Глава 18

Всё утро следующего дня я написывала Клавдии, которая игнорировала мои сообщения. Зато после моего гневного сообщения в адрес Аллы, она ответила почти моментально.

«Мы сейчас заняты! В Березкино приедем через два дня».

У-у, как меня это злило. Неимоверно просто. Поэтому я написала и Арине.

«Я замуж вышла!»

От нее ответ пришел минут через пять.

«Я знаю. Клим сообщил. Поздравляю! Я за тебя рада!»

И все? Я бы отшвырнула телефон, если бы за мной через дверной проем не наблюдал Карапетов. Как я и предполагала, он ни на секунду не выпускал меня из поля своего зрения. Это неимоверно бесило, а потому я решительно поднялась на ноги и прошла в его кабинет.

– Фома Измаилович, прекратите все время на меня смотреть, – сложила руки на груди.

Этот оборотень ничуть не смутился.

– Я уже просил называть меня по имени, – тут же увел он тему в другую сторону.

– Мы на работе, и я так не могу, – вздернула я подбородок.

– Мы женаты и спим вместе, – парировал он. – Это весомый повод не называть меня по имени-отчеству.

– Мы не спим вместе, – нахмурилась я еще больше.

– Спим, – не согласился он. – Мы не занимаемся любовью, но вместе определенно спим. И еще, каждый оборотень в школе об этом точно знает.

Блин, как же я смогла совсем забыть про то, что здесь у всех нюх, как у собаки.

– Тогда я уволюсь, – скрипнула зубами.

– Я не подпишу заявление, ты же знаешь, – Карапетов клонил голову набок, внимательно наблюдая за мной. – Дамира, я и так стараюсь не давить на тебя.

– Выходит плохо, – проворчала я в ответ.

– Но у меня есть инстинкты, – продолжил он, будто не слыша меня. – И если их игнорировать, то в какой-то момент они могут взять верх над разумом. Не думаю, что ты готова к этому.

– Это уже угрозы? – Прищурилась я.

– Нет. Это просто предупреждение, – он устало потер лицо. – Если бы ты знала, как мне сейчас хочется тебя поцеловать…

Я вздрогнула. Он так это сказал буднично, что мне стало не по себе. Было ощущение, что он для себя все решил.

– Извините, – я принялась разглядывать пол, как будто там было что-то интересное. – Я не должна была принимать от Аллы то зелье…

– Не в нем дело, – Карапетов покачал головой. – Даже если бы его не было, все было бы примерно так же. Может быть, выдержки было бы чуть больше. Но я бы все равно в какой-то момент сорвался.

Вот не верю. Ни единому слову. Во-первых, так просто не бывает. Во-вторых, я знаю, что сама виновата. И что бы он не говорил сейчас, внутри меня плескалась та самая вина, заставляя чувствовать себя не лучшим образом.

Вернувшись на свое рабочее место, я принялась за сортировку документов на подпись. А ближе к обеду вдруг вспомнила, что мне брат свою визитку дал, и наверное, ждет, что я напишу. Я же свой номер телефона ему не дала.

Порылась в сумке, нашла плотный кусок картона с номером и написала: «Привет. Это Дамира». Больше ничего умного не придумала.

Тимур ответил почти сразу же.

«Думал, что ты не напишешь. Ты как? Можем встретиться после работы».

Я задумчиво смотрела на дисплей телефона. Неужели я ему не сказала, где сейчас живу? Я вообще не очень хорошо запомнила наше общение.

– Привет, – пока я думала, в приемную вошла Аринка. Радостная такая, как и всегда. – Как ты себя чувствуешь? – Спросила она, не обращая внимание на поднявшего голову Карапетова.

– Нормально, – ответила, отложив телефон. – Я позавчера Тимура встретила, – пожаловалась.

Подруга напряглась. Она прекрасно была осведомлена о моей ситуации.

– И что? – Громким шепотом уточнила она.

– Мне показалось, что он тоже от родителей сбежал, – поделилась я своими соображениями. Мне показалось, что директор, сидящий за своим столом, закаменел. Ну да, он же не в курсе, о чем мы с братом разговаривали до того, как он пришел. И вообще… – Он в городе работать устроился.

– О, Господи, – Арина шумно выдохнула. – Значит, он не будет пытаться привезти к родителям, чтобы те выдали тебя замуж?

Я покачала головой.

– Нет. Да и я… замужем уже, вроде как, – я вновь покосилась на Карапетова, который с отсутствующим видом смотрел на какие-то бумаги. – Он зовет с ним встретиться. Вот думаю, не поехать ли.

Аринка долго смотрела на меня, потом вдруг и вовсе заплакала.

– Счастливая ты, Мирка! У тебя целый брат есть, – выдохнула она свозь слезы.

Ну, да. У нее-то вообще из близких родных никого не осталось. Лохматов вон сейчас пытается ей внимание компенсировать сразу за всех.

– Тогда съезжу, – решила и вновь взяла в руки телефон. Написала место, дату и время встречи. В ответ получила, что будет ждать. – Все равно нам с ним придется поговорить. Многое узнать…

– Вот и хорошо. Родные – это всегда замечательно, – подруга улыбнулась и вытерла слезы.

Едва стоило Аринке скрыться за дверью, как ко мне подошел Карапетов.

– Я сам отвезу тебя на встречу с братом, – тихо сказал он. – Это не обсуждается.

– Я могу кого-нибудь другого попросить… – все же решила обсудить я. А что? Почему он мне все время какие-то условия ставит?

– Не можешь, – покачал он головой. – Я тебя отвезу.

– Боитесь, что я снова напьюсь? – Насупилась, умом понимая, что он имеет все предпосылки именно так и думать. Совсем недолго здесь работаю, а уже напилась до потери сознания. И кто я после этого? Правильно, алкашка.

– Не боюсь, – покачал он головой. – Если бы я знал, что тебе так от алкоголя плохо, то ты бы на моих глазах ничего и не выпила.

Я возмущенно засопела. Потом подумала немного и решила, что ничего не теряю. И даже буду чувствовать себя спокойнее. Все-таки я не исключала возможности своего похищения с целью перемещения под контроль родителей.

– Ладно. Отвезете меня в субботу, – выдохнула.

– Отвезешь, – поправил он меня, наклонился и ласково поцеловал в щеку. После чего отправился обратно в свой кабинет, где совершенно спокойно уселся за работу. Я же машинально потерла ладонью щеку и еще долго не могла восстановить душевное равновесие. И как мне с ним дальше работать?

Аринку снова принесло после обеда, когда у ее малышни занятия закончились.

– Я к тебе чего прибегала то, – она сдула с лица русую прядь и радостно уставилась на меня. – Твоя методика сработала. Начитавшись сказок, дети стали… играть в них. Я сегодня на перемене увидела, как весь мой класс превратился в богатырей. Причем они всерьез осуждали, где будут биться с нечистью…

– Это ты зря радуешься, – фыркнула я в ответ.

– Чего это? – Не поняла она.

– Да того это, что единственная доступная для них нечисть – это домовые, – пояснила я ей простую истину.

– Ой! Об этом я не подумала совсем, – округлила она глаза и быстро выбежала из приемной.

Я только головой покачала. Но уже через пару минут мне это все не казалось смешным. А все почему? Из окна стал доноситься странный шум, после которого ко мне вбежала учительница биологии и громко возопила.

– Фома Измаилович, у нас ЧП! – Она еще и руки так театрально заломила, что я даже восхитилась. У меня так никогда бы не получилось.

– Что случилось? – Директор отвлекся от бумаг.

– У нас сейчас дерутся три параллели полным составом. Мы ничего с этим поделать не можем, – всплеснула она руками.

– Где? – Он тут же поднялся на ноги.

– Во дворе школы…

В итоге из приемной сначала выбежал Карапетов, потом учительница, а затем я. Чую, это все из-за моих методов воспитания случилось, так что мне и разгребать.

Во дворе школы был… настоящий бедлам. Маленькие (лет десяти) оборотни мутузили друг друга как придется. Причем в битве участвовало человек сто, считая учителей, которые пытались унять это безобразие.

– Хватит! – Рыкнул с крыльца школы Карапетов и битва тут же замерла. Даже не опущенная на голову противника палка замерла в своей наивысшей точке. – Прекратить драку! – Палка стыдливо опустилась вниз и была выброшена в сторону. Детские мордочки опасливо смотрели на директора. – Все в актовый зал, – решил он и повернулся ко мне. – Дамира Алмазовна, что вы предлагаете делать в этом случае? Как будем их наказывать за драку?

А у меня план уже созрел. Ну, почти… Просто, особняк же просто так простаивает, и мы им почти не пользуемся. А надо бы!

Когда дети расселись по местам, Фома Измаилович вышел на сцену актового зала и грозно осмотрел детей. Несколько царапин, дюжина синяков, два порванных сарафана и одна жилетка…

– Могу я узнать, что послужило причиной вашего недостойного поведения? – Перекатившись с пятки на носок, спросил Карапетов.

Малыши сначала молчали. Потом с места поднялся самый побитый и выдал нам страшную тайну. Оказывается, они решили, что с нечистью бороться должны тридцать три богатыря и дядька Черномор, а соседний класс решил, что это лучше сделают былинное трио, запечатленное на шедевре Васнецова. Третий класс вообще был за Горыныча!

– Ясно, – Фома Измаилович, покосился на меня, едва сдерживая смех. Аринка тоже отвела смеющийся взгляд. – Вы хоть поняли, что драки можно было избежать? Вы все могли сражаться вместе, а не против друг друга, – дети слаженно вздохнули, неискренне изображая раскаяние. – Так как вы все сегодня нарушили правила школы, то должны быть наказаны. О наказании вам расскажет Дамира Алмазовна.

Я мысленно потерла ручки и вышла вперед.

– Так, дети, у меня к вам несколько вопросов. Вы что-нибудь знаете о балах? – Я обвела взглядом притихший зал.

Одна девочка робко подняла руку.

– Это которые надо посещать в красивых платьях? – Уточнила она.

– Они самые, – обрадовалась я. – А что вы еще знаете?

Дети переглянулись и в воздух взлетели еще несколько рук. Оказалось, что знают они немного, но все же в курсе, что это такое.

– Отлично, – хлопнула я в ладоши. – Итак, вашим наказанием будет посещение бала на следующей неделе, – решительно объявила.

Зал молчал почти минуту. Видимо, детки мысль переваривали.

– И все? – Не поверил мальчик в первом ряду.

– А этого мало? – Удивилась я. – Раньше подготовка к выходу в свет могла занимать месяцы. Сейчас с костюмами всё намного проще проще, поэтому у вас и будет всего неделя на подготовку. За это время вам нужно будет изучить этикет, правила поведения на балу и организовать себе подходящую одежду, – улыбнулась я.

– А где этот бал будет проходить? – Пискнула девочка справа.

– В особняке директора. Но это на первое время. Потом мы еще что-нибудь придумаем, – решила я. – А пока у вас есть время изучить нужную литературу.

Дети переглянулись и решили согласиться с таким наказанием за поведение. А что им еще оставалось? У Карапетова не забалуешь.

– Ты это хорошо придумала, – сказал мне директор, когда мы уже дошли до кабинета. – Они сейчас смогут изнутри узнать культуру другого века.

– Угу, – машинально согласилась я, думая немного о другом. – А где у вас проходят встречи взрослых людей, а не детей? – Развернувшись, прямо посмотрела на него.

Почему-то я только сейчас задалась этим вопросом.

– Если нам что-то от кого-то надо, то мы приезжаем к этому кому-то домой или на работу и обсуждаем дела, – он шагнул ко мне ближе и обнял за плечи.

– Я не про это, – поморщилась, потому что голову пришлось поднять еще выше. Ну, неудобно же так смотреть на него!

– А про что? – Карапетов нахмурился.

– Я про то, как вы отдыхаете вместе, а не работаете, – пояснила. – Вы же с друзьями встречаетесь не только по работе, но и просто пообщаться. Как это выглядит в реалиях Березкино?

По тому, как изменилось лицо мужчины, я поняла, что здесь происходит что-то очень странное.

– Мы не общаемся просто так, – пожал он плечами. – Обычно мы решаем текущие вопросы, ну и немного интересуемся бытовой жизнью друг друга. Но это просто между делом, – хмуриться он не перестал.

– Как все плохо-то, – покачала я головой. Услышанное меня буквально ошеломило. То есть, здесь вообще никакого досуга нет. И если я захочу собрать Аринку, Клавдию и Аллу вместе, чтобы просто поболтать, то меня посчитают здесь странной? А мужчины как же? Неужели они, ну…, не меряются ничем? – Надо подумать над тем, чтобы устроить бал для взрослых.

Я сделала шаг назад, отчего руки Карапетова упали с моих плеч.

– Зачем? – Фома Измаилович совершенно этого не понимал. По глазам видно было.

– Затем, что вы в этом плане ничуть от детей не отличаетесь. Но просто бал, наверное, не подойдет. Думаю, для взрослых нужен бал-маскарад, – проговорила, выдвинув ящик стола и достав из него несколько листов. Села за стол и принялась писать список того, что надо сделать. Ну, и докупить.

– Не знаю, что это, но… Мир, ты уверена, что хочешь этим всем заниматься? – Он странно на меня смотрел. Как на душевнобольную.

– Конечно, хочу, – фыркнула я. – Это же так интересно.

И мне разрешили все. Директор только попросил предоставить ему список того, что необходимо будет докупить. По всем остальным вопросам у меня были развязаны руки.

Я так до вечера и просидела над списками. Ой, еще же учительниц надо будет учитывать. А еще я выяснила, что в Березкино даже пресловутого дома культуры не было. Эту функцию заменяли актовые залы школы и интерната.

Уже перед сном (прочитав девочкам сказку) я, прикусив от усердия кончик языка, рисовала свое собственное платье. Мне же тоже в чем-то на этом балу надо присутствовать. Так вот, если в субботу мы съездим в город, и я смогу докупить пару вещей для себя, то все должно получиться.

– Пора спать, – блокнот из моих рук куда-то делся. Как и карандаш.

– Я не дописала, – нахмурилась, глядя, как Карапетов привычно укладывается спать на мою кровать. Причем в этот раз он был в одних трусах и залез под одеяло.

– Завтра допишешь. Ложись спать, – он дернул меня вниз, отчего я съехала по подушке. Еще и свет выключил. Кстати, этому я была рада, потому что видеть его обнаженный торс и сладкую улыбку никаких сил не было. А в полумраке можно и попытаться поразглядывать хоть что-то. – Ты знаешь, что мы видим в темноте не многим хуже, чем при свете? – Уточнил он, а я почему-то покраснела.

– И что с этого? – Спросила.

– Я всегда знаю, когда ты на меня смотришь, – пояснил он. – А еще всегда могу любоваться тобой, даже когда ты этого не видишь.

– Тогда я запрещаю тебе смотреть на меня, – фыркнула, понимая всю детскость этого запрета.

– Я не могу на тебя не смотреть, – голос мужчины стал серьезным. У меня по коже мурашки побежали. – Я не могу не видеть тебя каждую секунду, не могу не дышать тобой. Не могу быть далеко от тебя. Ты важнее воздуха, важнее солнца, воды…

– Не надо, – пискнула я, понимая, к чему он клонит. Меня отчего-то затрясло.

– Я люблю тебя, Дамира, – прошептал он, а я резко села на кровати.

– Не надо так говорить, – резко отрезала, ломая что-то в себе. – Любви нет. Ее просто не бывает. Есть страсть, есть какие-то гормональные всплески. Взаимовыгода есть. Но любви нет. Это миф. Так просто не бывает! – Последнее я почти выкрикнула.

– Но я же есть, – ответил он грустно на мои крики. – И я тебя люблю.

Я скрипнула зубами и легла, повернувшись к нему спиной. Зачем он так со мной? Что я ему плохого сделала? Внутренний голос тут же подсказал: опоила, заставила на себе жениться, заставила поверить его, что это любовь. Да еще и живу в его доме, работаю рядом с ним на работе, занимаюсь воспитательным процессом с его подопечными. Я присутствую практически в каждом аспекте его жизни. И как мне с этим быть?

Позади послышался легкий шорох, а потом сильная рука легла на мою талию, а к спине прижалось сильное тело. Ну и как на него злиться, когда он так делает?

– Спокойно ночи, – меня ласково поцеловали в плечо, отчего мне плакать захотелось.

Но еще долго я не могла уснуть, прислушиваясь к его размеренному дыханию и почему-то знала, что он тоже не спит.