Глава 26

Тео

Изворотливые змеи успели улизнуть от инквизиторской силы. Выпрыгнув в окно, они удирали через огород.

Призрачный сокол не дождался моего разрешения и вылетел за ними с азартом погони. Завтра узнаю, чьи питомцы тут хозяйничали. Не так-то просто избавиться от преследования инквизиторской силы, а моя одна из самых могущественных.

Взял свою ведьму на руки и под озабоченный писк фамильяра понёс вниз. Ариэла дышала так тихо, что порой казалось, она уснула вечным сном.

— Нет, рыжая, этому не бывать! Ты меня слышишь? — я говорил с ней, мягко хлопая девушку по бледным щекам.

Гадюкам почти удалось осушить ведьму. Хрупкое тело и развевающиеся волосы в моих руках терзали душу. Мне хотелось рвать и метать.

Не мог даже допустить мысли, что та, о ком грезил долгих пять лет в закрытой академии, меня просто так оставит. Нет, только не вновь!

Безвольные руки скользнули вдоль тела, пока я пытался умыть девушку холодной водой. Промокли мы оба. Её тонкая ночнушка не скрывала ничего.

В горле пересохло от манящих холмиков. Я едва удержался, чтобы не дотронуться до нежной груди моего наваждения.

— Ариэла, вернись ко мне, малышка! — голос сорвался от той боли, которая сейчас выворачивала меня наизнанку. Казалось, что легче просто умереть рядом с ней, чем видеть её такой.

Во мне как будто что-то сломалось, и это больше не починить, никогда. Я понял, что не хочу жить без рыжей предательницы.

Готов на что угодно, лишь бы увидеть ещё раз зелень её глаз. В каком-то болезненном кошмаре я прижал девушку к своей груди и, сидя на кухонной скамейке, стал раскачиваться. Не знаю, сколько времени прошло, но очнулся я от радостного писка её фамильяра.

Зверёк прыгал рядом на столе и всё порывался забраться на ведьму. Сначала хотел его отогнать, но потом вспомнил уроки последнего года учёбы и позволил ему залезть к ней на колени.

Мохнатый тут же принялся делиться с девушкой энергией. Я задержал дыхание, наблюдая за этим процессом.

— Мохнатый, если сможешь ей помочь, то годовой запас ботвы тебе обеспечен, — хрипло попытался я мотивировать зверя.

Мне даже показалось, что на меня фыркнули с долей иронии. А может, это просто мой мозг пытается держаться и не впасть в полное отчаяние.

«Убью!» — первый раз в жизни почувствовал, что уничтожу всех, кто пытался навредить моей ведьме!

Манипуляции мохнатого возымели эффект. Ариэла сделала первый глубокий вдох, а потом ещё и ещё. От радости у меня чуть не разорвало грудь, настолько бешено забилось сердце.

— Ведьминское болото, да ты, оказывается, полезен! — похвалил, как смог, обессиленного фамильяра.

Тот пошатнулся и спрыгнул на стол, спеша к маленькому кустику в старом горшке.

Подкрепиться парень хочет. Я осторожно взял свою ношу на руки и понёс обратно в спальню.

Кажется, я только что прожил целую жизнь за несколько часов.

Моя сила так и не вернулась, а я валился с ног. Уложил девушку на кровать и накрыл тонким одеялом. Отчего у неё всё такое старое и потрёпанное?

Постоял рядом, разглядывая мирно спящее личико, и мне нестерпимо захотелось дотронуться до нежных губ моей ведьмы.

Рассудив, что об этом точно никто не узнает, я поцеловал её. Только от одного прикосновения к тёплым и нежным губам меня пробило током.

Я никогда ранее не чувствовал такого. Казалось, что до этого и не жил вовсе. Сердце замерло, а затылок начал гореть. Что со мной?

Почему один поцелуй был способен разорвать меня изнутри? Знает ли ведьма, какую силу имеет надо мной? Или это всё колдовство?

Сам почти валился с ног, поэтому не стал больше терзать душу и с трудом оторвал себя от сладких губ.

В таком состоянии я точно не дойду до дома, решил прилечь на несколько минут, а потом уйти к себе. Прилёг рядом, «заграбастал» кокон с манящей ведьмой и закрыл глаза.

А наутро сильная пощёчина заставила меня вскочить на ноги и принять атакующую позу.

— Ты совсем совесть потерял, Теодор Розенхарт? — сердитый девичий голос подсказал, что нападение врагов отменяется.

Щека горела. Я удивлённо потер пострадавшее место и прищурился от утреннего солнца, что проникало через открытое окно старого дома.

Воспоминания возвращались неохотно, и сон постепенно отступал. С силой потер переносицу и уставился на… на нервно вздымающуюся грудь.

Два полушария так и манили дотронуться до них. Тут же почувствовал давление. Мои домашние штаны плотно обтянули топорщившуюся плоть.

Наверное, заметив мой взгляд, Ариэла поняла всю двусмысленность ситуации и вообще пришла в бешенство:

— Не смей, поганец! Убирайся сейчас же из моего дома! Вон, я сказала!

Я только поморщился и упал обратно на скрипучую кровать. Значит, ночью я так и не проснулся, чтобы отправиться домой. Вспомнил, что моя сила на свободе, и осторожно прислушался к себе. В груди сонно заворочался сокол и снова затих.

Даже так? Удовлетворённо хмыкнул я и с наслаждением потянулся. Моя сила даже не захотела проснуться и напугать одну очень шумную ведьму.

Кажется, она не считала Ариэлу опасной, а ещё я спал убитым сном, раз не почувствовал, когда вернулся сокол.

— И тебе доброе утро, ведьма! Когда собираешься вернуть сердце? — просто для вида спросил я и скосил один глаз на пышущую праведным гневом девушку.

Она была прекрасна. Волосы, как от дуновения ветра, развевались вокруг головы.

Бровки были сложены домиком, а губы, сладкие губы, сжаты в яростную нить. «Ты же моя фурия!» — умилился я девичьей ярости, даже не планируя пока вставать. Я не помнил, когда в последний раз мне было так хорошо. Спал без задних ног, да ещё и кошмары не посещали.

— А может, нам спать так каждую ночь? — привстал я, опершись на локти, и подмигнул девушке.

Кажется, я подлил масла в огонь. Ариэла подпрыгнула на месте и с грозным рёвом накинулась на меня. Кажется, одна ведьма мечтает меня задушить.

Тонкие пальчики попытались сомкнуться на моей шее, но ничего не вышло, слишком маленькие руки. Я со смехом перевернул злую ведьму и подмял под себя. Мы замерли друг перед другом, казалось, даже не дышали.