Глава 26

Я до последнего не верила, что Руслан сдержит своё слово и вот так просто меня отпустит. Продолжала сомневаться, когда собирала свои вещи и одевалась в холле. Сомневалась, когда садилась в машину с Наташей, постоянно оглядываясь на дом, ожидая появления мужчины со словами о том, что он передумал. Всю дорогу сидела как на иголках, готовая к тому, что сейчас раздастся звонок водителю, и мы повернём назад.

Пожалуй, выдохнула немного только тогда, когда зашла в свою квартиру. Именно в этот момент я поверила, что Руслан действительно отпустил меня.

- Всё равно расслабляться рано, – бурчала подруга, вернувшись с магазина, куда она быстро сходила за продуктами, чтобы заполнить мой пустой холодильник.

Мы вместе с ней готовили ужин, когда она озвучила свои опасения.

- Не удивлюсь, если Руслан уже завтра прискачет и снова начнёт тебя прессовать, – хрустя свежим огурцом, задумчиво произнесла Наташа. – Пожалуй, поживу-ка я у тебя какое-то время.

Даже отказываться не стала.

Во-первых, её слова вполне могли быть пророческими, а во-вторых, я безумно соскучилась по ней. Нам столько всего нужно было сказать друг другу, ведь в доме Руслана получилось в довольно сокращённом виде рассказать, что со мной произошло за то время, пока мы с ней не виделись.

Наши с ней опасения не оправдались. Руслан не пришёл на следующей день.

Целую неделю от него не было ни слуху, ни духу.

Он появился на пороге моей квартиры через семь дней после моего отъезда.

Когда в обед раздался звонок, пульс у меня подскочил, кажется, до небес.

Идя к входной двери, я уже знала, кого увижу на пороге. Посмотрела в глазок и, тяжело дыша, открыла дверь.

Наташка строго-настрого запретила мне встречаться с ним наедине. Говорила, что, если Руслан придет в её отсутствие, мне нужно будет сразу же забаррикадироваться и позвонить ей, а затем ждать её приезда.

Не послушалась её, потому что смысла в этом не видела. Довольно глупо считать, что теперь наши с ним встречи должны проходить только в присутствии других людей.

- Привет. Я пришёл просто поговорить. Спокойно и конструктивно. Без каких-либо угроз и шантажа, как я тебе и обещал,– мужчина сразу же попытался меня успокоить.

- Привет, – тихо говорю я, отступая назад и запуская Руслана в квартиру. Глупо держать его на пороге и пытаться вести беседы на лестничной площадке.

Пока он раздевается, я смотрю на него, отмечая про себя, что он осунулся и выглядит так, будто не спал несколько суток.

Как только Руслан вешает куртку и поворачивается ко мне лицом, я отвожу взгляд и иду в комнату. Он молча следует за мной.

- Алин, давай я сразу озвучу свои предложения и… просьбы, – на последнем слове он будто спотыкается и начинает хмуриться. Достаёт из кармана пластиковую карточку и кладет её на комод, возле которого стоит. – Эта карточка оформлена на твоё имя. Деньги там есть. Алин, подожди отказываться, – торопливо произносит Руслан, видя, как я начинаю отрицательно качать головой. – Сама понимаешь, что срок у тебя уже достаточно большой, никто тебя не возьмёт на работу, а тебе нужно на что-то жить: покупать еду, вещи и лекарства, если они понадобятся. Я забочусь не только о тебе, но и о дочери, пойми, пожалуйста. Мне будет намного спокойней, если ты будешь использовать эти деньги.

Я не в восторге от этой идеи, но он прав. Глупо включать гордость и жить на те копейки, которые остались на моей личной карте, тем самым вредя своему ребёнку.

- Так, хорошо, с этим разобрались, – почувствовав, что в этом вопросе он победил, мужчина продолжает дальше. – Я бы очень хотел, чтобы ты согласилась ещё кое с чем. Я обеспечу машину с парнями, которые будут отвозить тебя туда, куда нужно будет: в магазины там, в больницу на приём к врачу, короче, куда угодно в любое время дня и ночи, – я даже не успеваю возмутиться, как он опять начинает приводить доводы. – Сейчас зима, очень скользко. В общественном транспорте тебя случайно могут толкнуть или, не дай бог, зажать.

Он и тут прав.

Скривившись, я лишь киваю, соглашаясь и с этим предложением.

- Хорошо, – облегчённо выдыхает мужчина, проведя рукой по волосам. – Перед тем, как я уйду, дам тебе номер Ивана. Забьёшь его в свой телефон и будешь ему сообщать, в какое время он должен будет приехать. Я хотел попросить, если ты не против, на приём к врачам ходить вместе с тобой.

- Зачем? – недоуменно интересуюсь я.

- Хочу быть в курсе всего, что касается вашего с дочерью здоровья. Мне правда это очень важно. Но… если ты против, – видно, что он буквально через силу перебарывает самого себя. – Я приму это. Теперь, обещаю, будет только так, как скажешь ты. Скажешь нет на какое-то моё предложение, я отступлю и сделаю так, как хочешь ты.

На последних словах голос Руслана практически хрипит.

Он это говорил и тогда в доме, но, наверное, только сейчас я вижу, что Руслан действительно раскаивается до такой степени, что готов подстраиваться под меня и мои желания, а не переть буром, как он привык делать до этого.

Я впадаю в некоторый шок.

Это так странно - видеть его вот таким.

Мелькает даже мысль проверить, а действительно ли он пойдёт на это. Возможно, мне просто нужны доказательства того, что мужчина не изменит своему слову.

- Я против, – с замиранием сердца говорю, в напряжении наблюдая за выражением его лица.

Руслан только поджимает губы, закрывая на пару секунд глаза, после чего с шумом выдыхает и говорит:

- Хорошо. Я буду очень… признателен, если ты после посещения врача мне будешь звонить и рассказывать, что тебе там говорили.

Господи, кто этот мужчина? И куда он дел настоящего Руслана?

Может быть, это и преждевременно, но я как-то даже немного расслабляюсь.

- Хорошо, – иду ему навстречу, обещая отзваниваться. В принципе, он действительно тоже имеет право знать всё, что касается здоровья ребёнка.

- Алина, я хочу сообщить тебе ещё об одном решении, которое принял. Возможно, ты будешь против, но тут твоё мнение, уж извини, не будет учитываться.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Неужели я ошиблась?

Невольно напрягаюсь и застываю лицом и всем остальным телом.

- Тот дом, в котором мы с тобой жили, я собираюсь переписать на дочь, как только она родится, – невозмутимо продолжает говорить Руслан, делая вид, что не заметил моего ступора. – Я бы хотел, конечно, чтобы ты с дочкой туда переехала сразу после родов. Можешь не волноваться насчёт моего присутствия, я уже переехал в свою старую квартиру и не собираюсь жить там с вами. Тот дом теперь, можно сказать, принадлежит тебе и ребёнку, –мои глаза округляются от очередного моего шокового состояния. – Не отказывайся сразу, пожалуйста. Подумай, время ещё есть. Само собой, всё содержание дома и людей, которые будут там работать, я беру на себя.

Карточка, дом…

Выглядит всё так, словно Руслан пытается искупить свою вину деньгами. Хотя… может, он и не знает других способов.

- Я подумаю об этом, – говорю я, хотя прекрасно понимаю, что ни за что не вернусь в тот дом. Даже когда родится дочь, ноги моей там не будет.

Можно было бы, конечно, сказать ему это прямо сейчас, но решаю немного повременить с этим. Я пока не знаю, как быстро Руслану надоест принимать мои отказы, поэтому не хочу рисковать. Как там говорится? Худой мир лучше доброй ссоры.

- А можно попросить напоить меня кофе? – кривовато улыбается Руслан.

- Конечно, –- киваю и направляюсь на кухню, слыша следующего за мной мужчину.

Щёлкаю электрический чайник и смотрю, как Руслан устраивается, втискивая себя в небольшое пространство между столом и стеной. Размеры кухни совсем небольшие, поэтому возле обеденного стола стоят только два стула. Туда, куда усаживается мужчина, мне с таким животом никак не сесть. Видимо, поэтому он решает занять то место.

Замечаю, что он косится всё время в сторону недоеденного бутерброда, случайно забытого мной после завтрака.

- Ты голодный? – не выдерживаю я. – Я могу сделать пару бутербродов.

- Ужасно голодный! – он улыбается, укладывая руки на стол.

Я достаю продукты из холодильника и начинаю нарезать колбасу и сыр. Буквально через пять минут ставлю перед ним тарелку с бутерами и чашкой растворимого кофе.

Усаживаюсь напротив и молча наблюдаю, как он буквально проглатывает сразу штук пять, запивая горячим напитком. Даже не морщится, понимая, что это не настоящий кофе, к которому привык.

- Алин, давай поговорим о моём общении с дочерью, когда она родится, – немного напряжённо начинает говорить мужчина, когда утоляет свой голод.

- Что ты предлагаешь? – сначала я хочу послушать, как он себе это представляет.

- Ну, я это вижу приблизительно так, – Руслан нервно пожимает плечами. – Я приезжаю вечером, чтобы понянчиться с ней хотя бы часик или два. Если в это время нужно будет с ней гулять на улице, то я с удовольствием буду это делать, освобождая тебе немного свободного времени для себя.

- И как часто ты собираешься приезжать?

- Хотелось бы, конечно, каждый день. Но сама понимаешь, с моей работой не всегда это будет получаться. И, конечно же, я буду заранее, примерно за час или два, тебя предупреждать о своем приезде, – его голос садится по мере того, как он видит, что я начинаю хмуриться после каждого его слова.

Мне не нравится идея лицезреть его каждый день. Я не хочу этого не потому, что вредничаю или пытаюсь ему отомстить. Просто…

Я боюсь, что буду опять в него влюбляться. Если его план состоит в том, чтобы вернуть меня назад, то он будет вести себя как самый идеальный мужчина на земле. А я это уже проходила, когда он ухаживал за мной, стремясь покорить и влюбить в себя. Тогда ему хватило совсем немного времени, чтобы я, так сказать, пала к его ногам.

- Алин, я повторюсь, поверь уже мне, пожалуйста, – напряжённо говорит Руслан, пока я продолжаю молчать, обдумывая всё это. – Теперь будет только так, как ТЫ захочешь. Если ты против моего варианта, то предлагай тот, который устроит именно тебя.

- Думаю, что пока ещё рано думать об этом, – набравшись храбрости, медленно произношу я. – Давай… я решу этот вопрос, когда уже рожу и вернусь с дочкой домой.

После моих слов Руслан только кивает, негласно соглашаясь с моим предложением.

Слава богу, он не стал уточнять, в какой дом я планирую вернуться.

С каждой секундой чувствовала себя всё более скованной и напряжённой. Меня беспокоило в первую очередь то, что я мысленно стала допускать вариант, что могу снова влюбиться в него.

Нет, понятно, что я в принципе не совсем его разлюбила. Какие-то чувства у меня к нему остались, и, боюсь, они теперь вообще никуда не денутся. Но пока они не настолько сильны, чтобы мне хотелось что-то изменить.

Я всё равно опасаюсь и не верю, что он может так кардинально измениться за какие-то несколько дней.

Словно чувствуя, что я на пределе, мужчина решает взять паузу и дать мне небольшой перерыв в нашем общении.

Одним глотком он допивает остатки кофе и встаёт со словами:

- Ладно, мне уже пора. Основные вопросы мы обсудили. Остальные не настолько важны, поэтому будем их с тобой решать по мере поступления, – он вытаскивает из кармана сотовый и что-то быстро там печатает. Практически сразу раздаётся звук пришедшей смс-ки на мой телефон. – Я скинул тебе номер Ивана.

Руслан выдвигается в сторону коридора.

С облегчением иду за ним. Мне действительно нужно время, чтобы всё это обдумать.

Он достаточно быстро одевается и открывает входную дверь.

- Алин, прошу тебя, звони сразу Ивану, если куда-нибудь соберёшься, – Руслан, выйдя на лестничную площадку, оборачивается и смотрит на меня непривычным просящим взглядом. – На улице очень скользко. Я ужасно переживаю за вас.

- Я буду звонить, – уверенно заверяю его, понимая, что действительно буду это делать. Рисковать дочкой я не хочу и не буду.

- Хорошо, – он облегчённо улыбается. Кинув на меня довольно жадный взгляд, резко отворачивается и уходит вниз по лестнице.

Выдохнув, я закрываю дверь и, прикрывая глаза, прислоняюсь к ней лбом. Небольшая дрожь гуляет по всему телу.

Тут же чувствую пинок дочери в районе правой почки.

Охая, открываю глаза и отрываюсь от двери.

- Эй, ты чего? – шепчу под нос, начиная наглаживать то место, куда мне прилетело. Морщусь от боли, когда тут же следует ещё один удар.

Приходится переключиться с мыслей о Руслане на дочь, которая, видимо, решила устроить во мне тренировку по кикбоксингу. Возможно, это и неплохо. До самого позднего вечера, пока не пришла Наташа, я пыталась угомонить поглаживаниями, ласковыми словами и пением колыбельных песенок своего максимально активного ребёнка. Времени, чтобы переживать о Руслане, не было совсем.

Подруга, узнав про приход мужчины, сначала отругала меня, что я его впустила, а потом молча выслушала, качая головой и скептически поглядывая на меня.

- Что-то я с трудом верю, что Русланчика надолго хватить изображать из себя пушистого няшку, который будет теперь всегда соглашаться с тобой, – довольно иронично выдаёт подруга, как только я заканчиваю рассказ.

- Ну, может, он… – несмело тяну я, отводя взгляд.

- Ты прям как малое дитя, Рапунцель, – фыркает подруга. – Чудовище никогда не перестанет быть самим собой! А Русланчик твой самый настоящий монстр.

- И вовсе он не мой, – бурчу под нос, в глубине души понимая, что она права.

Начиная переодеваться, Наташа лишь тяжело вздыхает.

- Ладно, время покажет, как быстро он опять начнёт показывать своё истинное лицо, – устало произносит подруга. – Корми уже давай меня, жрать жуть как хочется. Кажется, у меня кишки там друг другу фиги крутят, пытаясь отыскать хотя бы малюсенький запас пищи.

Рассмеявшись, я направляюсь на кухню, а Наташка отправляется в ванную мыть руки перед едой.

Погруженная в свои мысли, я накрываю на стол.

Она права.

Только время покажет, искренен ли Руслан. И надолго ли его хватит?