Глава 37

 - Виктор Петрович! – раздается на весь пустынный двор громкий чуть с хрипотцой голос Маргариты. Дергаются подростки на лавочке. И Богдан около внедорожника.

Поворачиваюсь к бегущей женщине. Но не делаю даже шага навстречу.

- Виктор Петрович, - задыхаясь, повторяет она. Подбегает почти вплотную. И протягивает мне панагию. – Возьмите. Женитесь на своей девушке и пусть вас оберегают высшие силы. Папа просит. Вернитесь, пожалуйста!

- Не стоит, Маргарита, - демонстративно убираю в карманы руки. – Это ваша реликвия. К нам она отношения не имеет.

- Вы не понимаете, - тараторит она. – Посмотрите, как карты складываются…

- Причудливо тусуется колода? - усмехаюсь я, вспоминая старую цитату из фильма.

- Вот именно, - кивает Маргарита. – Поэтому забирайте. Сама того не подозревая, я подставила вашу жену. Хочу поправить ситуацию. А Коля вам денег все равно не вернет. Будет выплачивать по три копейки в год или скажет, что пожертвовал их сиротам. Вы же против сирот не пойдете, правда? – улыбается понимающе. - Если бы не моя выходка… - вздыхает Сухнова. – Пожалуйста, дайте мне шанс все исправить.

- Я не могу. Вещь дорогая. Тем более, подозрения и так падают на мою жену и до сих пор не сняты. Взяв, я подтвержу ее виновность. Поэтому, спасибо, но нет!

- Это ваш водитель? – кивает Маргарита на подошедшего Богдана.

- Брат его жены, - усмехаясь, бурчит Столетов.

- Тем более! – решает Маргарита. – Сейчас все заверим нотариально.

- Сейчас? – оглядываю пустой двор и полутемные многоэтажки. Нотариусы, как и обычные люди, уже спят давным-давно в своих кроватках.

- Ну да! Надо только подняться ко мне, - кивает она на собственные окна. – Я оформлю дарственную. Папа подпишет.

- Вы…

- Нотариус, ваша честь, - склонив голову, улыбается Маргарита. – Пойдемте. Папа очень просит. Нельзя отказывать.

- Простите, - мотаю головой. – Но не могу. Я вам объяснял причины.

- Мой друг излишне щепетилен, - встревает в разговор Столетов. – Идите. Мы сейчас, - кивает растерянной Маргарите.

- Хорошо, я жду вас, - вздыхает она и, опустив худые плечики, бредет к подъезду.

- Витя, я, конечно, все понимаю, - дергает меня за рукав Богдан. – Но пол ляма на дороге не валяются. И тебе их никто не вернет. Я с неделю назад навел справки о твоем научном руководителе. Маргарита права. Он ничего не вернет.

- Мне все равно, - мотаю я головой. – Главное, восстановить справедливость.

- А ты посмотри на ситуацию под другим углом, - подталкивает меня к подъезду Столетов.

- Иди нафиг, - вырываюсь из несильного захвата.

- Просто так забирать нельзя. Но у тебя будет документ, подписанный настоящим владельцем. И на нем будет дата. Сегодняшнее число. Плюс копию его документов затребуем. Сделка должна быть максимально чистой. Отправишь Еремееву потом скан… Пусть обтекает. А там найдем спецов. Продашь панагию, если захочешь. Бабки по-любому нужны. Вон на сеструху мою целое состояние ушло.

«Нужны», - вспоминаю я новую авантюру. Бабла мне теперь потребуется вагон и маленькая тележка.

- Уговорил, - киваю я и нехотя иду вслед за Маргаритой. Щелкнув сигнализацией, рядом топочет Богдан. Мой персональный ангел-хранитель.

- Как же я рада, что вы согласились! Папа тоже обрадуется.

- А уж мы как рады, - ворчит Столетов и осекается, получив от меня локтем под ребра.

Дальше я будто со стороны наблюдаю, как Маргарита оформляет документы. А Богдан отправляет их жене на проверку.

- Все ровно, - кивает он, а Маргарита с чувством шлепает печати и передает мне бумаги.

- Надеюсь, теперь к нам никаких претензий нет, - вручает мне Сухнов заботливо уложенную в коробку панагию.

- Рад был познакомиться, -ляпаю я ни к месту. И выйдя на улицу, ошалело смотрю на Богдана. – Что это было, Дан?

- Ты счастливый говнюк, - смеется тот в голос. – Там, где другие нарвутся на драку и полицию, ты умудряешься сорвать джек-пот. Как профессора наказывать будешь, подумал?

- Да ну его, - заявляю, поморщившись. – Вопрос закрыт. Мне главное, что Лиза ни в чем не виновата.

- А сестре важно, что ты ей поверил, бро, - тихо роняет Столетов, заводя тачку. Включает музыку на полную катушку. А там как по заказу Квин и Пинки. Мы катим по ночной Москве. Подпеваем как когда-то в юности и сами фигеем от собственной бесшабашности.

- Аня велела заночевать у нас, а утром выдвигаться, - заявляет Богдан, въезжая в какой-то двор за невысоким кованным заборчиком. И кивает на темные окна. – У нас тут хата. Сейчас отметим удачную сделку, а утром - каждый к себе домой.

- Хороший план, - соглашаюсь я. – Только билеты на самолет лучше купить заранее.

- Я думал, ты поездом, - кивает Дан на коробку у меня в руках.

- Нет, хочу домой поскорее вернуться.

- Тогда здесь оставь панагию, пожалуйста, - строго отрезает Столетов и добавляет со вздохом. – Что-то гладко у нас все получилось. Боюсь подставы, бро.

- Как скажешь, - пожимаю плечами. Панагия может и подождать. Лизе расскажу обязательно о приключениях этой бесконечной ночи. – И если продавать, то и возить с собой нет смысла.

- Разумно, - соглашается Богдан. – Аня тоже так посоветовала. А у нее чуйка знаешь как работает. Сюда точно никто не войдет, даже если следили. А утром мы разбежимся в разные стороны. Без панагии.

- Думаешь, все так серьезно? – смотрю на друга с сомнением.

- Не знаю я, бро. Честно, не знаю. Но Лизе пока ничего не говори. Меньше знаешь, крепче спишь.

- Да иди ты нахрен, Столетов! - взрываюсь я. – Какого ты меня уговорил взять эту фигню? Все ровно, все ровно! – передразниваю я и добавляю со злостью. – Нет у меня от Лизы никаких секретов. Понял?