Глава 12

(Вика)

Когда полицейские ушли, оставив меня с формальными обещаниями «разобраться», во мне что-то переключилось. Их фразы о «конфликте родителей» и «не наделайте глупостей» прозвучали как издевательство. Они не видели похищения. Они видели лишь ссору бывших супругов.

Я стояла посреди гостиной, и отчаяние начало кристаллизоваться в холодный, беспощадный расчёт. Глупостей? Нет. Отныне – только чёткий план.

– Они не помогут, – осознание пришло ясно, не оставляя сомнений. – Для них он – отец, пусть и не указанный в документах. А спор отцов и матерей – это не их юрисдикция.

– Закон в таких ситуациях часто встаёт в тупик, – заметил Демид. Его спокойствие теперь не успокаивало, а подстёгивало к действию. – Особенно на начальном этапе.

– Тупик? – я резко обернулась к нему. – Он силой унёс моего ребёнка! Он даже юридически не является её отцом! Свидетельства о рождении у него нет! И в свидетельстве и в остальных документах, он не вписан как отец!

– Именно это и усложняет ситуацию для полиции, – пояснил он. – Нет официального документа, доказывающего его отцовство, но нет и документа, лишающего его прав. Правовая неопределённость.

– Так что, ты предлагаешь мне сдаться? Оставить ему дочь? – вся злость, которую я не успела выплеснуть на Максима, сейчас перенаправилась на Демида. Его логика, его спокойствие теперь раздражали. Да и вообще кто он такой? Незнакомец, который взялся из ниоткуда.

– Нет, я не говорю тебе, чтобы ты сдавалась. Просто к этому делу надо подходить с умом и расчётом. Если начать действовать, не составив план, можно наломать дров.

– Хорошо. Я так и сделаю, – кивнула я. – А тебе уже пора.

Мы попрощались с Демидом. Он оставил свою визитку, сказал звонить ему, если понадобится помощь. Я кивала, обещала, что позвоню, но сама уже знала, что не сделаю этого. С некоторых пор я перестала быть доверчивым человеком. Уж слишком странным и неожиданным мне показалось его появление. Много ли можно встретить неравнодушных людей, которые, бросив все дела, будут помогать незнакомой девушке. Эта мысль не давала мне покоя.

Нет, лучше я буду одна. Составлю план, должен же хоть кто-то мне помочь.

Как только за Демидом закрылась дверь, я осталась в полной тишине. Не помню, когда такое было.

Когда появилась Маша, я наконец-то почувствовала, что кому-то нужна. Не за красивые глаза и не за потому, что быть со мной выгодно, просто нужна как воздух. И Машу я любила безгранично, направив всю нерастраченную любовь на неё. Теперь самое сложное было заставить свой мозг мыслить. Не поддаваться панике и отчаянию. Надо было выключить все чувства, как когда-то я их выключала, превращаясь просто в куклу. Не думала, что это снова повторится.

Это было невыносимо. Но именно эта боль заставила мой разум проясниться. Я не могла позволить себе роскошь истерики. Маше нужна была холодная, расчётливая мать, а не обезумевшая от горя женщина.

Я села за кухонный стол, взяла блокнот и ручку. Рука дрожала, но я сжала пальцы сильнее. Нужен был план. Пошаговый и безошибочный.

Первым делом мне надо будет завтра обратиться в опеку и прокуратору.

Они были моим главным оружием. Максим не вписан в свидетельство о рождении. Юридически он для Маши – чужой мужчина. Я напишу заявление не о «конфликте родителей», а о «противоправном удержании несовершеннолетнего ребёнка посторонним лицом, не имеющим на то законных прав».

Это совершенно другая статья. Я подробно опишу все его угрозы, его агрессию, то, как он буквально вырвал её из кроватки. Одно дело – спор отца и матери. Совсем другое – действия мужчины, чей статус отца не установлен.

Да, я сознавала, что он первым делом сделает тест на отцовство. Поисковик выдал информацию, что стандартный тест ДНК делается от 3 до 14 рабочих дней. Но зная Максима, я была уверена, что он закажет срочный, который делается за сутки. Получается, у меня было не так много времени. И действовать надо было быстро. Именно поэтому я собралась подключить телевидение.

Это будет настоящая информационная война.

Максим всегда дорожил своей репутацией. А сейчас тем более. Что, если обратиться в новости? И рассказать про бизнесмена Одинцова, который выкрал ребёнка. И даже этого мало.

Надо найти номер самого рейтингового ток-шоу или программы, специализирующейся на скандалах. Я расскажу чудовищную историю: «Уважаемый бизнесмен, воспользовавшись своим физическим превосходством, выкрал из дома годовалую дочь». Я покажу его фотографию. Назову его имя. Пусть весь город узнает, на что способен «успешный» Максим Одинцов.

А ещё... надо было обратиться к Арине. Готова ли она воспитывать чужого ребёнка? Как она отреагирует на то, что у Максима появилась дочь от бывшей жены? Сможет ли он совмещать их? Мысль о том, чтобы обратиться к ней, вызывала отвращение, но я была готова на всё.

План был жёстким. Я собиралась растерзать его жизнь: официальными проверками, публичным скандалом, ударом по личным отношениям.

Я отложила ручку и подошла к окну. Ночь была тёмной и беззвёздной. «Ты хотел играть по-крупному, Максим? – мысленно обратилась к нему. – Что ж, получай. Ты отнял у меня дочь. Я отниму у тебя всё остальное: репутацию, покой, иллюзию контроля. И когда ты будешь окружён со всех сторон, ты сам привезёшь её обратно».