хоть и древние уже, а после разговора с ними и у сумасшедших разум проясняется.

— Где ж такие? Думал, извели все их племя под корень.

— Извели. Но от корня всегда новые побеги отходят.

— Нет, не дело королю по таким местам шататься.

— Как хочешь. — Джемма взяла его за руку. — Но ежели короля кошмары мучают, любое средство применить не зазорно!

— Никому не признаюсь, только тебе. — Помолчав, сказал монарх. — Зов огня — полбеды еще. Каждую ночь ведь одно и то же еще снится — что выходит из этого пламени мужчина.

— Как интересно! И каков он собой?

— Красавец, и нашего Севаста за пояс бы заткнул, так хорош. — Феррат усмехнулся. — Глаза дракона, язык раздвоенный, мышцы играют. Подходит он ко мне и… — голос короля дрогнул. — Вот знаешь, молчит, а я понимаю — убьет. Я для него — муха, букараха никчемная. И такой страх мне сердце сжимает, что каждый раз думаю — все, помираю!

— Это может быть просто сном. Со временем пройдет. Попрошу у лекаря снотворного тебе сварить. Будешь вообще без снов спать.

— Хорошо придумала, — Феррат кивнул.

— Но если и дальше продолжишь ночью вскакивать, силой отвезу, учти. И к себе не подпущу, пока не побываешь у целительницы!

— И думать забудь! Эко придумала, междуножьем мужика шантажировать!

— Это по-другому называется, — она ухмыльнулась и что-то прошептала ему на ухо.

— Бесстыдница, — он крякнул, но прижал ее к себе. — А ну-ка, еще что-нибудь грязное скажи, развратница!

— Слушай, — Джемма рассмеялась и снова зашептала ему на ухо непристойности.

— И ведь пробудила во мне удаль-то молодецкую! — Феррат запустил руку ей под платье.

Я вспыхнула, отвернулась и спрятала лицо на груди Дарьяра. Зал наполнился звуками, которые мне подслушивать вовсе не хотелось. Ровным счетом, как и представлять, что там происходит. А ведь это интересно — как он с таким животом.

Тьфу, не хочу это видеть, даже в воображении, ни за что!

— Идемте, Тэя, — сжалился Севаст.

Мы отступили вглубь коридора и по нему вышли к лестнице.

— А как же проверка? — спохватилась я.

— В следующий раз. После сегодняшнего уже не уверен, что нам вообще нужно это знать.

— Это мне решать! — моя душа наполнилась раздражением. — Не вам!

— Но защищать вас — мне! — отрезал мужчина. — И поверьте, я это сделаю. Любой ценой!