Глава 16

Мы приехали в Березкино уже после обеда и отправились сразу в столовую интерната, чтобы перекусить. Директор даже в столовую вел меня за руку, как будто боялся отпустить. Хорошо, что в столовой в это время кроме нас никого не оказалось, а обедать вдвоем мы уже привыкли.

– Простите, что ночью вломился к вам, – мужчина вновь поднял утреннюю тему.

Я пожала плечами.

– Я всё понимаю. Это приворотное зелье на вас так действует, – осторожно согласилась, не понимая, как можно это все подвести к теме замужества.

– Да, без него было бы… немного проще, – согласился он, отведя взгляд. – По крайней мере, я бы себя гораздо лучше контролировал.

– А сейчас вы плохо себя контролируете? – Безмерно удивилась.

– Очень плохо, – кивнул он. – Тяга к вам настолько сильна, что я действительно не знаю, что сделаю в следующий момент.

Ужас какой!

– Вам так плохо? – Я отложила вилку, которой до этого ковыряла салат.

– Это создает некоторый… дискомфорт, – пожал он плечами. – Оборотням плохо удается психологически принимать такие ситуации. Но если бы не было этого… зелья, то все могло бы быть иначе. Я очень сожалею, что тогда выпил его.

У меня сердце куда-то в пятки ухнуло, но я быстро опустила лицо вниз и вновь взялась за вилку. То есть… он не хочет, чтобы его ко мне тянуло. Я ему не нравлюсь и, если бы не зелье, он никогда бы со мной не связался. И его сильно напрягает тот факт, что он сегодня проснулся в моей кровати и увидел… страшную меня. Господи, как обидно-то! Так вот как сердце и разбивается. Это, оказывается, больно. Гораздо больнее, чем когда родители объявили мне свою волю.

Что-то где-то пиликнуло и Карапетов завозился, вытаскивая телефон. Нахмурился, прочитав сообщение.

– Дамира Алмазовна, мне через пару часов нужно будет уехать в Май, так что вы сейчас мне на работе не понадобитесь. Идите домой, – он мне ласково улыбнулся.

– Хорошо, – я отодвинула от себя тарелки и поднялась, не в силах больше терпеть это всё.

– Я провожу вас, – он тоже встал из-за стола. – Дети, наверное, уже дома.

Я не стала перечить, потому что побоялась, что голос сорвется. Хотелось реветь, но я решила, что ни за что не буду. Красоты мне это точно не добавит.

Уже дома я сразу поднялась в свои комнаты и легла на кровать с намереньем помереть здесь от выедающего душу чувства безысходности. Сколько я так пролежала, не знаю, но за окном уже начало темнеть, когда я поняла, что так до сих пор и не заплакала. Наоборот, у меня появились вполне себе реализуемые мысли.

Первая: мне нужно уволиться отсюда. Я даже деньги все отдам (слава богу, я почти ничего не потратила). Вторая: мне нужно элементарно расслабиться и почувствовать себя красивой. Где я это могу сделать? Точно не в Березкино. Да и в Мае алкоголь не продают. Нужно ехать в областной центр, найти там хороший бар (рядом с бывшей работой был неплохой) и просто напиться. Последняя идея была самой здравой на мой взгляд, а потому я начала собираться.

На все у меня ушло не более получаса. И бежевое платье с белыми кружевами на мне сидело, как влитое. И макияж лёг как надо.

– Ты куда? – Внизу меня встретил Тихомир.

– По делам, – ответила, натягивая плащ. – Фома Измаилович уехал в Май, так что ты остаешься за старшего. Присмотришь за девочками?

– Ладно, – парень пожал плечами.

Я улыбнулась и почти выбежала за дверь, надеясь, что Карапетов еще немного где-нибудь задержится и не попадется мне на пути.

С этим мне повезло. Я беспрепятственно выехала за пределы Березкино и понеслась по трассе. Машина слушалась меня безупречно. Хоть что-то в моей жизни движется так, как надо.

В городе я оказалась через два часа. Тот жил своей жизнью и абсолютно не замечал то, что в каком-то Березкино закончилась чья-то беспечная жизнь. Эх, снова придется переезжать.

Свернула на знакомую улицу и с трудом припарковала машину у неприметной вывески. Несмотря на будний день (точнее вечер) машин здесь стояло полно. Интересно, почему люди в бар на машинах ездят? На них же потом не уехать обратно…

Войдя в бар, огляделась. Не знаю, что сегодня за праздник, но народу здесь было много. Найдя себе местечко рядом с барной стойкой, я протиснулась мимо девицы, флиртующей с парнем в кожаной косухе, и села на единственный свободный табурет.

– Привет, – ко мне тут же подошел знакомый бармен и улыбнулся. Дима, кажется. Или Серёга? – Что будешь?

– Давай что-нибудь покрепче, – распорядилась я.

– Жизнь – стерва? – Хмыкнул он и потянулся к бутылкам.

– Не без этого, – выдохнула, уперевшись руками в стойку.

Уже через минуту передо мной стоял бокал весьма крепкого коктейля. Лишь выпив залпом половину, я вспомнила, что так и не поужинала, а это значит, что напьюсь я очень быстро. И вообще, на меня весьма заинтересованно поглядывают некоторые мужчины. Значит, не настолько я страшная и ужасная, как мне представлялось несколько часов назад. Значит, я могу нравится мужчинам.

К третьему бокалу мое настроение значительно улучшилось. Даже один парень с другого конца стойки усиленно строил мне глазки и улыбался. Приятно все-таки.

– Привет, – «обрадовал» меня голос за спиной.

Не знаю почему, но у меня второй раз за день сердце почему-то остановилось. Резко обернулась, так что голова закружилась, и уставилась на брата, про которого успела совершенно забыть в свете последних событий.

– Тимур? – Мне стало страшно. – Что ты здесь делаешь?

– Работаю, – пожал он плечами. – Коллеги в бар позвали сделку отметить. А ты здесь…?

– Мужа жду, – ляпнула я раньше, чем успела подумать. А все потому, что я сейчас просто умирала от страха. А если он сейчас попытается меня силой вернуть родителям? А что, если они не отошли от своей идеи с моим замужеством.

– Мужа? – Вскинул он брови.

– Да, – важно кивнула я, стараясь не показывать своего страха. – Как там родители?

Тимур как-то невесело хмыкнул.

– Что им будет-то? Живут, дружат с соседями… Пытались мне у Зарбаевых младшую дочь в жены пропихнуть, – он устало потер переносицу. – Мне тогда дед денег дал, чтобы я уехал.

– Как он там? – Мне было странно слышать, что после моего побега родители переключились на единственного сына и попытались и ему испортить жизнь. Такое ощущение, что специально от детей избавлялись проверенным способом.

– Умер четыре месяца назад, – дедушку брат любил. – Я тогда сюда и переехал. До этого старался поближе к нему быть.

– Жаль, – опустила я взгляд.

– Слушай, а это нормально, что тебя муж в такое место одну отпустил? – Вдруг спросил он.

Ну да, у нас такое как-то не принято.

– Да он сейчас подойдет, – натянуто улыбнулась я, но по взгляду брата поняла, что он мне не поверил. Он посмотрел на мою правую руку, которой я вцепилась в табурет.

Я же лихорадочно придумывала, как выкрутиться из этой ситуации, но мой опьяненный мозг не выдавал ничего конкретного ровно до того момента…

– Дарина… – к нам протиснулся Карапетов собственной персоной.

– Привет, – оборвала я его до того, как он бы назвал мое отчество. – Тимур, знакомься, мой муж Фома, – я попыталась встать на ноги, но они плохо держали, а потому я просто повисла на директоре, стараясь совсем не упасть. Меня нежно приподняли за попу и усадили обратно.

– Это кто? – Глаза Карапетова нехорошо (и мне показалось, что ревностно) осмотрели моего брата с головы до ног. Тот тоже себя почувствовал неуютно.

– Это мой брат, Тимур, – я почему-то пьяно хихикнула. Вот знаю же, что нельзя мне пить.

Фома Измаилович тут же расслабился и протянул Тимуру руку. Тот пожал ее и обернулся.

– Ладно, сестричка, давай. Пойду я, – он мотнул головой в сторону стола, за котором сидели гогочущие молодые парни. – И, вот, – он вытащил из кармана визитку и протянул мне, – ты звони, не теряйся.

– Ты тоже, – хмыкнула я, проводив его взглядом.

Боже, какое же это было облегчение, узнать, что он не по мою душу здесь. Вот только теперь у меня образовалась одна маленькая проблемка…

– Муж, значит? – Услышала, не успев отпить от бокала.

Тимур в это время подошел к своим коллегам и, обернувшись, посмотрел на нас. Не поверил?

– Фома Измаилович, – пьяно прошептала, – быстро поцелуйте меня.

– Что? – Опешил тот, но также шепотом.

– Он на нас смотрит. Быстро целуйте меня, – скомандовала. Заметив, что директор не спешит, схватила его за галстук и потянула на себя. – Быстрее.

И он сдался. С едва слышным стоном приник к моим губам и…, тут уже в ощущениях потерялась я. То ли алкоголь был всему виной, то ли это я с ума сходила, но мне никогда не было ни с кем так хорошо. И ведь это просто поцелуй…

Карапетов сам его прервал (у меня просто сил на это не было) и чуть отстранившись, внимательно посмотрел в мои глаза. А я что? Мне снова стало обидно.

– Фома Иза… Измаилович, если вы на мне не женитесь, то получится, что я брата обманула, – фыркнула. Но почему-то получилось не весело.

– А если женюсь, то получится, что не обманули? – Вскинул он брови.

– Получится, – кивнула я и все же схватилась за бокал.

– Чего желаете? – Уточнил бармен, когда Карапетов отобрал у мен бокал и понюхал содержимое. Поморщившись, вернул обратно.

– Воды, – потребовал он.

Через минуту я продолжила пить коктейль, а директор, стоящий рядом со мной пил воду, и скептически осматривал заведение.

После еще одного коктейля я совсем осмелела, поднялась со стула (как смогла, опираясь на директора) и провозгласила.

– Теперь мне ничего не страшно, так что можно и жениться! Точнее, замуж выходить, чтобы брата не обманывать. У нас вообще родственников обманывать нельзя.

Умом понимала, что несу какой-то бред. Нет, мне определённо нельзя пить. А еще завтра, уверена, меня ждет расплата за свое такое поведение. Но я же все равно увольняться решила. Было бы интересно вспомнить причину…

– Да, думаю, что пора, – Карапетов обнял меня за талию, приподнял над полом и понес.

Через минуту мы уже оказались на свежем воздухе. Я только сейчас поняла, что он даже мой плащ успел прихватить, просто я этого не заметила, прижимаясь к этому совершенному телу.

– У-у, – вздохнула я и попыталась снова, – у-у меня там машина, – ткнула пальцем в нужную сторону.

– Нас ждут, – Фома Измаилович поставил меня на землю, снял сумочку с моего плеча и что-то там поискал. Потом улыбнулся и открыл дверь высокой машины. Запихнул меня в салон и сам сел рядом. – В Май, – скомандовал.

За рулем, к моему удивлению, сидела Клавдия. Она резко повернулась к нам лицом.

– Да ее в Березкино надо. У меня Вероника когда так напивалась, ей только нужна была кровать вечером и антипохмельный отвар утром, – хмыкнула она.

– В Березкино нет ЗАГСа, – отрезал Карапетов.

Клавдия нахмурилась, а у меня появилось необоснованное желание показать ей язык, потому что вдруг оказалось, что я сижу у директора на коленях.

– Ты уверен? – Уточнила она. – Не пожалеешь?

– Не уверен. Но второго шанса может и не быть. Езжай, – мне на спину легла теплая рука, а потом меня и вовсе укрыли плащом.

А мне почему-то было так хорошо. Странно даже. Обычно, если я выпью, то мне плохо. А тут… И шея у Карапетова вкусно пахнет. Так, что укусить хочется. Ну я и прикусила немного.

– Дамира, – выдохнул он и сильнее прижал меня к себе. – Клав, поторопись.

– Да понимаю уже, – огрызнулась та. – Терпи, Фома. Иначе Хозяину на вас нажалуюсь.

– Да как же такое вытерпеть? – Скрипнул зубами он, когда я языком прошлась по укусу. У него вообще забавная реакция была на все мои прикосновения. В какой-то момент меня заинтересовало его ухо. Классическое такое. Чуть оттопыренное. Но это его ничуть не портило. Наоборот, он был чуть более реальным. Это совсем не помешало мне цапнуть его за мочку. – Дам-мира Алмазовна, – возмутился он.

– Угу, – кивнула, подтверждая, что это я. – Просто тут так интересно, – невнятно пробормотала.

Интересно, а если его за ушком почесать? Он же оборотень, ему может и понравиться. Я поерзала, устраиваясь поудобнее на его коленях, и запустила обе руки в его волосы. Густые пряди тут же проскользнули между пальцами. А если ногтями пройтись?

– Дамира, – Карапетов отстранился и серьезно посмотрел в мои глаза. – Не надо.

– Хочется же, – пожала я плечами.

– У меня снотворное в бардачке есть, – подала голос Клавдия.

– Не надо снотворное. Обойдемся другими методами, – Фома внимательно наблюдал за мной, а потом… подался вперед и поцеловал.

Вот тут я и… уснула. Нет, в самом деле! Целовалась, целовалась и уснула. Проснулась лишь поняв, что меня куда-то несут. Ой, что-то меня мутить начало. Наконец-то нормальная аллергическая реакция.

– Сюда, – попросил незнакомый голос. – Вы уверены, что она будет в сознании? Это важно.

– Будет, – услышала я голос Клавы и меня поставили на ноги.

Я пошатнулась, открыла глаза и схватилась за сильное плечо. Рука, обвившая мою талию, дала мне необходимую опору.

– Итак, мы все здесь собрались сегодня… – услышала монотонный бубнеж и уставилась на мужчину в сером костюме, который читал вслух, написанное в папке. Клавдия стояла справа от нас и фотографировала все на телефон. Или снимала? – Согласны ли вы? Прошу ответить жениха.

– Да, – Карапетов ни секунды не колебался.

– Прошу ответить невесту, – дядька в костюме вопросительно на меня посмотрел.

– Что ответить? – Спросила я шепотом, наклонившись к директору.

– Что согласна выйти за меня замуж, – так же шепотом ответил тот. – Ты же сама предложила.

Да? Точно, было дело. Поэтому я кивнула.

– Да, – и даже попыталась улыбнуться, вот только комната стала сильнее кружиться. Лучше, не буду улыбаться.

– Объявляю вас мужем и женой. Можете поцеловать невесту, – мужчина в костюме захлопнул папку.

Карапетов развернул меня к себе и поцеловал. И…, кажется, я снова уснула, потому что это было последним, что я запомнила.