23 Дамир

Поговорив с мамой, Мия быстро ушла. Смотрел ей в спину, с трудом сдерживая раздражение. А когда перевел взгляд на матушку, поймал ее мимолетную усмешку. – Что, сынок? Так и не смирился, что Тимур главный мужчина в жизни Мии? – Не понимаю, о чем ты, – буркнул едва слышно. Но мама, конечно, все-все поняла. И что не смирился, и что недоволен, и что сержусь на всех и вся в такие минуты… А сегодня плюсом к этому еще и денек выдался не из легких. А за ним и вечер. В обед Инес позвонила и сообщила, что нужно срочно увидеться и обсудить детали свадьбы. Ну, зачем? Зачем им я?! С мамой они отлично справляются, а мне этот маскарад вообще не интересен. Хотя невеста, конечно, не должна быть в курсе этого. Поэтому пришлось отменить встречу с Мией, приехать и вникать. Цвет обоев, светильники, цветочные арки и прочая лабуда… Единственное, что меня действительно заинтересовало – выбор курорта. Я как-то совершенно упустил из вида, что после бракосочетания мы с Инес должны будем улететь куда-нибудь хотя бы на неделю. Сюрприз стал крайне неприятным. Ни времени, ни желания ехать куда-то нет. Оставлять Мию, Тимура и маму – тем более. Сильно опасаюсь, что матушка набедокурит, и вернусь я совсем ни к тому, от чего уехал. Но быстро выдумать, как объяснить отказ от поездки не получилось. Обещал подумать, как и обо все прочем. Смотреть в глаза Инес с каждым днем все сложней. Подразумевалось, что родители объяснят ей, что наш брак – больше бизнес-сделка, слияние капиталов и увеличение возможностей на рынках. Именно так и бывает, когда объединяются бывшие конкуренты. Но… Ведет она себя так, будто понятия не имеет об истинной подоплеке свадьбы. Счастливая, кокетливая, заботливая… Аж тошнит порой. Интересно, какими словами придется ей рассказывать, что реальное супружество откладывается? Надо бы заранее продумать. Вижу, что ждет. Волнуется. Нормальное состояние для девственницы. А вот мое нежелание интима с молоденькой очаровательной девушкой абсолютно противоестественно. Возможно, я бы и сподобился, но запутать ситуацию еще больше… Нет уж, спасибо, подожду. Мия у меня всегда под боком – сговорчивая, покладистая, ласковая. И бесконечно желанная… – Дамир, ты в порядке? Понимаю, тебе все это не надо… – Но надо. Все нормально, мам. Проблемы на работе. – Решаемые? – Разумеется. – Хорошо. Давай тогда закончим на сегодня. Иди отдыхай. – И тебе спокойной ночи, – улыбнулся матушке. Как бы между нами ни складывались отношения, она всегда поддерживает и помогает. Знаю, что давно считает, что не лучше отца. При этом и избранниц моих не балует хорошим отношением, что странно. Даже Мие достается, матери ее единственного внука. Посидел еще немного с финансовыми отчетами и решил, что действительно пора отдыхать. Голова тяжелая, еще кое-что тоже. Привык к регулярным свиданиям, а тут такой облом. Тянет все, мужское естество требует свое. Пойду хоть посмотрю на них, узнаю уснул Тимур или капризничает. Поднялся в детскую. Мия тут же встрепенулась на звук открывающейся двери. Глазищи испуганные и абсолютно не сонные. Не спит, за сына тревожится… – Как Тимка? Уснул? Зачем-то назвал Тимура именем, которое предпочитает Мия. – Да. Долго укладывала, но уснул. Потрогай, горячий? Сама приложила ладонь к лобику сынишки, а потом тревожно посмотрела на меня. – Нет, – мотнул головой, прикоснувшись к чуть влажной коже малыша. – Высокой температуры точно нет. Мия тут же расслабленно улыбнулась. Даже поза ее изменилась. Напомнила мне маму. Она тоже сильно нервничала поначалу, когда Тимур начинал сопливить. Потом привыкла, стала спокойней реагировать. Надеюсь, Мия сможет справиться с этой тревожностью. Самостоятельно или с помощью психотерапевта. Присел на постель, на покрывало. Погладил Тимурку по вихрастой головке. Тоже не люблю, когда он болеет. Я, конечно, обделен природой «материнскими» чувствами, но все женщины вокруг становятся слишком нервными. И няньки в том числе. Носятся, переживают, причитают. А сын в меня – сильный. Что ему легкая простуда? Поболеет и поправится. Знаю, что мама не выносит этой моей позиции, сухарем называет. Говорит, что все время в такие моменты вспоминает, как я маленький болел. Мия, наверное, и вовсе окончательно разочаруется, если поделюсь с ней этими мыслями. Поэтому буду делать печальные глаза и держаться от них обеих пока подальше. Кстати, у меня и работы полно – несложно будет пропадать в офисе. – Хочешь сегодня здесь остаться? Уверен, не уйдет – но почему бы милостиво не позволить ей это? И заработать благодарный взгляд, а, может, и поцелуй… Если уж свидание сорвалось. – Да. Волнуюсь очень, что температура подскочит ночью. – Хорошо. Завтра увидимся? – Если ты будешь свободен… И такое лицо сделала, а потом и вовсе отвела взгляд. Понятно, конечно же, в курсе всего и недовольна. – Мия, я тут подумал… Может, ты совсем переедешь в квартиру? – Вместе с Тимом, – отрезала. – Разумеется, ты же его… Осекся. Почему-то не смог назвать няней. Язык не повернулся. Мия осторожно села, накрыла сына одеялом и пристально посмотрела на меня. Глаза лихорадочно блестят, а по выражению лица я не очень понимаю, о чем думает. – Дамир, – произнесла решительно, чем нешуточно напугала. – Если мы с сыном переедем, хотя бы там я смогу называться его мамой? Отпустило, я уж думал, откажется. Пошлет подальше. Неужели этот вопрос так нелегко ей дался? – Да, – ответил, немного подумав. – Не вижу никаких препятствий для этого. – И ты будешь приезжать к нам? – Так часто, как смогу. – Могу собраться прямо завтра. – Хорошо. Отвезу. Расслабленно улыбнулся – мы начали понимать друг друга значительно лучше. Наклонился к Мие и поцеловал. Мимолетное прикосновение и она отстранилась. Провела пальцами по моим губам и мотнула головой. – Не здесь и не сейчас, – прошептала немного расстроенно. – Понимаю. Пока Тимка болеет, не до того немного? – Да, не могу больше ни о чем думать. – С ним все хорошо будет. Он уже болел, и не раз. Он сильный мальчик, достаточно легко переносит все эти ОРВИ. – Жаль, что я пропустила столько всего в его жизни… Мия опустила голову. Думал, никогда не услышу от нее подобного. Слишком похоже на извинения… Если не передо мной, хотя бы перед сынишкой признает свою вину. – Надеюсь, мы сможем как-то пережить это. Справиться. Вместе. Снова этот плохо читаемый взгляд. Странно, раньше я всегда знал, о чем она думает. Что чувствует. И пользовался этим на полную катушку. Мог заставить ревновать, страдать, радоваться… Сейчас я порой словно в тумане – не понимаю, как действовать, что говорить, а о чем умолчать. – У нас нет других вариантов. Ради Тимура мы должны попытаться. – Да. Грустно улыбнулся и поднялся. Нужно идти спать, иначе завтра ничего соображать не буду. Жаль, что пытаться мы будем исключительно ради сына. Но требовать у нее работать над нашими отношениями я не имею права. Не в сложившейся ситуации. Достаточно, что они у нас вообще есть. Наверное, после их переезда все будет еще лучше. Не нужно Мие вариться в этом фарсе под названием «моя семейная жизнь». Мне и самому бы не надо, но ничего не поделаешь… – Спокойной ночи, Мия, – обернулся от двери. – И тебе, – тихо ответила, даже не повернув голову в мою сторону. Конечно, снова вся в переживаниях за Тимура – целует, поправляет одеяло, щупает лоб. Права мама, когда говорит, что ни одна женщина меня сильнее нее любить не будет. Этакое жизненное кредо классической свекрови… Утром, собравшись в офис, пошел проверить, как дела у Мии и сынишки. Спят оба и очень мило при этом смотрятся. Жара у Тимки нет – хорошо. В таком случае перевезти их действительно лучше сегодня. Добравшись до кабинета, просмотрел все накопившиеся со вчера документы. И вдруг меня накрыло озарение… Листая бесконечные запросы от налоговой, я стойко ощутил подставу. Догадался бы раньше, но был слишком увлечен личной жизнью… Какая к черту стандартная проверка?! Да под меня копают и еще как… Вскочил с кресла, смахнул со стола все, что под руку попало и выругался. Нецензурно и громко. Из приемной на грохот и мат примчалась секретарша. Рената заохала и заахала, наблюдая полный бардак на полу и меня посреди всего этого. – Вы не поранились? – замерла на пороге явно готовая броситься мне на помощь. – Нет! – прорычал, сдерживая гнев изо всех сил. – Паоло вызови. Немедленно! И пусть тут все уберут! Схватил особенно сильно разозлившие меня документы, которые чудом остались лежать на месте и пошел в переговорку. Нужно подумать, обговорить все, вытрясти из этого недоделанного финансиста факты. Паоло, он же мой финансовый директор, явился ровно через семь минут. Опять поди в отделе продаж с менеджерами трепался… Ни одной юбки не пропускает, хотя я его и предупреждал, чтобы завязывал. Дамы с разбитыми сердцами работают из рук вон плохо, а он только на это и способен. Я не лучше, но стараюсь не связываться с сотрудницами. Осторожно заглянув внутрь, Паоло явно безошибочно оценил степень моего недовольства. Поэтому вошел он с показной деловитостью и наигранной радостью от встречи. – Дамир, вызывал? Что-то срочное? Сел напротив, аккуратно сложил руки на принесенной папочке и преданно заглянул в глаза. – Разумеется, – процедил сквозь зубы. – Вот это что?! Швырнул в него порядком измятые листы. Видел ли я их раньше или нет? Не помню. Но упускать такое никак нельзя было… – Ну так налоговая проверка же. Ты в курсе, мы обсуждали уже… – Я помню! – стукнул кулаком по столу. – Но тогда и речи не было о том, что они будет так глубоко копать! – Не понимаю, чего ты так завелся, – Паоло сделал невинные глаза. – Налоговики могут копать, как им вздумается. А могут и не копать… Финдир многозначительно отвел взгляд и уставился в стену. Да, он предлагал решить се вопросы по этой проверке старым добрым способом. Подкупом. Но мне проблемы с законом не нужны – я резко отмел тогда его аргументы. Неужели из-за этого и роют под меня с такой настойчивостью? – Но почему ты ничего не сказал, что все зашло так далеко? Злюсь, ужасно злюсь на него, на себя, на налоговую службу, на узкие места в итальянском законодательстве. – А разве мы можем что-то сделать с этим? Они будут запрашивать любые цифры, а мы вынуждены будем их выдавать. И это продолжится до тех пор… – Пока они что-нибудь не найдут! – окончательно вышел из себя я. Вскочил со стула, заходил по комнате переговоров, пиная мебель. – Дамир, успокойся. Пока ничего страшного не случилось, не понимаю, чего ты так разнервничался… – Паоло, – оперся о стол, нависая над ним. – Поклянись, что у нас вся бухгалтерия в идеальном порядке. – Да с чего ты сомневаешься? – тоже повысил голос он. – Ты считаешь, что я плохо справляюсь со своими обязанностями? – Просто я знаю, какими способами ты предпочитаешь решать проблемы… Если есть что-то, просто скажи мне об этом. Паоло выдержал мой испытывающий взгляд, не дрогнул. – С цифрами у нас полный порядок. Клянусь.