26 Мия

Все выходные провела, как в тумане… Няню отпустила, сама занималась сыном. И это как-то помогало держаться. Оставшись наедине с Тимкой, вдруг обнаружила, что ни секунды свободной на себя не осталось. Малыш еще не совсем привык к новой обстановке и отсутствию бабушки, поэтому постоянно требовал внимания. А оставленный в кроватке или коляске сразу начинал хныкать. Старалась быть все время рядом, и ничего другого толком не успела. Гулять мы ходили по два-три раза. На улице обо отвлекались и немного забывали о горестях и печалях. Замечательно, что в этом районе по выходным на улицах просто бурлит жизнь – музыканты, мимы, клоуны. Несмотря на пучок на голове и спортивный костюм вместо приличной одежды, я радовалась вместе с Тимуром. Хорошей погоде, здоровью сынишки, отсутствию в нашей жизни некоторых людей… Поплакать позволила себе только один раз – поздним вечером субботы. Убедилась, что сын заснул, сходила в ванную и сделала все то, что не успела за день. Ванна с пеной, маски и скрабы, быстрый маникюр и прочие процедуры красоты. Без няни о салоне и мечтать не приходится. А когда легла в постель, вдруг почувствовала такое вселенское одиночество, что выть захотелось. Дамир сейчас со своей молодой женой. В отремонтированной спальне. Там, где раньше мы жили. Как ему сейчас? Нигде не болит? Ничего не смущает? Слезы полились сами собой. Заметила, что плачу, только когда поняла, что подушка под щекой вся мокрая. Успокоиться не могла долго. Жалела себя, взывала к высшим силам и просила счастья. И почему-то любви Дамира… Странно, он вроде и так дал мне все, о чем не так давно и мечтать не могла. Но вот же – хочу, чтобы снова безумно любил. Чтобы отказался от всего ради меня и сына. Увез подальше отсюда и заставил забыть все плохое. Незаметно забылась тревожным поверхностным сном. Но наутро встала легко. И настроение как-то выправилось. Видимо, надо было поплакать. И жить дальше. Других вариантов у меня все равно нет. Шакиров отпразднует свадьбу и вернется к нам. Возможно, и переедет сюда. И будет навещать жену, а не нас. Если уж мечтать, то глобально! Самой смешно, а хочется такого развития событий и все тут… Хотя вроде бы – мы с Тимкой вместе, никто нам не мешает; ну и пусть живет с женой и будет счастлив. И вообще забудет сюда дорогу. Но нет, какое-то время назад это стало бы идеальным вариантом. А сейчас – поздно. Нужен. И ничего не могу с собой поделать. Следующий день прошел не хуже предыдущего. Сходили с Тимом в детский парк. Качели, карусели, горки, мороженое. С тоской смотрела на семьи с детьми. Интересно, пошел бы Дамир с нами, если бы мог? Будет ли ходить в будущем? Или женатый статус не позволит? В понедельник к обеду я начала нешуточно нервничать. Странно, что Шакиров до сих пор не позвонил. Вроде собирался выйти на работу сегодня. Не до меня, может? Но все-таки полдня прошло. Сама ему не звоню никогда – не хочу навязываться и отвлекать. А сейчас прямо ладони чешутся набрать его номер. Вместо Дамира позвонила няне и вызвала ее на вечер. Третий день нон-стопом с малышом я не выдержу. Хочется, наконец, нормально в душ сходить! Понятия не имела, что так случится, но желание мое исполнилось всего через час после звонка. Раздался звонок в дверь, я бросилась открывать в надежде увидеть Дамира. Но на пороге стояла Марьям… – Добрый день, – натянуто улыбнулась. Никак не ожидала увидеть матушку Шакирова… – Здравствуй, Мия. Я войду. Да, и это был вовсе не вопрос. Но это квартира ее сына, так что… Отступила в сторону и впустила ее. – Что-то случилось? – очень любопытно, зачем она пришла. – Странно, что ты спрашиваешь. Я не могу просто прийти к внуку? – Соскучились? – на этот раз моя улыбка была вполне искренней. – Сейчас принесу Тимура. Проходите, присаживайтесь. Неопределенно махнула в сторону гостиной зоны и пошла за сыном. Тем более он уже пищит из манежа. Взяла Тимку на руки, прижала к себе, уткнулась носом в макушку. – Бабушка пришла, милый. Сынок заулыбался – знаю, что любит Марьям. Вернулась к гостье, посадила Тима рядом с ней на диван. Соскучились друг по другу – это видно. Вот только Марьям какая-то странная. Обычно, она в детскую без подарка или вкусненького не приходила. А сейчас приехала сюда с пустыми руками? И выглядит неважно – бледная, глаза запали, вокруг рта залегли глубокие складки. А накрашена намного ярче, чем я привыкла. – Мия, – вдруг посмотрела на меня поверх головы внука. – Вы должны переехать обратно. В первый момент я не поверила своим ушам. Потом вспомнила, что чего-то подобного я и ожидала еще пару недель назад. – Марьям, давайте я лучше сделаю нам чаю. Обсуждать это я не намерена. И развернулась, чтобы уйти в кухню. – Не надо чаю. Ничего не надо, – остановила меня. – Присядь. Разговор серьезный. – Я же сказала, – осеклась, увидев ее расстроенный взгляд. – Хорошо. Села на диван, отвлекла сына игрушкой, валяющейся здесь же. – Дамира арестовали. В субботу, сразу после свадьбы. – Что? – почувствовала, как перед глазами темнеет. – Как?! За что?! – За неуплату налогов. Здесь с этим строго очень. В залоге нам отказали. В ближайшее время Дамир сможет видеться и разговаривать только с юристами. Поэтому и предлагаю тебе и Тимуру вернуться в дом. Так лучше будет, нам сейчас нужно держаться вместе. – Я… Мне подумать надо. Все же хорошо будет? Уставилась на Марьям, будто это она ведет дело Дамира. – Не знаю, – покачала она головой. – Юристы говорят, что последняя проверка нашла очень много нарушений в финансах фирмы. Достаточно, чтобы искать дальше. А Дамир все это время будет находиться в камере. Марьям вдруг заплакала, а я буквально впала в ступор от такого. Не могу поверить, что эта женщина способна на такое откровенное проявление чувств. Тимка с тревогой посмотрел на бабушку. Я успокаивающе погладила его по волосам. Потом сжала руку Марьям, пытаясь поддержать и утешить. Она благодарно улыбнулась, достала из сумочки платок и промокнула лицо. – Когда муж умер, я думала все позади. Что больше не будет в нашей жизни судов, адвокатов, залогов и прочего. Ошиблась… – Вы ведь в курсе дел компании. Разве Дамир нарушал закон? – Мне ничего не известно об этом. Я занималась очень ограниченным кругом задач. И никогда не касалась финансов. – Кстати… В последнее время Дамир часто упоминал встречи с финансовым директором. – Паоло уехал еще в четверг. На звонки не отвечает. Но это ожидаемо – выходные же, а звонил ему не Дамир. Надеюсь, сегодня получится с ним связаться. Мда… Я, конечно, сразу после школы подписала контракт с модельным агентством. Но и не нужно иметь научную степень, чтобы сопоставить факты. До финдира вряд ли дозвонятся, и Марьям это прекрасно понимает… – Я могу увидеться с Дамиром? – спросила без особой надежды на положительный ответ. – Позже, – расстроенно проговорила Марьям. – Через некоторое время к нему начнут пускать. Если он захочет, тебя отвезут. Хорошее уточнение, правильное… Если захочет? А захочет ли? И что теперь делать? Никаких официальных прав на сына и квартиру у меня нет. Да и оплачивать такое жилье из своих доходов я не смогу. Получается, Марьям права – нужно перебираться обратно. Там и крыша над головой, и полноценное питание для Тима, и оплата услуг няня и медицинских расходов. К тому же, с матери Дамира станется и кулаком по столу ударить и напомнить мне о птичьих правах, которые с арестом ее сына стали еще иллюзорней. Вернусь ли я в дом, ее наверняка мало интересует, а Тимур все же сейчас большее отношение имеет к ней, чем ко мне. По документам. Значит, упрямиться и открыто воевать точно не стоит. Нужно выиграть время. Обдумать все и дождаться встречи с Дамиром. – А Инес? Она где сейчас? – В ужасе и шоке. Не на такое завершение свадебного дня девочка рассчитывала… Еле сдержала злорадную улыбочку – получается, долгожданной брачной ночи не было! И Дамир все еще исключительно мой мужчина. Идиотизм – радоваться подобному в сложившейся ситуации, но ничего не могу с собой поделать. – Да, понимаю, – сделала скорбное лицо. – Она вернулась к родителям? – Разумеется, нет, Мия, – Марьям посмотрела на меня, как на дуру. – Она живет у нас. И вообще, теперь она хозяйка в доме. Из комнаты, правда, почти не выходит. Плачет. – Угу, – неопределенно промямлила. Видимо, лимит хороших новостей на сегодня исчерпан. В самый неподходящий момент. Как обычно. Жить с Инес совсем не хочется. Она молодая хозяйка, а я тогда кто? – Сколько времени тебе надо, чтобы собраться? – Марьям вернулась к острой теме. – Не знаю. Несколько. А что мы Инес скажем обо мне? – Ничего. Думаю, она и не заметит. Не в том состоянии сейчас. – Она же не будет рыдать бесконечно. Придется в себя, увидит, что сын Дамира снова живет в доме. – Значит, снова будешь няней, – кажется, Марьям начала выходить из себя. А чего я ожидала? Что она предложит сообщить правду и без того расстроенной девушке? Да и Дамир, помнится, не хотел этого. Ясно, терпеть и приспосабливаться опять придется мне. – Хорошо, я начну собираться. Очень хотелось бы пообщаться с Дамиром сначала и узнать, что он думает по этому поводу… Не стала скрывать, что попытаюсь выкрутиться с помощью ее сына и остаться здесь. – Я попрошу юристов поинтересоваться его мнением, – сухо ответила Марьям. – Уверена, он полностью солидарен со мной. Да уж… А ведь правда – Шакиров тоже может решить, что это лучше для нас с Тимуром. И сама это понимаю, но так тяжело отказаться от той жизни, к которой уже начала привыкать. – Буду ждать, – мило улыбнулась и взяла Тимку на коленки. – Я пойду, – Марьям потрепала внука по щеке. – Дел много. Только, Мия, давай без глупостей. Натворишь что-нибудь, и все вернется, как было. Ты меня поняла? – Да, – опустила глаза. Мысли о внезапном шансе на побег еще толком не успели оформиться в моей голове, а Марьям уже предугадала это. И четко обозначила последствия. Сына отберет, меня за ворота… Нет уж, так рисковать я не готова. – Тогда жду дома. И ушла. Даже провожать не пришлось. Тимка начал заметно клевать носом у меня на руках. Встала, немного походила с ним по комнате и отнесла в кроватку. Няня придет ближе к ужину, а пока его неплохо бы приготовить. Этим и занялась. Впрочем, чисто механически. Мысли все время крутились вокруг Дамира, его ареста, переезда и последующей жизни в одном доме с Марьям и Инес.