Глава 11

Тео

Выбравшись из холодной воды ручья, я не стал утруждать себя надеванием одежды на мокрое тело. Оставляя за собой крупные капли воды, зашагал по утренней росе обратно к городу.

Взгляд неосознанно упал на ткань платья, которая сейчас безвольно валялась под деревом. Вспомнив, кто хозяйка этих тряпиц, растянул на лице злобную ухмылку.

По внешнему виду хижины, в которой жила ведьма, и по состоянию её одежды было понятно, что она на грани, и деньги водятся у нее не часто.

Скомкав ткань в руке, я не удержался и принюхался. Ноздри сами потянулись к манящему запаху, оставшемуся на одежде от девичьего тела.

Как странно, ведь для любого инквизитора ведьма пахнет гнилью, разложившейся плотью, затхлым потом.

Для всех по-разному, в зависимости от конкретной ведьмы и инквизитора. Но я четко помню свои ощущения на практике в Академии.

Там в подземелье держали с десяток ведьм для нашего обучения. Тем удивительнее оказалось для меня сейчас сочетание запаха спелой груши, воздуха после дождя и солнца в жаркий летний день.

Я словно ощутил на языке сладкий аромат фрукта с примесью медового послевкусия.

В мозг будто просочился чистый, свежий и немного землистый запах. Я испытал ощущение прохлады вместе с запахом мокрой земли и травы, который часто называют "петрикором".

Уже не стесняясь, я жадно уткнулся носом в ткань платья, не до конца отдавая себе отчет в том, что делаю.

Мозг плавился, а сердце ходило ходуном. Не помню, чтобы Ариэла в юности так меня манила.

Да, была дорога как подруга, как будущая жена по договорному браку, но не настолько, чтобы сходить с ума от одного запаха.

Разумная часть меня, что давно смирилась с участью инквизитора, рвала и метала, убеждала избавиться от тряпицы, так как она точно измазана в зелье. "Ловушка!" — кричал во мне инквизитор.

Но руки никак не хотели отпускать дурманящий запах моей женщины. Последняя мысль была как пощёчина. Я — Тео Розенхарт, инквизитор третьего уровня, на счету которого десятки успешных охот на ведьм, поддался обыкновенной ведьминской ворожбе?!

«Не бывать такому!» — тихо прошептал я сквозь зубы и до боли сжал платье в кулаке.

Отправлю в главное бюро по анализу ведьминской ворожбы в Академии, пусть найдут улики, что Рия стала ведьмой и хотела меня поработить.

На вытянутой руке я нёс самый манящий запах на свете и в то же время яд, который так норовил захватить мой разум, подчинить сущность свободного мужчины.

Мимо меня быстрыми шагами шли на работу горожане. Наверное, мой звериный оскал и обнажённый торс действовали на них отпугивающе.

Прохожие держались от меня подальше и даже не пытались заговорить. А может, сделать это их останавливал тот факт, что я нёсся как на пожар.

Мне хотелось побыстрее добраться до дома и избавиться от тряпки.

Может, тогда и навязчивые мысли отстанут. Иначе зачем мне вспоминать зелёные и очень злые глаза моей ведьмы?

Хотелось до одури хотя бы однажды дотронуться до её нежных губ, которые я так и не осмелился поцеловать раньше, когда всё было хорошо и Ариэла меня ещё не бросила.

Зайдя в дом, я отшвырнул сапоги в угол прихожей.

Поднимаясь по лестнице до второго этажа, сбрасывал с себя одежду, что еще держалась на теле. Вторая рука так и не хотела оставить добычу.

Поспешил отправиться в душ. Острые эмоции успели свести на нет свежесть от купания в ручье. Каково же было моё удивление, когда, направляясь мимо кровати прямиком в душ, я увидел молочную кожу пышногрудой брюнетки. Остановился как вкопанный.

— Кто вас впустил? — пытался вспомнить, закрыл ли дом перед тем, как опять нестись за ведьмой.

Девица, получив всё моё внимание, изогнулась в пояснице так, что, казалось, сейчас сломается.

— О-о! Господин градоначальник, — мурлыкнула бесстыдница. — Тео, можно так тебя называть, раз уж нам удалось перейти к такому близкому знакомству? — прошлась тонким пальчиком по изгибам своей обнаженной фигуры.

И я только сейчас заметил, что девица мнёт мою простыню совершенно обнаженная! Скривился от этой картины.

День еще не начался, а в постели уже девица мнётся, как перед первым поцелуем.

Моё раздражение нарастало, и терпению приходил конец.

Немного наклонился и прищурился. В свете новой зари не так уж хорошо можно было разглядеть всю комнату, но я ведь не обычный человек.

Инквизиторское зрение помогло распознать уже знакомые черты лица, и я чуть не расхохотался.

Да это же та неугомонная, что демонстрировала свой бюст, а потом ещё подножку умудрилась поставить.

Девице на вид лет двадцать три — двадцать пять, значит, родители уже подгоняют с замужеством?

— Чья будешь, милая? — обманчиво ласково спросил я и медленно направился к своей же кровати.

Подумав, что наконец захватила мое внимание, она вся зарделась и привстала на постели.

Улыбка еле держалась на моем лице, но я наклонился так, что почувствовал горячее девичье дыхание на подбородке.

— Своя… — мурлыкнула девчуля и попыталась погладить меня по щеке, на что я резко отдернул голову. — Я вас ждала и так мечтала поговорить о…

Поговорить? Ну, ну! Знал я таких «разговорчивых» в Академии, всегда любил наблюдать со стороны, как разыгрывают избитый сценарий по обольщению и сердятся, когда парни не покупаются на их сладкие хитрости.

— А что говорить… — сделал вид, что раздумываю, не выгнать ли гостью. — Разговоры утомляют, а у меня и так сна ни в одном глазу со вчерашнего дня. Если нечего больше предложить, то…

— Нет! — гостья обняла мою шею и потянулась к моим губам. — Я вся ваша…

Я снова отдёрнул голову. Проклятая ведьма, что она со мной сделала?! Околдовала, заманила, опоила, прокляла — моё сердце начинает биться только при мысли о ней, только рядом с её девичьей фигуркой.

Я боролся сам с собой, с отвращением и гневом на себя и на ту, что меня предала.

Тем временем моя гостья карабкалась по мне и всё пыталась поцеловать, тёрлась о голый торс, как весенняя кошка.

Я вспомнил о брюнетке и быстро откинул её на холодную постель, угрожающе нависнув над ней. Одной ногой раздвинул тонкие колени и опустился между девичьими ножками с ясным намёком на желание.

Как ни странно, моё тело не отказывалось от женских ласк, только вот внутри всё выжигало, стоило лишь коснуться даже своей невесты.

Вот и сейчас меня бросало то в жар нестерпимого желания, то в холод отрешения, но я всё с той же обольстительной улыбкой прошёлся ладонью по белой коже гостьи.

Медленно спускался всё ниже, до тех пор пока девушка не выдержала и не затрепетала подо мной:

— Нет! Отпусти! Я не готова! — забилась она, как птичка в клетке.

Не стал задерживать гостью и откатился на спину, закинув руки за голову. Довольно стал наблюдать, как девушка несколько раз пыталась натянуть красное платье, но всё время путалась в ворохе тканей.

Заметила, с каким наслаждением я наблюдаю за её попыткой бегства, и её личико стало багровым, прямо в цвет одежды.

Девушка не выдержала моей насмешливой улыбки и выбежала, придерживая спадающее платье. Наконец!

Думаю, от этой отвязался навсегда, а ведь их еще целый город. Уставший, я вздохнул и направился в душ.