глава 6

Указанный кабинет со сложным номером Аня нашла с третьей попытки. Просто отдел кадров оказался достаточно велик и поделен на несколько кабинетов. Да все это еще сложной конфигурации, а она торопилась. В общем, потыкавшись в разные двери и уже подозревая у себя топографический кретинизм, Аня наконец попала к нужному специалисту.

Постучалась.

— Здравствуйте.

И постаралась изобразить доброжелательную улыбку, справедливо полагая, что вежливость никогда не бывает лишней. Женщина, сидевшая за большим рабочим столом, встретила ее нейтрально. Указала ей на кресло:

— Проходите, присядьте пока.

А сама пододвинула к себе пластиковую папку с желтым стикером. Ту самую, которую Аня уже видела у Губаревой, открыла ее и стала внимательно изучать. Почитала еще раз резюме, присмотрелась к размашистой подписи в верхнем левом углу. Потом снова перевернула пластиковую обложку и внимательно взглянула на желтый стикер. Аня замерла в кресле, невольно вытягивая шею, ведь это касалось ее лично.

— Извините, — вдруг проговорила женщина. — Посидите минуту, мне надо выйти.

— Да, конечно, — пробормотала Аня.

Женщина вышла, оставив дверь открытой. Ане было видно с ее места, как та зашла в соседний кабинет и о чем-то переговаривала с другим специалистом. Потом вернулась, стала что-то забивать в компьютере. Аня уже хотела спросить, может, возникли какие-то проблемы?

Но в этот момент вошла тот самый специалист и сообщила:

— Все верно, никакой ошибки нет. К Волошину в отдел организации коммерческой деятельности.

После этого обе женщины уставились на Аню такими взглядами, как будто у нее две головы выросло. Да, она понимала, что в организационный отдел попасть непросто, туда берут специалистов со стажем и опытом работы. И честно, она даже не рассчитывала. Черт… Как-то стало неуютно от всей этой таинственности.

Однако в этот момент дверь кабинета закрылась, а женщина-специалист отдела кадров, сидевшая за рабочим столом, занялась ее оформлением. Через полчаса, заставив ее подписать все бумажки и выполнив все необходимые формальности, женщина набрала какой-то номер на селекторе, сказала пару слов, а после повернулась к ней:

— Поздравляю. Можете приступать прямо сейчас, вас покажут рабочее место.

Когда Аня наконец выбралась из этого кабинета со сложным номером и странной атмосферой, чувствовала себя так, словно ее провернули через мясорубку. Но это чувство скоро сменилось новыми впечатлениями.

Отдел, в котором ей предстояло работать, располагался этажом выше, и у нее там был отдельный маленький кабинетик. Широкий офисный стол, оргтехника, мебель, растения. За стеклянной стеной город. Даже не верилось.

Аня уселась на свое рабочее место, чувствуя, как потихоньку начинает накатывать эйфория. Кажется, ей повезло. Потом она скинула шпильки, крутнулась в кресле и полезла в компьютер, пытаясь представить себе, что собой представляет этот таинственный Волошин, с которым ей придется работать.

***

Строптивая девчонка, заставившая его побегать как обделавшегося щенка, наконец-то была в его власти. И все же Максим не пошел к ней сразу. Ему нужен был эффект неожиданности. Пусть расслабится, обживется на новом месте, и потом, когда она меньше всего будет ждать этого, подойти и сказать:

— Здравствуй, Анна.

Увидеть потрясение в ее глазах. Страх, страсть? Как знать. Склониться ближе, вглядеться в ее бесстыжие синие глаза, чтобы не упустить ничего. Ни одного, даже самого незначительного оттенка чувств, впитать в себя все. Это ли не месть за все, что он испытал по ее милости? Прекрасная месть! Но ему было мало, он хотел еще.

Еще ее тела, криков страсти, запаха. Всего!

И он намерен был все это взять. Потому что знал — теперь она от него не уйдет. Не скроется, как там, в проклятом отеле у Арсена. Не будет больше проколов. А будет правильная тактика для маленькой изворотливой дряни.

Упрется? Он знал теперь, как будет с ней говорить и какие меры примет.

Однако за внешней уверенностью прятались и другие мысли.

Будут ли чувства в ее глазах? Что если за все это время она ни о чем не вспомнила вообще? Если для нее это был всего лишь проходной эпизод. И это только он метался, как раненый зверь, обзванивал больницы и морги, а легкомысленная синеглазая куколка трахнулась с ним и тут же забыла про него?

А вот это было обидно! Потому что он о ней помнил. Каждую секунду, каждое ощущение. И до, и потом. Ядом она впиталась ему в кровь. И было еще другое, совсем уж тайное, о чем Максим Волошин не решался думать даже наедине с собой. Но мысль присутствовала на периферии сознания постоянно.

У них был незащищенный секс. И это могло иметь последствия. Вполне обычные последствия. Просто он никогда не соотносил это с собой, в его размеренной и просчитанной жизни для таких вещей не было места. И все же. Она могла быть беременна. Если это его ребенок…

Тут мысли стопорились.

Максим не знал, как к этому отнестись. Ничего не знал. Раньше всегда избегал подобных ситуаций, даже в молодости, а тут попался. Он просто зверел от ситуации, в которой оказался. А это, тщательно сдерживаемое, наваливалось, обрастая деталями, о которых мужчина, привыкший к полному контролю и постоянной личной ответственности, не думать не мог. Он оказался не готов и даже не знал, хочет ли этого вообще. А подсознание уже выстраивало полную картину, просчитывая риски на годы вперед. Жизнь его выстраивало!

День дался ему безумно тяжело.

Как бы то ни было, Максим продержался до вечера, больше не смог. Планировал месяц не видеться с этой девчонкой? К черту! Когда до завершения рабочего дня оставалось несколько минут, он пошел к ней.

Идти-то было всего ничего — несколько десятков метров по коридору, пятьдесят шагов.

***

Первый рабочий день подошел к концу. У Ани он прошел на подъеме, к вечеру она даже не устала, вот только немного отекли ноги. Она подумала, что завтра захватит сюда сменную обувь. И еще немного разного по мелочи.

Вообще, ей понравился отдел, никакой суеты, можно работать по собственному плану, и за целый день тебя никто не побеспокоит. Вся отчетность в интерактивной форме, сбрасывать на сервер, и все.

Осталась буквально пара минут, в коридоре уже слышались шаги, верный знак того, что сотрудники уходят домой вовремя. Аня выключила компьютер, втиснула ноги в новые лодочки и собиралась зайти в туалет на дорожку. И тут шаги остановились прямо рядом с ее дверью, а потом дверь молочного стекла медленно открылась. Она подняла голову и обмерла.

На пороге стоял тот, кого она надеялась никогда больше в жизни не увидеть.

Аня просто онемела, ей казалось, из груди вышибли весь воздух. И надо вздохнуть, надо закрыть глаза, тогда наваждение пропадет. Но она не могла шевельнуться, не могла прервать зрительный контакт.

Невозможно было поверить в то, что видят глаза, но он был именно таким, каким Аня его запомнила. Матерый, рослый, лощеный, наверное, красивый. Конечно, красивый, русые волосы, серые глаза…

Сейчас этот мужчина казался ей страшным. Серые глаза смотрели на нее поверх очков пристально, словно она букашка.

— Здравствуй, Анна, — проговорил он и шагнул в комнату.

«Господи, за что…» — успела только подумать она. Мужчина вошел, закрыл за собой дверь, как будто отрезал от всего внешнего мира, и снова повернулся к ней. Вот теперь стало по-настоящему страшно. Он — как хищник! А ситуация повторялась. Она смотрела на него и не могла понять, как такое могло такое случиться?!

— Что же ты не здороваешься, Анна?

Нехорошая усмешка, злая. Сарказм в голосе. Аня невольно вздрогнула и подалась назад. Этот его жест. Резкий, силовой. Руки — словно стальной капкан. Сразу вспомнилось все. Как эти руки ее обнимали, слова эти его: «Тихо, у тебя истерика». И что было потом.

Истерика начала накатывать на нее сейчас.

Не ожидала она такого «подарка» от судьбы. Не ожидала. Нервно сглотнула, силясь собраться и дышать медленно и ровно. Но сердце стучало как бешеное и ком под ложечкой. Однако она смогла.

— Здравствуйте.

Мужчина качнул головой, засунул руки в карманы и сделал к ней еще шаг.

— Короткая память? Не помнишь, как меня зовут?

Злость стала подниматься в ней. И мурашки дрожью по спине. Проклятая память тела, которую побуждали его голос и давящий взгляд. С этим надо было бороться.

— Я прекрасно помню вас, — сухо проговорила Аня. — Я только не могу понять, кто вы, и что вам нужно от меня.

Негромкий дробный смех. Серые глаза резанули сталью, а потом он сказал:

— Я Волошин. Максим Александрович. Член кредитного комитета NN банка, глава отдела организации коммерческой деятельности и…

Она не дослушала, ее внезапно замутило, закружилась голова. Противный ком, засевший под ложечкой, стал подкатывать к горлу. Аня подскочила и, зажимая рукой рот, бегом побежала в туалет, понимая, что ее сейчас вырвет.

Но не успела запереть дверь, мужчина вломился следом.

***

Все это время Максим сдерживал себя. Но разве можно унять демонов в душе?! Мужчину просто раздирало от противоречий. Откуда в его четко распланированной жизни взялось это все? Как он умудрился запасть на чертову девчонку, заглотить крючок, ту ядовитую наживку, которую она ему забросила, — это было уже неважно.

Решать проблемы по мере поступления. Он привык побеждать, знал, что может справиться с любой задачей, для него нет препятствий. Нужно только увидеть ее и понять.

Зачем? Это был глупый вопрос. Надо и все.

С первой секунды, как вошел, он наблюдал за ней. И да. Даааа! Она выдала именно ту реакцию, которую он так ждал. Паника заметалась в глазах. Язык тела все ему сказал! Месть была сладка, только потом почему-то стала заливать горечь.

Оказывается, он хотел другого. Узнавания, желания, страха — да, небольшого. Потому что маленькая дуреха заслужила наказание. Но не того холодного отторжения. Которое он, в конце концов, увидел в ее глазах.

Девчонка оказалась не так проста. Справилась с собой.

Холодный тон, неподвижная маска лица.

«Что ты строишь из себя снежную королеву?» — хотелось сказать ему. — «Мы оба знаем, что стоит мне коснуться тебя, ты очень быстро превратишься в течную мартовскую кошку!»

Бросить ей это в лицо и наблюдать.

Однако он не мог отказать в самоуважении и желании бороться. Бороться с ним? Но это зря! С ним бороться не выйдет. Не та у тебя весовая категория, Анна! Однако во всей этой ситуации был кураж. Как там, в холле гостиницы, у лифта, когда он впервые почувствовал от нее отклик. Потому и дал сейчас ей этот шанс.

Хочешь — на.

И на ее нахальный вопрос, кто он, и что ему нужно, ответил просто. Да, он Волошин, Максим Александрович. Тот самый. Ее босс и непосредственный начальник, и в этот раз придется отвечать за все. Девчонка с дерзкими синими глазищами от него не уйдет, у него есть ее данные.

Он ожидал чего угодно, только не того, что произошло. В одно мгновение все перевернулось, мужчину потрясла ее реакция на простые слова…

Ей плохо?

Плохо?! Тошнит?

Максим мог думать только об одном. О том, что так старательно прятал от себя. Сейчас это ударило в него, выбивая почву из-под ног.

В первый миг в голове мелькнуло — камеры!

Плевать! — Взревело что-то дикое у него внутри. Он бросился следом.

***

Дверь она не успела закрыть, да если бы даже успела, Максим сейчас был в таком состоянии, что все равно бы ее высадил. И да, он не ошибся. Ее тошнило!

— Что с тобой. Анна? — спросил резко, быстро подошел, перехватывая ее за руку.

— Пусти-те… — только успела выдавить она.

А потом закрывая ладонью рот, бросилась в кабинку. И там ее рвало, выворачивало, а он слышал эти звуки, стоял за спиной. В другое время самого вывернуло бы от брезгливости, сейчас он не ощущал ничего, кроме бешеного волнения.

— Анна! Что с тобой?! — рявкнул, когда она наконец выдохнула, а рвота успокоилась.

Ему было чрезвычайно важно услышать это, выяснить. Потому что от этого зависело многое. И если это то, о чем он думает… Но оставался еще шанс.

Девчонка только тяжело дышала и не смотрела в его сторону.

— Что с тобой, отвечай, когда я спрашиваю! Ты ела сегодня что-то несвежее?

— Ничего я не ела, — выдохнула она, вытирая рот ладонью.

А у мужчины защемило сердце. Чеееерт! Ей же было плохо! Он не мог на это смотреть.

— С ума сошла! — рычал он, глядя, как она идет к раковине. — Ничего не есть весь день! Что ела вчера, отвечай!

Она вдруг развернулась к нему и выкрикнула в лицо:

— Оставьте меня в покое! Меня тошнит от вас!

На мгновение Максим замер.

Чувство было, что у него вышибло весь воздух из легких. Однако он быстро овладел собой. Камеры не пишут звук, и это замечательно. Он перехватил ее за руку и потянул за собой наружу:

— Это отравление, — проговорил он сухо. — Сейчас поедешь со мной в больницу, Тебя обследуют, сделают все что нужно, поставят капельницу.

— Отпустите! — она пыталась вырвать руку.

Врешь! Она и так ему вытрепала ему всю душу. Отпустить? Никогда.

— Не вздумай сопротивляться, если не хочешь огрести больше неприятности, — холодно процедил Максим оборачиваясь.

И быстро двинулся к лифтам.