Глава 5

Через пять минут я выскользнула на крыльцо флигеля и бесшумно побежала вперед, в темноту ночи, обходя освещенные места и стараясь держаться в тени. Феникс вернулся в кольцо и оттуда направлял меня.

– Направо… Теперь до конца аллеи… Налево, еще налево… Замри… Прямо до конца… В кусты, быстро… Патруль, жди… – командовал пернатый навигатор. Мне оставалось только быстро и четко выполнять распоряжения.

Несмотря на поздний час, резиденция продолжала жить своей жизнью. Хоть и не такой активной, как днем. Нам попадались и слуги, и дежурные отряды, но Феня прекрасно чувствовал приближение посторонних и заранее предупреждал. Благодаря этому, мы без проблем оказались у главного здания и, пропустив несколько патрулей, вошли внутрь.

Здесь стало сложнее. Приходилось практически красться, подолгу затихать, прятаться в укромных нишах. Без Фени я бы точно не добралась. Хотя я без него не решилась бы на эту авантюру и сейчас спокойно спала в своей постели.

Лестница, еще одна, и еще…

Переходы, коридоры, разбегающиеся под ногами…

И наконец – большой беломраморный холл с тремя входными арками по разным сторонам и тяжелой резной дверью в глубине. Именно за ней находился зал предков. В доме на Холме такой зал тоже был, только совершенно пустой, заброшенный. И, разумеется, без родового алтаря.

Все, мы у цели. Оставалось пересечь ярко освещенный холл и открыть заветную дверь.

– Рано. – строго предостерег птиц. – Жди. Надо патруль пропустить.

Я застыла в тени коридора, настороженно прислушиваясь. Взгляд рассеянно скользил по помещению, по статуям в нишах, по картинам на стенах.

Точно напротив меня висел большой портрет, невольно приковывая к себе внимание. Изображенного на нем мужчину я узнала сразу. Суровый, прямой взгляд, шрам, рассекавший щеку и придававший и без того хищному лицу свирепое выражение, выдвинутый вперед подбородок. Окари Янт – легендарный глава клана Фениксов, первым получивший много веков назад своего зверя.

Я много раз встречала этот портрет: в книгах из библиотеки Дома на Холме, в учебниках, энциклопедиях и справочниках. Подолгу рассматривала, изучала, поэтому сразу заметила деталь, которой не было на других изображениях. У этого Окари, в отличие от остальных, на пальце крепко сжатой в кулак руки красовалось кольцо из темного камня.

То самое кольцо, что принес не так давно Феня, обозвав вместилищем. И заставил меня надеть.

И сразу столько вопросов в голове завертелось Будь моя воля, немедленно потребовала бы объяснений от хитроклювого птаха – взяла бы его, приперла к ближайшей стенке, чтобы не вырвался, и выпытала все тщательно скрываемые секреты. Особенно те, что непосредственно меня касались.

Так хотелось это сделать, что ладони сами собой зачесались и в кулаки сжались. Но по холлу уже проходили дежурные из магического патруля. Через несколько минут они скрылись за одной из арок, и допрос с пристрастием снова пришлось отложить.

– Пора, – коротко проинформировал феникс. – Скорее. Пока поблизости никого нет.

У двери я оказалась за считанные секунды, ухватилась за ручку, дернула и… ничего.

– Закрыто, – констатировала очевидное.

– Конечно, – невозмутимо подтвердил птиц. – Кто ж к родовому алтарю свободный доступ оставит? Не только закрыто, но еще и магией огня запечатано. Моей, между прочим, магией. Наследственной. Так что…

Он не договорил, выпорхнул из кольца, увеличился в размерах, взмахнул крыльями раз… другой – словно посылал к преграде, отделяющей нас от зала предков, невидимые волны. По резным завиткам побежали алые сполохи, повторяя витиеватый рисунок, очертили дверной проем по контуру… Негромкое потрескивание – и все погасло.

– Давай!

На этот раз ручка поддалась сразу.

С трудом потянула на себя массивную дубовую створку и скользнула в образовавшуюся щель. За спиной раздался щелчок – дверь мягко захлопнулась, скрывая нас от посторонних глаз. А Феня еще и крошечную красную молнию назад бросил, вновь запирая замок.

– Кто молодец? Я молодец! – подбоченившись, гордо похвастался он. – Что бы ты без меня делала?

– Спокойно спала бы в своей кровати, – хмыкнула я.

– Кто много спит, мало живет, – одарил меня птах очередной сомнительной мудростью и ткнул крылом в глубь зала. – Иди к алтарю.

Огромное помещение казалось совершенно пустым. Стены и потолок утопали в зыбком сероватом полумраке, лишь впереди что-то приглушенно светилось. Туда указывал феникс, туда я и направилась.

Надо признаться, клановый алтарь Фениксов мало на этот самый алтарь походил, по крайней мере, в моем представлении. Ни постамента, ни возвышения, ни даже камешка, пусть самого невзрачного – лишь несколько больших кругов и линий, изображенных… нет, вырезанных прямо на каменном полу и образующих причудливый орнамент.

– Стой, – скомандовал Феня.

Но я и сама уже замерла, не дойдя пары шагов до первой черты. Мало ли что.

– Я сейчас открою доступ и поставлю защиту, чтобы никто ничего не почувствовал, – продолжал птиц. – Сил у меня пока не так много, долго не удержу, поэтому все, что скажу, выполняй сразу. Быстро и без возражений. Спорить и обсуждать потом будем. Поняла?

Молча кивнула – что ж тут не понять? – и феникс рванулся вперед.

Распростер крылья, завис на миг над центром орнамента, а затем кругами начал подниматься вверх. А вслед за ним ярким шлейфом, повторяя каждый виток, закручивался огненный столб – все выше и выше, до самого потолка.

Это было невероятно красиво: тугая спираль раскаленного вихря, танцующие внутри нее радужные искры-пылинки, и феникс, парящий среди них, ныряющий в этот «водопад» снова и снова. Восторженно, жадно, с упоением.

Потом в середине потока возникла мерцающая сфера и стала медленно опускаться вниз, пока не остановилась точно напротив меня – сплетенный из сияющих нитей клубок, в котором, как в колыбели, покоилось золотое перышко.

– Перо истины, – торжественно пояснил птах, подлетая ко мне. – Первое перо первого феникса. Опусти туда кольцо. И зерно.

На мою ладонь упало семечко – то самое, что дал на прощание Лес.

– Скорее… Еле держу…

Сделала, как просили.

Несколько секунд ничего не происходило. Потом шар ослепительно полыхнул, по стенам комнаты заметались разноцветные блики…

Миг – и все исчезло, растаяло, как мираж: перо, сфера, пламенный вихрь. Остались лишь мы с Феней, орнамент на полу и кольцо у меня в руке. Все то же скромное на первый взгляд украшение, только в самой глубине темного камушка сияла теперь золотая искра.

– Уф-ф… Хвала мне, великому, успели, – пробормотал птиц. – Так… зерно уже снова внутри. Хорошо. Потом посадим. Искру истинного огня я пока замаскирую, чтобы не увидели. Все. Надевай и скажи спасибо. Теперь кольцо активировано. Поможет мне полностью восстановиться, а тебе – поскорее расширить резерв, разжечь искру и набрать нужный магический уровень.

– И это все, что оно умеет? – поинтересовалась с подозрением, возвращая золотой ободок на палец.

– Ну… есть еще кое-что… по мелочам… – невинным голосом протянул птах. Слишком невинным, чтобы я не заподозрила подвоха.

И почему мне кажется, что эти мелочи как раз самые главные и есть?

– Оно… феникс вдруг осекся на полуслове и вскинул голову. – Сюда идут.

– Патруль?

– Нет. Патруль пройдет мимо и позже. А он направляется в зал предков и прямо сейчас. Плохо, очень плохо. Я даже спрятать тебя не могу. Здесь не скроешь. Тайное станет явным.

Феня нервно заметался по залу.

– Да кто он? Что происходит?

Но птиц не ответил – резко взвился в вверх, пролетел над орнаментом и… исчез.

Он что, меня бросил?

Входная дверь дрогнула, засветилась – кто-то снимал охранное заклинание.

Секунда…

Другая…

Защита сверкнула последний раз и погасла. Негромко щелкнул замок.

Я медленно попятилась назад, к алтарному рисунку…

И в то же мгновение на меня налетел ледяной ураган. Подхватил, закружил, совсем рядом мелькнула оскаленная драконья морда, и я провалилась в холодный бездонный колодец, чтобы через секунду очутиться в совершенно незнакомой комнате. Вернее, спальне. Прямо напротив стоящего у кровати Фарна, растрепанного и полуобнаженного.

То есть штаны-то на наследнике были, но на этом все. Остальное он, видимо, просто не успел надеть – слишком стремительным и внезапным оказался мой ночной визит.

Взгляд невольно скользнул по мужской фигуре – поджарой, сильной и гибкой одновременно, – отмечая широкий разворот плеч, литые мышцы, перекатывающиеся под гладкой кожей, руки, перевитые голубыми дорожками вен, пресловутые кубики пресса.

– Эннари, – выдохнул Кайден, и мне внезапно стало жарко. От обстановки в комнате, от легкой хрипотцы, прорезавшейся в низком голосе – наверное спросонья, и от того, что я видела.

Вспомнилось вдруг, что в последний раз «любовалась» мужскими торсами на пляже в Хургаде, да и то они ни в какое сравнение не шли с тем, что сейчас мне демонстрировали. А потом… Вскоре после этого я попала на Краир. Учеба, работа, бизнес, ежедневный риск и борьба за собственное место в чужом мире – тут уж не до посторонних мыслей и мужчин.

Да… одичала ты, Анюта.

Мотнула головой, отгоняя лезущие в голову картины, прямо скажем, совершенно сейчас неуместные. Вскинула подбородок и поняла: несмотря на то, что пауза длилась пару секунд, не больше, Фарн все-таки заметил мой интерес. Полагала, он смутится, а вместо этого…

Понимающая улыбка, спрятавшаяся в уголках губ – короткая, но такая чувственная, очень мужская... Хищный блеск зеленых глаз… И Фарн спокойно потянулся за одеждой.

Нет, он не красовался, не демонстрировал себя, не пытался понравиться, но и смущаться не собирался. Тем более суетиться и прятаться. В каждом его жесте, отточенном, стремительно-плавном, ощущалась мощная грация, а еще уверенность в себе, в своих силах. И опыт, умение вести себя с женщинами.

Похоже, слухи о том, что он пользуется успехом у дам, не лишены оснований.

А Кайден уже направлялся ко мне, на ходу застегивая рубашку, и резко меняясь. Нахмуренные брови, строгое, сосредоточенное лицо, беспокойство во взгляде.

– Эннари, что случилось? Шуаррэг предупредил только, что вам нужна помощь, и исчез. Если он перенес вас сюда, значит, произошло что-то серьезное. И вы в походном костюме… Вам угрожали? Напали? Кто посмел? Неужели защита не сработала? Вряд ли ее успели снять, иначе я бы почувствовал… Нари? Почему вы молчите?

– Думаю, – призналась совершенно честно. – Как бы так ответить, чтобы не соврать, но при этом обойти кое-какие моменты. Я не могу вам пока всего открыть. Понимаете?

– Понимаю, – невесело усмехнулся Фарн. Снова посерьезнел. – Тогда просто объясните, что можете, а остальное…

«Я сам узнаю, вычислю, соображу», – продолжила про себя.

В том, что наследник способен анализировать информацию и делать правильные выводы, сомневаться не приходилось.

– А остальное расскажете потом, когда посчитаете, что я стою вашего доверия, – мягко закончил мужчина.

– Хорошо.

Еще раз прикинула, какими сведениями могу совершенно безболезненно поделиться, и сообщила:

– Никто на меня не нападал и не угрожал, защита тоже в полном порядке. Я ходила в зал предков. Днем бы меня туда так просто не пустили, тем более одну. Пришлось идти ночью.

– В зал предков? Ночью? – четко очерченные брови удивленно изогнулись. – Зачем?

– Надеялась, что магия алтаря подпитает мою искру. Я сумею быстрее ее разжечь и увеличить резерв.

– Как защиту сняли?

– Воспользовалась артефактом. Очень редким и древним. Из Леса.

А что? Кто скажет, что Феня не редкий, не древний и не из Леса, пусть первым кинет в меня камень.

– Хм… И как вы собирались активировать алтарь?

– Тем же артефактом… Не просите показать, не могу. Извините.

– Получилось? – в тоне Фарна звучало искреннее любопытство.

– Не совсем, – отозвалась уклончиво. – Мне помешали. Кто-то пришел, я растерялась, запаниковала. Видимо, слишком «громко». Шур услышал зов – мы же с ним связаны – и примчался на помощь.

– И как он преодолеть охранные заклинания и проник на территорию Фениксов? – наследник недоверчиво прищурился.

– Вот чего не знаю, того не знаю. Об этом у него нужно спрашивать. Я вообще не понимаю, почему он меня сюда принес, а не в мою комнату?

– Потому что мелкий прямую связь между алтарями установил, да и то хлипкую, – пророкотал знакомый бас на краю сознания. – Через эту щель я тебя и выдернул. А потом уже сюда закинул, чтобы в зале предков дворцовая стража не поймала. Ради тебя между прочим старался. Из последних сил тянул.

И вот вроде бы все логично, но уж очень довольно звучал голос Шура. Гложут меня смутные подозрения, что эти два махинатора – ящер и птиц – опять какую-то аферу провернули за моей спиной, а предупредить забыли.

– А на территории собственной резиденции зверь свободно перемещается? – поинтересовалась так же мысленно.

– Ну да. И перемещается. И способен переносить связанного.

– Тогда почему меня Феня с самого начала в зал не перенес? Сразу?

– Не мог он, – хохотнул Шур. – Силенок пока маловато для всего сразу.

– Не мог я, – обиженно подтвердил из кольца птах. – Магию копил для активации алтаря. Все отдал. Теперь восстанавливаться надо… Да не косись ты так испуганно на наследника. Не слышит он меня. И разговора с Шуаррэгом тоже.

Фарн, действительно, не слышал, но, судя по приподнятой брови, запинку мою оценил и теперь ждал объяснений.

– С вашим драконом беседовала, – пояснила туманно. – Он сказал, что перенес, куда получилось. О деталях сами узнавайте.

– Узнаю, обязательно, – пообещал мужчина и вдруг подался вперед, сокращая между нами расстояние. – Значит, не терпится поскорее увеличить резерв и начать обучение? – произнес совсем другим, тягучим, интимно-доверительным тоном, и воздух в спальне мгновенно сгустился.

– Д-да, – ответила запинаясь и попятилась. – Было бы неплохо.

– Что ж, наши желания совпадают, – улыбнулся Фарн. Коварно так. И снова качнулся ко мне. – Предлагаю приступить немедленно.

– Немедленно? Ночью? Здесь? – я невольно посмотрела на разобранную кровать и опять отодвинулась. На всякий случай.

– Нет, здесь не стоит… Пока.

В глазах Фарна заплясали жаркие огоньки, и он сделал шаг, потом еще один и еще… А мне, между прочим, некуда было больше отступать – мешал стол.

– Шуаррэг перенесет нас на пик Дракона, к месту силы клана. Там лучше всего тренироваться. Я планировал вам его показать… на днях, но сейчас даже лучше, никто не помешает. А Шур проследит, чтобы нас не тревожили посторонние, – шепнули близко-близко.

И вот вроде бы стоит рядом, не касаясь меня даже кончиком пальца, а сердце бьется быстро-быстро, рвано, и губы покалывает непонятно почему.

– Соглашайся, девочка, – рыкнул ящер. – Все равно раньше рассвета домой не попадешь. То есть к предкам-то вашим я хоть сейчас тебя заброшу, а вот мелкий только утром сумеет тебя в комнату отправить. Раньше никак.

– Ага, соглашайся. Заодно посмотрим, как я тебя проапгрейдил. Любопытно же, – поддакнул птиц.

Но вот, я же говорила – спелись. Так и представляю, как они победоносно переглядываются и жмут друг другу лапы, чрезвычайно довольные собой.

Но если честно, мне и самой не терпелось поскорее начать заниматься, проверить свои новые возможности и очень не хотелось уходить сейчас от Фарна. Вопреки всем аргументам и доводам рассудка – просто не хотелось и все.

– Соглашайтесь, Нари, – горячее дыхание опалило висок, и я решилась:

– Ладно…

И опять я падала в раскрывшуюся подо мной ледяную пропасть. Только на этот раз не одна. Меня почти сразу же подхватили, удержали, не дали упасть и замерли сзади, крепко сжимая за плечи.

– Все хорошо. Это Шуаррэг… развлекается. Обычно он мгновенно выстраивает портал, а сегодня продлил «удовольствие». Для вас старается. Даже пространственный тоннель создал.

Мы, действительно, оказались внутри прозрачной вихревой трубы и теперь плавно скользили высоко над землей, а под нами в темноте бархатной летней ночи проплывал дворец Драконов. Вернее, целый дворцовый комплекс – настоящий город, занимавший большую часть Верхнего. Величественные здания, утопавшие в зелени и приглушенном сиянии магических светильников, ухоженные парки, внутренние реки и озера, тренировочные полигоны, казармы личной стражи повелителя… И люди, сновавшие туда-сюда. Похоже, резиденция правящего клана никогда не засыпала.

Стоит им поднять голову…

– Нас не увидят, – успокоил Фарн, как будто понял мои сомнения.

Молочно-белая морозная дымка сгустилась перед нами совершенно неожиданно – словно большое, подернутое искристым маревом овальное зеркало. Миг – и мы пронеслись сквозь нее, чтобы медленно опуститься на выложенную каменными плитами площадку. Вернее, на самый ее край.

Вокруг нас, насколько хватало взгляда, простирались заснеженные горные вершины, над головой сияло серебристыми огнями фиолетово-чернильное небо, а под ногами зияла бездна. Тоже, казалось, полная звезд.

– Пик Дракона. Только не спрашивайте, где он находится, не скажу. Это клановый секрет. В любом случае, попасть сюда можно лишь порталом, который открывает зверь, – произнес наследник.

Он так и остался стоять за спиной. Его руки все еще лежали на моих плечах, удерживая в шаге от обрыва, голос звучал у самого уха, дыхание касалось волос… В эти мгновения я ощущала его присутствие как никогда остро.

Невольно поежилась, и мужчина тут же стиснул ладони чуть плотнее, по-своему истолковав мое поведение.

– Не бойтесь… Пик окружен воздушным щитом. Он задерживает холод и не позволит упасть. И я тоже… не позволю. Никогда.

– Не боюсь, – уверила чуть слышно.

Не объяснять же Кайдену, что если я чего и опасаюсь, то его самого, вернее, своей реакции на его близость – необъяснимой, слишком эмоциональной, странной. Но сегодня ночью все было странно, и я решила просто расслабиться и ни о чем не думать. Хотя бы один раз за эти два долгих года.

– Здесь лучше всего медитировать, отрабатывать концентрацию и увеличивать резерв, – продолжал Фарн, легко скользнув губами по коже у виска, ставшей внезапно такой чувствительной. И от этой невесомой, мимолетной ласки внезапно пересохли губы. – Юных Драконов регулярно сюда приводят.

– Я не Дракон.

– Вы приняли эликсир и впитали силу моего зверя, так что… почти Дракон. Сегодня обязательно попробуем медитировать, но прежде… – он разжал пальцы и отстранился. Медленно, словно нехотя. – Вы пострадали в бою с каэдами. Хобб отличный целитель, но окунуться в Источник все равно помешает.

– Источник?

– Да, идемте.

И меня повели к почти незаметной расщелине в одной из скал, окружавших площадку.

Вошла. Огляделась.

Небольшая пещера, скорее грот, с гладкими, будто отполированными стенами. Высокий свод, распахнувшийся навстречу звездному небу, и широкая чаша в центре, наполненная туманом и потоками воздуха, что подобно волнам мягко бились о края купели.

– Ветряной Источник, – наследник подал мне руку, помогая спуститься вниз. – Придаст сил, излечит раны. Сейчас сами ощутите…

Выдохнула, распахнулась навстречу необычным, перламутрово-дымчатым «водам» и не сдержала улыбки, чувствуя, как отступает усталость, а тело наполняется звенящей, живительной энергией.

Как же хорошо!..

Пропустила сквозь пальцы упругие воздушные плети, обвела взглядом купель и вдруг заметила на противоположной ее стене светящееся пятно, едва различимое из-за тумана.

– Что это?

– Вы его видите? – Фарн посмотрел, куда я указываю, и глаза его жарко вспыхнули.

– Вижу, – подтвердила осторожно. – А… не надо было?

– Это аэл, драконий цветок, выросший из капли крови первого дракона. По крайней мере, так утверждают легенды, – мужчина ответил не сразу, будто раздумывал, что сказать. Подбирал правильные слова. – Считается, что он показывается лишь парам, тем, кто предназначен друг другу самой судьбой. Только тогда он появляется и отдает свое сокровище.

Он потянулся к цветку и резные льдисто-голубые лепестки тут же раскрылись, роняя что-то прямо ему в руку.

– Вот…

На раскрытой ладони наследника лежала сверкающая жемчужина, внутри которой закручивался водоворотом крохотный смерч.

– Я знаю, истинная леди не принимает подарков от посторонних, – голос Кайдена мягкой лаской коснулся моей кожи, словно погладил. – Но формально я все еще ваш жених, так что приличия соблюдены. Если хотите, можете считать это не даром, а просто… гм … необычным артефактом. Аллан преподнес вам однажды целебные травы, а я предлагаю не менее полезный раритет. Заодно изучите его свойства. Они пока мало известны.

В тоне Фарна звучала затаенная улыбка.

И я взяла. Исключительно ради пользы дела и из исследовательского интереса. А как иначе?

Жемчужина искрилась и переливалась в моих пальцах как живая.

– Красиво, – выпалила я восхищенно, развернулась к Фарну и…

Он неожиданно оказался так близко – на расстоянии одного удара бешено стучащего сердца. Несколько мгновений мы молча смотрели друг на друга. То есть это я смотрела на него, а он не сводил потемневшего взгляда с моих губ. Потом выдохнул сквозь стиснутые зубы, резко притянул к себе, обнял, прижался лбом к моему лбу и так же внезапно отпустил.

– Твоя искра… Разожги ее поскорее, – произнес глухо.

От неприкрытой жажды, плескавшейся в его словах, горло перехватило спазмом, по позвоночнику пробежала дрожь, и я смогла только коротко кивнуть.

Не стала говорить, что планирую достичь лишь уровня, необходимого, чтобы обрести свободу. Не больше. Добиваться звания первой и самой лучшей, как прежняя Эннари, я не собиралась – это слишком опасно и привлечет ко мне лишнее, совершенно не нужное внимание…

А потом были долгие часы медитации на площадке под открытым небом. И потоки прохладного ветра, и звезды над головой, и голос Фарна, советующий, помогающий, направляющий…

Расстались мы перед самым рассветом. Правда, наследник отпустил не сразу, а лишь после того, как Шур подтвердил, что доберусь я благополучно – прямо до комнаты. Ящер доставил меня сразу с пика Дракона в зал предков Твердыни, а Феня перенес в спальню.

В кровати я оказалась, когда небо на востоке уже начало светлеть. Заснула почти моментально, думая о том, что это была, пожалуй, самая необычная и… счастливая ночь из всех, проведенных на Краире. А еще, что я, кажется, уже жду новой встречи с Фарном.

Хотя мы только что попрощались.