Глава 7. Поверь мне

Дарьяр

Так соскучился по ней! Я вошел на кухню и замер, лаская взглядом до боли знакомые черты. Что же ты со мной делаешь, мучительница моя любимая! Извелся весь вдали от тебя, чуть не сбрендил. Знаю, заслужил, во всем сам виноват. Но как вымолить твое прощение? Убедить не совершать эту ошибку? Довериться мне? Все сделаю, чтобы ты не пожалела потом!

— Тэя! — я шагнул к девушке, когда Матильда ушла.

— Уходите, Дарьяр! — жестко ответила она.

— Выслушай меня, умоляю!

— Поздно уже что-то говорить. Завтра я стану женой Михаэля.

— Будь честна хотя бы с самой собой! Ты же его не любишь! Оба будете несчастными в таком браке! Тэя, зачем?

— С чего вы вообще взяли, что имеете право учить меня жизни, господин Севаст? — зло прошипела она, подойдя ближе.

Аромат волос окутал дурманящим облаком. Прежде, чем понял, что делаю, я рывком прижал ее к себе и, не позволив вырваться, завладел губами. Какое же это волшебство! Словно с самого дна океана поднимался, чтобы сделать спасительный вдох!

Мучительница моя, не могу без тебя!

Все еще отталкивая, уперевшись руками в грудь, телом девушка сама прильнула ко мне. Наш огонь слился воедино, заставляя постанывать. Живу тобой, дышу твоей любовью, желанная моя!

Тяжело дыша, Тэя уткнулась лбом мне в грудь, которая ходила ходуном. Прижался щекой к ее волосам, утопая в блаженстве и нежно поглаживая спину девушки. Я, в самом деле, неправильный дракон, моя Истинная — человек. Ну, и пусть! Я нашел ее и никому не отдам! Пусть весь мир встает между нами, любые преграды сокрушу, на все пойду, лишь бы она вот так замирала в моих объятиях, ни о чем не думая, просто тая от удовольствия!

— Умоляю тебя, поверь мне, — срывающимся голосом прошептал я.

— Дарьяр… — всхлипом совалось с губ Тэи. — Ты все так запутал! Устала…

— Подожди, — протянул руку, не выпуская любимую из объятий, толкнул дверь. — Тебе тяжело верить мне, понимаю, тогда выслушай его.

На кухню вошел Лерой.

— Уж не думал, что придется этому гаду чешуйчатому помогать, — хмыкнул он, кивнув на меня. — Так что можешь быть уверена, Тэя, все сказанное правдой будет.

— Г овори уже, — тихо прошептала она.

— Я конюхом во дворце заделался, помнишь? — начал рыжий. — Так вот, слуг никто не замечает, сама знаешь. Мы для этих дворянчиков, — вновь последовал кивок в мою сторону, — пустое место.

— По делу давай. — Я стиснул зубы.

— Не торопи, а? Так вот, на конюшне много чего происходит, — он ухмыльнулся, — и парочки приходят в сене поваляться, и дела разные подальше от ненужных глаз дворяшки там проворачивают.

— У тебя словесное недержание? — прикрикнул я.

— Короче, видал девку эту, Мари, когда с ней невеста бывшая Севаста разговаривала. Как ее, — он наморщил лоб, — эту холодную селедку, зовут?

— Анна. — Напомнила Тэя.

— Ага, точно. — Парень кивнул. — Тогда, конечно, я и значения не придал их словам, которые ненароком подслушал. А теперь докумекал — Анна этой Мари кошель нехилый в руки всунула, туго набитый, таким по лбу стуканешь и все, к праотцам душа отлетит.

— А говорили о чем? — подтолкнул я.

— Так о том и говорили, что доказать он не сможет, говори, что ребятенок его и точка!

— Поэтому я и не помню эту Мари, Тэя! — вгляделся в бледное лицо любимой. — Теперь ты мне веришь?

— Но Михаэль сказал…

— Выходит, он лгал. У него были на то основания, не находишь?

Девушка молчала.

— Ну, пойду я тогда, коли у вас тут свои дела теперь, — Лерой выскочил за приоткрытую дверь.

— Что мне сделать, чтобы ты поверила, любимая? — я прижал Тэю к себе.

Такая тихая и бледная, что сердце разрывается!

— Не знаю, Дарьяр. — Устало отозвалась она. — Кому верить, что делать. Как поступить. Ничего не знаю.

— Ты совершишь ошибку, пойми, — прошептал я, — если выйдешь за Михаэля. Нет для влюбленного мужчины мучения хуже, чем чувствовать, что самая желанная женщина на свете равнодушна в ответ. Тэя, мы все трое будем несчастны! Эта свадьба не должна состояться!

— Я не могу! — она оттолкнула меня. — Пойми же, не могу так с ним поступить! — по ее лицу потекли слезы. — Не проси, не могу!

— А со мной так поступить можешь? — тихо спросил я. — Ты же убьешь меня, если выйдешь за Михаэля.

— Уходи, Дарьяр! — почти беззвучно донеслось в ответ. — Уходи, умоляю!

— Не уйду. — Стиснул кулаки, ощутив, как глаза наполнились жгучей влагой. — Завтра потеряю разом и любимую, и лучшего друга. И высшие силы мне в свидетели, я буду при этом присутствовать — в первом ряду!