Глава 35

Ждана

Когда покидала стены больницы, такая слабость накатила, что даже идти не смогла. А теперь... Мне очень хочется увидеть дом, который Бахтияр купил для нас. Я не хочу каких-то невозможных хором - мне всегда было присуще чувство меры. От нашего дома мне нужно только, чтобы я его почувствовала как своё место и чтобы он был уютным, не слишком большим. Мне бы не хотелось жить в доме, который по размеру напоминает школу или детский сад.

Поэтому сейчас мне очень любопытно, какой дом купил Бахтияр. Едем к черте города, замечаю указатель "Аврора" - это название элитного жилого посёлка. В больнице я смотрела варианты домов на сайтах. При въезде контрольно-пропускной пункт, нас не останавливают. Видимо, у охраны есть номера машин, которые следует пропускать и не задерживать. За время моего нахождения в больнице начался учебный год. Бахтияр сообщил, что перевел Арса в местную школу. А еще он оформил в отношении сына отцовство. Принес мне в больницу новое свидетельство о рождении сына. Я плакала, потому что уже смирилась с тем, что мой Арс - безотцовщина.

Теперь сын официально Миржоев Арсений Бахтиярович.

О нас, о женитьбе Бахтияр не заводил больше разговора. Я сначала не акцентировала на этом внимание, мне было не до того, после ранения у меня все силы уходили на то, чтобы просто выжить. Как оказалось, это вовсе не так легко.

А сейчас, когда более-менее нормально себя чувствую, накатывают сомнения, а хочет ли Бахтияр во второй раз жениться. И, тем более, на мне. Вряд ли его родственники стали относиться ко мне лучше, учитывая, что я разрушила его брак с "хорошей", "правильной" женой. Правда, Арсений стал часто бывать у дедушки и бабушки и отзывается о них очень хорошо. Сначала мне хотелось выплеснуть из себя то, как строились наши отношения с родителями Бахтияра на самом деле, а после... тормознула себя. Не всегда правда - это хорошо. Не всегда люди возле нас - идеальны, не всегда справедливы и хороши по отношению к нам. Но и мы сами - точно такие же. Не идеальные. Я приняла Бахтияра обратно. После разрыва, после чудовищной лжи и страшных вещей. Но и он, мне хочется, в это верить, изменился.

Однако никогда и не при каких обстоятельствах я не буду заводить разговор о том, что он должен на мне жениться. Он - не должен... Вернее, мне так не надо. Мне нужно, чтобы он и помыслить не мог о том, что я не буду его женой.

Машины едут по улицам, я разглядываю в окно чужие дома. Шикарные.

Наконец, мы подъезжаем к забору из желтого кирпича. Ворота разъезжаются автоматически. Машины заезжают на территорию. И я вижу дом - из желтого и коричневого, цвета темного шоколада, кирпича. Крыша тоже цвета темного шоколада.

Арсений открывает дверцу машины, выпрыгивает на улицу.

- Мам! Пойдем! Мы с папой сейчас тебе всё покажем! - жизнерадостно восклицает мой мальчик, сверкая черными глазами.

Такой красивый. Как и его отец.

Который подает мне руку и помогает выбраться из машины.

- Нравится? - спрашивает, вглядываясь в моё лицо.

Выбираюсь из салона и разглядываю то, что вижу вокруг - участок, над которым явно поработал ландшафтный дизайнер, ровные дорожки, выложенные тротуарной плиткой, вымощенный ею же участок перед домом, на котором стоят лавочки, уличные фонари, широкое крыльцо, ведущее в дом. Глубоко вдыхаю воздух. Чистый.

- Да... Мне нравится, - оцениваю свои ощущения от этого места.

- Тогда пошли в дом. Хочу, чтобы ты там всё увидела.

- Пошли, - соглашаюсь я.

Пока иду, замечаю еще одну деталь - вазы с живыми цветами стоят на крыльце. Букеты большие, яркие.

Заходим в прихожую. Светлая отделка с элементами бежевого и коричневого. Уютно. И снова вазы с цветами. На полу большие. На комоде поменьше.

- Мам! - зовет меня Арсений из глубины дома.

Бахтияр меня обнимает, разворачивает к себе лицом.

- Ждана... Ты не представляешь, что я пережил за эти месяцы, пока ты была в больнице.

Глажу его по щеке. Хороший мой... Любимый...

Касается моих губ своими, нежно меня целует.

- Мам! Пап! Ну, где вы? - торопит нас Арсений.

- Идём мы, - отзывается Бахтияр чуть хрипло.

Мы идем внутрь дома. Но, видимо, у нас с Бахой есть направление, потому что он ведет меня вполне целенаправленно. В коридоре, по которому мы идем, на полу опять стоят вазы с цветами.

Не выдерживаю.

- А это что? Ты цветочный магазин ограбил?

Бахтияр смеется.

- Сейчас узнаешь. Но точно не грабил.

Мы оказываемся в столовой. Тоже светлой.

На столе стоит поднос серебристого цвета и он... Заполнен украшениями. Их много - тут цепочки, серьги, браслеты, кольца.

- Баха-а-а, - выдыхаю я потрясенно.

Я... не знаю, как реагировать. Потом замечаю посередине подноса перламутровую раковину, в которой лежит кольцо. Баха подходит к столу, достает колечко, подходит ко мне, опускается на одно колено. Я чувствую, что мне начинает не хватать воздуха - так я волнуюсь.

- Ждана... У нас разное воспитание, разная религия. разные миры, но... всё это становится неважным, стоит мне представить этот мир без тебя. Почему-то так получается, что каждый раз я тебя почти теряю. И это жуткое чувство. Я хочу, чтобы оно больше не повторялось. Когда я думал, что потерял тебя, я многое хотел сделать по-другому, мечтал, что, если бы было возможно и если бы ты была жива, я бы баловал тебя как ребенка, делал бы всё, что ты пожелаешь. Я бы... просто любил тебя, потому что это именно то, что я чувствую к тебе.

А я чувствую, как по моим щекам текут слезы.

- Ты ведь согласишься выйти за меня замуж? - спрашивает Бахтияр.

И зачем он спрашивает? Ведь прекрасно знает, что соглашусь. Я же ему об этом говорила.

Но всё, на что меня хватает, это короткое:

- Да, - которое дрожит и переливается, как искорки света в трех бриллиантах моего помолвочного кольца.

Бахтияр одевает мне кольцо - на безымянный палец правой руки.

Арсений хлопает в ладоши и кричит:

- Поздравляю!

Я же вдруг осознаю, что нужно прекратить сомневаться - мы с Бахтияром вместе и любим друг друга. Этого достаточно, чтобы быть счастливыми.

Баха поднимается на ноги, улыбается, а я сама тянусь к его губам. Целую.

Мы обязательно поженимся и проживем эту жизнь вместе, потому что небеса предназначили нас друг для друга. И этого ничто и никто не изменит.

Мы будем друг для друга всем, чем возможно быть. И наша любовь будет становиться лишь сильнее.