Глава 19

Темными коридорами нас провели в залитую светом факелов и свечей каменную залу, в центре которой стоял длинный, как на свадьбу, накрытый стол. Хрусталь и серебро искрились в дрожащем свете, и по оранжевым от огня стенам плясали солнечные зайчики.

Вайс сменил дорожный плащ, представ перед нами в ярко-красном одеянии с широкими рукавами, украшенном шелковой жилеткой, расшитой черными молниями. Тень надвинутого на глаза капюшона почти полностью скрывала его лицо, щадя мои чувства.

В бледных пальцах Вайс держал бокал из толстого стекла с серебряной инкрустацией и изредка делал глоток густого, почти черного вина.

Пространство залы было большим и пустым, кроме стола в самом центре, был только узкий столик с десертами и другой, с напитками. Зато потолок был высоким, метра четыре, если не больше. Окон не было, а гладкие каменные стены украшали гобелены. Вытканные сюжеты оказались мне знакомы, и я не сразу сообразила, что в моем видении за гобеленами была кладка, здесь же - только чистая горная порода с редкими неглубокими трещинками. Значит, мы оказались не в том времени и не в том месте.

Мастера изобразили на длинных и узких гобеленах историю Гийлира. Это были схематичные изображения, плоские, чем-то напоминающие манеру рисунков древних египтян, но даже некий примитивизм не портил общих впечатлений.

В центре первого гобелена было хрустальное Сердце и огромный черный дракон с поднятыми крыльями. Сверху и слева мастер выткал другие драконьи стаи, вероятно, защитников Сердца, которым все-таки удалось остановить короля.

Как считалось. Хотя, оказалось, что вовсе не защитники успели ворваться вовремя. Это Эрик остановил отца, чуть не заплатив за это собственной жизнью, но его на гобеленах о междоусобной войне почему-то не было.

На следующем гобелене были люди, и в их внешности угадывалась их принадлежность к разным стаям. Людей изобразили рядами, как книжки на полке. Все они были заняты своими делами: возделывали земли, строили дома и собирали урожай. Драконов на этом гобелене не было. Вероятно, эта сцена значила время после проклятия, когда драконам пришлось смириться со своим вторым обликом, лишившись крыльев.

При виде третьего гобелена я все-таки вздрогнула, он рассказывал о судьбе попаданок Гийлира. Девушки стояли рядами в нижней части гобелена, в центре был дракон с расправленными крыльями и покрытое кровью Сердце рядом с ним. А сверху на троне восседала королева.

Это был первый раз, когда я увидела ее.

Королева драконов Этель. Вряд ли стоило полагаться на достоверность изображения, но я все равно с жадностью рассматривала ее, которая почему-то казалась мне соперницей. Эрик дал ей обещание, и ей хватило его слов, чтобы отпустить опасного наследника и сохранить ему жизнь. Пусть работа проводника была худшей долей из всех в Гийлире, пусть Эрик не имел привилегий, но он оставался жив.

Этель на гобелене была в красном, ее платье словно пылало, как и волосы, вероятно, в реальной жизни она была из огненных драконов. Вокруг трона почему-то возвышались белоствольные деревья с ярко-красными листьями, а не стены Чертога. Над головой королевы и по всему краю гобелена мастер вышил драконов разных цветов.

- Такова цена, которую мы должны уплатить за возвращение крыльев, - сказал Вайс, протягивая мне тяжелый бокал.

Серебро на бокале обожгло пальцы холодом. Я поежилась, жалея, что в комплекте к платью не полагалась палантин, тогда не пришлось бы сверкать голыми плечами. Тонкий шелк не грел, а огромное помещение, скрытое под землей, никак не отапливалось. Так что здесь было довольно прохладно, градусов пятнадцать.

- Холодно? - участливо осведомился шаман. - Сейчас.

Вайса было не узнать. В своей стихии из маниакального уродца он превратился в услужливого дворянина. Но что-то мне подсказывало, что это всего лишь еще одна маска из всех, что были в его запасе. Для меня Вайс был и оставался волком в овечьей в шкуре.

Повелитель Культа щелкнул пальцами и из единственной приоткрытой двери, через которую вносили блюда с едой, появился прислужник огня. Стоило ему замереть в паре шагов от меня, как голую спину обдало жаром.

Персональный камин. Круто.

Я благодарно кивнула, и Вайс отошел к Эрику.

А я вернулась к последнему гобелену на этой стене.

При беглом осмотре могло показаться, что это тот же первый гобелен: тот же черный дракон в центре, драконы по бокам, но все же это полотно было о разрушении Сердца.

Древний артефакт был на том же месте, ровно в центре композиции, но теперь от него остались лишь гора осколков. По углам гобелена ютились прислужники разных стихий, а двое других стояли по бокам от дракона. А трон был пуст.

- Присаживайся за стол, Марина, - произнес Вайс.

Прислужник огня бесшумно двинулся следом за мной на почтительном расстоянии. Его тело было чистым пламенем и при этом держало одну форму, напоминавшее пламя свечи. У него не было глаз, рта, рук и ног, а передвигался он, не касаясь пола, как подхваченное ветром семечко одуванчика.

Я вспомнила вой прислужников земли, который они издавали, когда шаманы ломали их сопротивление. И то, что на тех прислужниках были ошейники из какого-то неизвестного мне металла. У этого же его не было, может быть, потому что этот прислужник доказал свою лояльность Культу?

Интересно, как Вайс сдерживает прислужников других стихий, если сам он шаман Времени? Впрочем, прислужник был послушным, хотя я и не могла отделаться от мысли, что позволять разгуливать чистому пламени - опасно.

На накрытом столе оказалось мясо, мясо, еще мясо… И даже сырое мясо в духе карпаччо.

А нет, среди мясного разнообразия нашлась еда и для меня. Не то, чтобы я не была истовой вегетарианкой, но все же. Золотистые лепешки сияли масляными поджаренными боками, а посыпанный сверху белый сыр плавился от их жара. Рядом зеленел салат из всевозможных трав, усыпанный семечками. Уже легче.

Я заняла свое место, опустившись на заботливо придвинутый Эриком стул. Как я и думала, Эрик странно смотрелся в своей потрепанной одежде в этом интерьере, где переливалось столовое серебро. И все же что-то в его внешности, выражении глаз и сжатых губах говорило о том, что ему здесь самое место. Что он рожден для этого.

Сидя за столом, я устремила взгляда на стену напротив. Во всю стену там располагался воистину огромный прямоугольный гобелен. Вблизи я бы рассмотрела только детали, а вот издалека как раз видна была вся картина целиком.

Это был гобелен о приручении стихий и созданию стихийный драконов. Мастер, безусловно, польстил Вайсу, изобразив, что шаману поклонялись уже все шесть стихий Гийлира. Сейчас у Вайса находились в услужении три стихии, хотя по сути он управлял только Временем.

В то время как Эрик, неожиданно для меня, мог управлять всеми шестью.

Культист в красной робе по очереди предложил мне блюда с салатом, прожаренным мясом на косточке и одну лепешку. Пока другой занимался тарелкой Вайса, сам шаман отпил темного вина и сказал, повернув свое изуродованное лицо ко мне:

- Итак, твоя подруга в Чертоге, Марина.

Так буднично, как будто мы говорим о чем-то самой собой разумеющемся.

Аппетит тут же пропал. Я отложила вилку с двумя зубцами в сторону и кивнула. Прислужник подвинулся еще ближе, посчитав, видимо, что я стала дрожать от холода, но это было не так.

Раз мы не собираемся ходить вокруг да около, то перейдем прямо к делу.

- Когда начинается ритуал? - спросила я. - И сколько у нас времени, чтобы спасти ее?

- Ритуал начнется, как только все проводники доставят невест. Если Чертогу ничего не помешает, то… через десять дней твоя подруга будет мертва. А какой-то дракон поднимется в небо, вернув себе крылья.

Эрик тоже отложил вилку. Еда на его тарелке осталась нетронутой.

Вайс снова сделал медленный глоток терпкого вина и сказал:

- Я считаю, что нам давно пора остановить эти бессмысленные смерти. Вы видели, что стихийные драконы ничуть не хуже тех, кто служит королеве…

- Твои стихийные драконы не вернут крылья остальным, - произнес Эрик.

Он летал в детстве, вспомнила я. И вспомнила то краткое «Увы» на вопрос, помнит ли он об этом. И это загвоздка номер один. Даже если драконы перестанут убивать попаданцев, это не отменит проклятия, а значит, крыльев им тоже не видать.

- Верно, - согласился Вайс. - И ты знаешь, Эрик, какой у нас единственный выход, чтобы снять проклятие короля.

- Уничтожить Сердце, - вместо него ответила я.

- Я создал Культ ради этого, - кивнул Вайс. - И как никогда уверен - конец близко. Ты, Эрик, именно тот, кто должен разрушить Сердце и снять проклятие. И тебе пора сделать выбор. Иначе мы не успеем помочь подруге Марины.

Как просто. Решайся и сделай то, что не сделал твой отец. Вот только дело не только в спасении Лизы.

Ведь Эрику не дадут так просто подойти к Чертогу, а значит, то, что сейчас звучит просто, обернется кровавой битвой. И чтобы уничтожь древний артефакт, сначала ему нужно свергнуть королеву. Ведь Эрика не ждут с распростертыми объятиями в Чертоге.

И даже это было не все, чем могло обернуться уничтожение Сердца.

Неужели именно это Вайс видел, когда сказал, что Лиза выживет? Видел, как Эрик разносит артефакт?

Я кашлянула и тоже пригубила вина.

- Как быть с тем, что сейчас Сердце скрепляет отношения между драконами и стихиями Гийлира? И что только Сердце сдерживает стихии от того, чтобы не начать снова воевать друг с другом?

- Вижу, ты не теряла времени даром и изучила историю нашего мира, - растянул бледные губы Вайс, обнажая бордовые зубы.

Может быть, он просто пьет много сладкого вина, поэтому у него такие темные зубы?

Вайс отставил в сторону опустевший бокал.

- Действительно, - согласился он, - огонь ненавидит воду, ветер проклинает огонь, земля преграждает путь воде, а жизнь борется со временем. До прихода в этот мир драконов, Гийлир был миром хаоса и вечной ненависти, и только первые драконы усмирили стихии, заставив их прекратить борьбу и подчиниться себе. Драконы скрепили этот договор Сердцем Стихий, которое позволило всем стихиям сосуществовать в равновесии, и только тогда Гийлир обрел покой. И если уничтожить Сердце, то мир снова вернется к прежнему хаосу. Этому нас учили легенды и этим пугали шаманы. И это могло быть правдой, если бы… не осколок в сердце Эрика.

Вайс повернул лицо к Эрику.

- В каком смысле? - тихо спросила я.

Вайс откинулся на спинку стула и продолжил:

- Во всем Гийлире только Эрику по силам уничтожить Сердце, но также только он может удержать стихии в миг, когда они обретут свободы. В его сердце осколок самого могущественного стихийного артефакта. И его не просто так бояться все живые на этом свете. Еще ребенком, он выдержал сражение шести стихий внутри себя и выжил. Сейчас он способен на большее. Сейчас он может стать тем, кто будет управлять всеми стихиями разом.

Я медленно перевела взгляд на него. Эрик играл желваками, пока Вайс продолжил говорить:

- Эрик может усмирить стихии, заставив все шесть подчиняться ему одному. Гийлир не знал такого. Каждый шаман с самого детства роднится с одной стихией и только, и все они слишком слабы для того, чтобы выдержать все шесть. Но глупцы из Чертога бояться потерять власть, которой их наделила Этель, и рассказывают небылицы о том, что Культ хочет уничтожить этот мир, но на самом деле это не так. Я просто пытаюсь вернуть драконам крылья, а еще остановить бессмысленную бойню ни в чем невиновных мужчин и женщин. И заодно вернуть трон тому, кто действительно достоин этого. Я долго ждал этого часа, и теперь время пришло. Пора сделать окончательный выбор, Эрик. Ты можешь продолжить прятать голову в песок и шляться по окраинам, или наконец-то сделаешь то, для чего ты был рожден.