Глава 17

Когда я доехала до дома Савельевых, веселье шло полным ходом, и это несмотря на то, что часы показывали двенадцать дня. В Москве воскресные пикники в саду никогда не начинаются раньше двух часов, но Сочи живет в своем курортном ритме. Народ собирается к полудню, и уже в шесть все заканчивается, потому что, в отличие от туристов, местным жителям утром на работу, детям в школу или садик. Любовь к Москве портит людей. Мы не замечаем, в какой момент начинаем смотреть на мир непредвзято, словно свысока, но взамен получаем сверхспособности бойца, без которых не выжить в столице.

В Сочи все совсем по-другому. Стоило сойти с трапа самолета, как моя уверенность исчезла, реальное ощущение, что в небе мне заменили мозг, вернули к заводским настройкам! Я не знаю, как не разрушить свою жизнь. Погруженная в мысли, выпадаю из всеобщего веселья, делиться новостями с Катюхой не удается, подруга занята гостями: играет с детьми в догонялки, успевает сделать пару снимков на фотоаппарат, заваривает чай, перекидывается парой фраз практически с каждым гостем, уносит со стола лишний мусор, и при этом она в хорошем расположении духа. Как, видимо, и Сочи раздает сверхспособности тоже, отмечаю я, наблюдая за подругой. Понимая, что на самом деле она уже валится с ног, вызываюсь помочь в надежде перекинуться парой фраз.

— Сегодня точно нет праздничной даты? — спрашиваю я, пересчитав собравшихся гостей.

— Нет, уверяю, мы планировали собраться впятером, — полушепотом отвечает Катюха, — но тут приехали родители Ромки, у них отвратительная привычка приезжать без звонка! Потом вспомнили, что обещали заехать к Олегу с Иркой, пришлось позвать их к нам, а те, как видишь, не отказались. А раз уж тут родители мужа, пришлось позвать моих родителей, иначе обид не избежать. А систер ночевала у нас, она с парнем разругалась буквально в квартале от нашего дома, — смеется подруга.

Смотрю на молодую девушку, которая в стороне от всех растянулась в шезлонге, прикрыв лицо кепкой, слушает музыку. Рядом на белоснежном столе стоит бокал белого вина и тарелка с закусками в виде листьев салата и овощей исключительно зеленого цвета.

— Твоя сестра просто заводила на этом празднике! — улыбаюсь я, заметив, как Женька отмахивается от попыток отца вытащить дочь к общему застолью.

— Не обращай внимания, она же в депрессии, и держись подальше сегодня от нее, иначе утонешь в ее «сложной жизненной ситуации».

— Как скажешь! Может, замутим реалити-шоу, представляешь, какие рейтинги и гонорары тебя ждут! — веселюсь я.

— Ха-ха-ха, у тебя, смотрю, тоже не жизнь, а аргентинский сериал, свекровь еще не запустила в тебя сковородкой? — парирует подруга.

Кривя рот в улыбке, спрашиваю:

— Откуда знаешь, что я у Смирнова живу? — удивляюсь я.

— Читала сценарий! — шутит она, увлекая меня в дом. — Нет времени на прелюдию, выкладывай.

— Удивительно, как чужая беда способна поднять настроение женщине! — восклицаю я.

— Не прибедняйся, ты свалила от всех родственников и проблем с ними на другой конец страны на восемь лет! А я, между прочим, каждый день бок о бок с их плохим настроением, болячками, психами, капризами, дурацкими шутками, переизбытком внимания, отсутствием внимания, нравоучениями, и все это, заметь, в режиме нон-стоп.

— Я, если помнишь, звала тебя с собой, — вставляю я.

— Помню, — тяжело выдыхает Катя, не желая развивать эту тему. — Рассказывай уже, как тебя встретил муженек.

Раскладывая нарезанные овощи на тарелку, пересказываю события. Катька хохочет, отпускает шуточки в стиле женского stand-up шоу, и спустя пару минут я уже, давясь от смеха, рассказываю, с каким лицом мать Димона смотрела на меня утром, когда Сэм предложила позавтракать.

— А вот с Ником не все так весело, он вчера накинулся на меня с упреками… — перехожу я к главной теме.

В кухню входит мама подруги, я замолкаю. Женщина суетливо хватает тарелки с едой, бросает на нас укоризненный взгляд.

— Дочь, гостей нельзя оставлять голодными, у хорошей хозяйки стол не должен пустовать.

Подруга закатывает глаза, понимаю, как, должно быть, она устала от подобных фраз. Киваю головой в сторону выхода, продолжим разговор позже.

Аромат и необыкновенный вкус поджаренного мяса выпихивает грустные мысли о Нике, о калорийности и предстоящей свадьбе… о возможной свадьбе. Отпустив ситуацию, уплетаю третий кусок пиццы и взглядом уже застолбила шоколадный маффин. Пережевывая сырный бортик, тянусь за маффином. В этот момент желанная выпечка исчезает с белоснежной тарелки.

Ошарашенная чьей-то наглостью, поднимаю глаза и вижу, как кекс залетает в рот Димона.

— Какого черта… — вылетает из моих уст, прежде чем успеваю подумать, — ты здесь делаешь?!

— И тебе доброго дня, женщина, — поглощая мой шоколадный кекс, говорит Смирнов.

Из-за спины все еще мужа появляется довольное лицо Романа.

— А это я пригласил! — радостно говорит он и тут же добавляет: — Принес?

Дмитрий положительно кивает, запивает кекс соком и уводит друга в дом. Сжимая кулаки от досады, отворачиваюсь к импровизированной танцплощадке, где, сделав музыку погромче, начались латиноамериканские танцы. В центре отец Ромки с умным выражением лица показывает танцевальные па подруге Катьки.

— Ча ча раз, два, три… — чеканит он, оказавшись около меня.

Грузный мужчина изрядно потеет, видно, что на «паркете» дилетант, который никогда не занимался танцами, но продолжает учить основам. Встречаюсь взглядом с Савельевой и не удерживаюсь от смеха. Ровно полчаса назад он объяснял собравшимся, как правильно готовить шашлык, а до этого была лекция на тему, как правильно выбирать садовую мебель. В общем, этот мужчина знает все, а точнее сказать, он знает теорию, на практике все иначе.

Но об этом мало кто знает…

Ловлю за руку подругу.

— Какие дела у твоего мужа с Димоном? — спрашиваю я, стараясь выглядеть при этом равнодушной.

— Никаких, кроме как дружеских, — улыбается блондинка, понимая, что вид бывшего мужа не оставляет меня равнодушной, — они просто общаются, мы покупаем у Димона морепродукты. Ой, ты же, наверно, не знаешь…

Внимательно смотрю на подругу в ожидании рассказа, но она замолкает и резко срывается с места. Поворачиваюсь посмотреть, куда же она так рванула. Малышка Полина, оказавшись без присмотра, заловила бедолагу кота и теперь пихает в его пасть дольку яблока. Животное упирается, издает возмущенный гортанный звук и, кажется, вот-вот расцарапает ребенку лицо. Не сразу замечаю приехавшую дочь.

— Привет! — радостно приветствует дочь.

— Привет, как дела? — спрашиваю я, обнимая девочку.

— Хорошо, у меня для тебя сюрприз, идем.