Глава 11

Я выбрала спальню хотя бы потому, что предполагалось, что в момент оргазма меня снова «отключит» от реальности. Щелк - и я в другом мире. Как сменить канал на телевизоре. Поэтому я решила, что лучше сразу падать в обморок в спальне наверху, чтобы Эрику не пришлось нести мое бесчувственное тело через всю таверну на глазах у всех.

Мы молча поднялись на второй этаж по лестнице, зашли в темную комнату. Где-то в углу мерно капала вода из протекающей крыши.

Было зябко. И страшно.

- Я займусь камином.

Ощущения были, как на приеме у гинеколога. Проходите, раздевайтесь, а я пока разожгу камин, у нас тут в средневековье только недавно стали прокаливать инструменты, так что вам страшно повезло, что вы угодили к нам именно сейчас, а не столетием раньше.

Черт, а мы предохраняемся в тех видениях? А если нет? Может быть, я успеваю исчезнуть до того, как…

- Рин? - Эрик стоял надо мной у кровати.

С камином было покончено, а я все еще сидела, стиснув побелевшие кулаки.

Качнула головой и выдавила.

- Я не могу так… Может быть, пошло оно все? Вдруг этой руны хватит? Видишь, я провела здесь целый день и ни одного обморока, значит, продержусь и дальше. Мне страшно, Эрик. Что если… - я подняла на него глаза. - Что если, это не ты?

Он коснулся моего подбородка и провел большим пальцем по губам.

- Если это так, то я просто отведу тебя к нему, Рин. Буревестников в Гийлире немного. Найти его будет просто. А на твоей коже должны быть руны, Рин, иначе ты просто не выживешь.

Он медленно провел палец по нижней губе, заворожено на это глядя сверху вниз.

- Если что-то случится, а меня не будет рядом, я не хочу, чтобы ты пострадала, Рин. Нужно делать так, чтобы магия Гийлира перестала быть угрозой для твоей жизни. К сожалению, у нас нет других вариантов. Рун на твоем тебе должно быть больше, чем всего лишь одна.

Я смотрела на него снизу вверх, пока он обводил пальцем контур моих губы.

- И если это другой буревестник… - спросила я. - То ты просто отдашь меня ему?

- Давай не будем загадывать.

Он нагнулся и поцеловал меня. Чудом, я не забыла о том, что мне запрещено его касаться и даже не обвила его шею руками. Осталась сидеть, как сидела, только поддалась к нему навстречу всем телом.

Эрик целовал меня медленно. Пробуя на вкус, добиваясь того, чтобы я расслабилась и больше не напоминала взведенную тетиву лука.

Постепенно я оживала, откликаясь, отвечая на его тягучие, как горячая карамель, поцелуи. С кем бы ни целовался до меня буревестник, он определенно хорошо усвоил, как только с помощью одного поцелуя мужчине убедить женщину раздеться.

В голове немного помутилось, но пока было терпимо.

Я встала на ноги, спиной к нему, и позволила снова расшнуровать корсет. Эрик ругнулся, когда запутался в шнурках, которые сам же завязал сегодня навеки вечные.

Я вздрогнула всем телом, когда услышала, как затрещала ткань. Лишившись терпения, он просто разорвал корсет по шву. Снова я осталась без нормальной одежды.

- Что я надену завтра? - выдохнула я, когда его губы обожгли обнаженную шею.

- Завтра и разберемся.

Резким движением он сорвал с меня платье.

И судя по взгляду Эрика, белая хлопковая поддевка до середины бедра была самым эротичным из того, что ему когда-либо доводилось видеть. Он снова поцеловал меня и потянул к кровати, стянув с меня эту рубаху где-то на полпути.

И вот я снова обнажена, а он даже сапоги не снял. Мужчины такие мужчины.

Окинув мое тело потемневшим голодным взглядом, он уложил меня на кровать, провел рукой по коже, и в темноте засверкала россыпь радужной пыли. Не теряет надежды совместить приятное с полезным. Но упрямая магическая пыль, щекоча кожу, словно крошки от печенья, бесполезным образом просто ссыпалась с меня на кровать.

Тихо рыкнув, Эрик снова набросился на мои губы, а я всячески сдерживала себя, чтобы не впиться руками в его волосы, не начать царапать ногтями плечи и спину. Он был по-прежнему целиком одет, только, не глядя, все-таки скинул сапоги. Те с грохотом упали на пол.

Разведя мои ноги в стороны, он провел всей ладонью сверху вниз, а после сразу ввел в меня палец, на этот раз явно не опасаясь навредить несуществующей девственности. При этом с жадным восхищением он глядел на мою реакцию и то, как меня выгибает от его сильных быстрых движений.

Я комкала в руках одеяло, но это помогало мало. Мне хотелось царапать и кусать только его, чувствовать своей кожей его. И когда бедром я ощутила его желание, то застонала еще сильнее.

Даже в плохо отапливаемой комнате в его горячих объятьях я совсем не ощущала холода. А еще теряла голову от безрассудства, и вкупе с головокружением это состояние напоминало легкое опьянение после бокала шампанского.

Окончательно осмелев, я вывернулась на кровати так, чтобы мои руки нашли то, к чему больше всего тянулись. Пяткой при этом я уперлась в его бедро, позволяя ему творить между моих ног и дальше то, с чем он так успешно справлялся до этого.

Когда я впервые пробежалась пальцами по твердому горячему члену, даже несмотря на слои одежды, Эрик хрипло застонал, его движения при этом стали резче, сильнее и глубже.

Будет нечестно, если в очередной раз это закончится моим оргазмом, а он опять останется ни с чем.

Впрочем, как оказалось, Эрика сейчас меньше всего волновала справедливость. Не сразу, но он все-таки осознал, что я делаю.

И в следующий миг я оказалась распластанной под ним, вжатой в кровать с задранными над головой руками.

- Не играй с огнем, Рин! - прорычал он, перемежая слова укусами.21b4bc

Он больно потянул меня за нижнюю губу, а я тщетно сжимала бедра, извиваясь под ним в попытке достигнуть разрядки, без которой он теперь меня оставил.

Осыпая мое лицо поцелуями, его губы скользнули ниже, и он чувствительно укусил меня в шею. Потом в плечо.

- Вспомни, как кричали те женщины на Алтаре, - процедил он, обжигая горячим дыханием мою кожу. - Ты не знаешь, каким сильным становится дракон в момент трансформации возле истинной пары. И в сердце Гийлира, где земля насквозь пропитана древнейшей магией…

Соображать удавалось с трудом, но я все-таки собрала силы в кулак.

- Боже, ты хочешь сказать… Трансформация происходила прямо во время лишения девственности?

- А зачем драконам применять оружие? - прошептал Эрик. - Достаточно выпустить на волю звериную сущность в самый неподходящий момент. Давай я разденусь, а ты ведь этого хочешь, Рин, и проверим, выживешь ты к утру или нет после ночи со мной?

- Пустые угрозы, - слабо сопротивлялась я. - Я не твоя истинная. А тебе не по силам сменить облик без Сердца Стихий.

Но это была лишь бравада. Мне было действительно страшно. Не зря он так остро реагировал на мои прикосновения, а я хорошо помнила, что Маим не получила однозначный ответ на свой вопрос, обладает ли Эрик такими силами, которые могут позволить ему совершить невозможное?

Если сейчас он возьмет меня, без рун и моей адаптации, велик шанс, что из-за переизбытка магии меня катапультирует не в другой мир, где я смогу поработать шпионом, а на тот свет. Где мне будет отведена только роль немого трупа.

Эрик медленно и ласково провел по моей щеке и прошептал, отвечая моим мыслям:

- Ты все еще очень восприимчива к нашей магии… Тебе нужны руны, Рин, и это не просто моя прихоть. Не дразни меня, потому что хуже будет только тебе. Еще одно движение, и, клянусь, я тебя свяжу, как и всех остальных до тебя, потому что ты должна пережить хотя бы эту ночь.

Чтоб тебя черти драли, Эрик! Обязательно напоминать о том, что я у тебя не первая?

- Ты меня поняла? Тогда держись за изголовье и не смей убирать рук, - приказал он, нависая надо мной.

Пальцами я нащупала перекладины за головой и крепко вцепилась в них.

- Клянусь всеми богами, как только на моем теле появится достаточно рун, я найду тебя. И плевать на то, будет у меня истинный или нет, но первым в этом мире у меня станешь именно ты.

Он горько усмехнулся.

- Это ты сейчас так говоришь. А когда встретишь Его… Тогда все будет иначе.

Я хотела спросить, как это происходит и как именно я пойму, кто мой истинный, но в этот миг все слова вылетели у меня из головы, потому что Эрик развел мои ноги в стороны, нагнулся и провел языком.

И тогда я прекрасно поняла, о чем были его угрозы.

Меня прошило током, а кровь буквально вскипела. Это были не только сексуальное желание или удовольствие от его более чем смелых ласк.

Это была та магия, которая уже дважды отправляла меня в нокаут.

Сердце забилось где-то в горле, а я вцепилась в перекладины так сильно, что до боли впилась ногтями в собственные ладони. Магия причудливо переплеталась с удовольствием, и она же бурлила в крови как смертельно опасный наркотик, иссушая кровь. Чем сильнее было возбуждение, тем быстрее рос уровень магии. Тем громче стучало в висках, а я металась по кровати, судорожно хватая ртом воздух. Если Эрик хотел доказать правоту своих слов, то ему это удалось на все двести процентов.

Я цеплялась за реальность из последних сил, но чувствовала себя при этом канатоходцем, что выполнял опасные трюки без страховки над пропастью.

Черная бездна влекла и манила, и я знала, что падение неизбежно.

Я обязательно сорвусь, потому что все, что я хочу, это чтобы удовольствие продолжалось.

Если только я не умру раньше, чем наступит оргазм. А все шансы для этого у меня были.

Я сделала глубокий вдох, чтобы закричать и остановить Эрика, но поняла, что не могу дышать. Кислород просто исчез из легких. Сгорел под натиском жара, который разливался внизу живота.

Меня выгнуло в его руках, даже несмотря на то, что Эрик очень крепко зафиксировал мои бедра в своих ладонях.

Это был сильнейший оргазм в моей жизни, он все же наступил, но в тот же миг преграды рухнули. Пламя хлынуло, с голодной яростью овладевая всем телом.

Канат истончился.

Я рухнула в бездну.