19

К концу дня я не чувствовала ни рук, ни ног от усталости, хотя сразу после Настькиной линейки и переобулась в удобные мокасины. Из меня будто все соки выжали. Одна встреча с этой Заяц чего стоила… А потом, как будто этого было мало, я имела несчастье увидеться еще и с первым мужем. Не знаю, как не вцепилась в его поплывшую, как-то неожиданно быстро постаревшую морду… Мы ведь так и не обсудили с ним тот случай с Настей, о котором мне и теперь было страшно вспомнить. Трубку этот козел не брал, а где искать его, я не знала. Так что, может быть, и вцепилась бы. Если бы не Настькины обеспокоенные взгляды, которые эта глупышка бросала на нас, думая, что я ничего не вижу. Она и вальс танцевала так… повернув голову в нашу сторону. Как только шею не свернула?

- А ты хорошо выглядишь, - заметил Дима.

- Спасибо. Не могу сказать о тебе того же.

Тот усмехнулся как-то так невесело. Провел ладонью по шее и, глядя на нашу кружащуюся в танце дочь, заметил:

- Думаешь, я не знаю? Завязывать надо со всем этим дерьмом.

Очевидно, он намекал на свои пьянки или чего похуже… Но я совершенно не хотела вникать в его проблемы. Мне и своих было более чем достаточно.

- План хороший. Ты, главное, дерзай. А до тех пор, имей в виду – встречи с Настей теперь будут проходить исключительно под моим присмотром. Тебе ее я больше не доверю.

К моему удивлению, Дима спорить не стал. Кивнул и посмотрел на меня как-то так… странно.

- Облажался я по всем фронтам, да, Ника?

- Я тебе не судья.

Было очень неудобно вести диалог вот так… когда вокруг куча народа, а из колонок гремит школьный вальс. Поэтому разговор сошел на нет, а может, Диме нечего мне было ответить. Настька с партнером оттанцевали, вышли на поклон. Дима вскинул руку, привлекая ее внимание, шагнул навстречу, вынуждая потесниться стоящих в первом ряду первоклашек. Оказывается, он приготовил для Настьки букет – совсем скромный, что было на него не похоже. Принимая его, наша девочка счастливо заулыбалась и обняла отца, который довольно редко баловал её своим вниманием. Наши взгляды с Настькой встретились. Я вскинула над головой два больших пальца и увидела, как её отпускает сковавшее плечи напряжение. Господи, неужели она волновалась, как я отреагирую на ее объятья с отцом? Ну, не глупышка ли?

Не знаю, почему, но та встреча с Димой оставила после себя какое-то странное тревожное послевкусие, от которого я не могла избавиться еще очень долго. Да… Это был очень тяжелый день, который, ко всему, совпал с первым днем съемок и настоящей полноценной работы. Впрочем, отснять программу удалось довольно быстро. Так бывает, если с тобой в команде работают настоящие профессионалы. Вот если бы мне еще не приходилось так часто контактировать с Гуляевым, а?! Вообще была бы не жизнь, а малина.

- Мам, это ты?! – ворвался в мысли звонкий Настькин голос. – Ой, а ты чего здесь сидишь?!

А я и впрямь сидела в темноте прихожей. На полу стояли бумажные пакеты с едой, а я… я так устала, что даже не разулась, войдя в дом.

- Устала, Насть… Поможешь с ужином?

- А может, ну его? Пиццу закажем… - искушала дочь, послушно хватаясь за пакеты.

- Не-а. К нам Олег должен заехать… Ох ты ж, черт! Уже скоро… А у меня конь не валялся. Ты разбери продукты, хорошо? Я в душ сбегаю. Может, хотя бы в себя приду.

- Как будто твой Олег не понимает, что ты устала! Еще и ужин ему давай…

Я замерла в проходе. Говоря откровенно, в чем-то Настька была права. Сейчас я с гораздо большей радостью налила бы себе бокал вина и залегла в ванной с пеной, но… Но! Во-первых, мне жизненно важно было напомнить себе, почему Олег – мое будущее, а во-вторых… у меня к нему было срочное дело.

- Я его сама пригласила, ворчунья! И он тебе нравится, ты мне сама говорила, помнишь?

- Я его сама пригласила, ворчунья! И он тебе нравится, ты мне сама говорила, помнишь?

- Ты могла бы себе и кого получше найти… - упрямилась дочка, но я, сделав вид, что не слышу ее, захлопнула дверь в ванную прямо у неё перед носом и принялась раздеваться. Душ, конечно, взбодрил, хотя и не слишком. С ужином я все-таки не успела… Олег приехал раньше. Я помчалась ему открывать. Поцеловала… Пока отчитывалась, почему хриплю – с плиты убежала вода. А когда мы уселись за стол, если честно, мне уже ничего не хотелось.

- Как отдохнула? – поинтересовался Вавилов, уплетая за обе щеки макароны.

- Отдохнула? – недоуменно моргнула я.

- Угу. Как прошли выходные?

- Ах, ты об этом… Ничего. Было весело. Сценаристы – веселые ребята. И Настьке тоже понравилось. Да, Насть? – улыбнулась я дочери. - Она у нас собирается вести свой блог на Ютьюбе. И теперь перенимает опыт… В общем, неплохо было.

К счастью, еда в тарелке Вавилова быстро закончилась, и, отвечая на его вопрос, я получила возможность вернуться к плите, чтобы подложить добавки. Иначе горящие щеки могли бы здорово меня выдать.

- Ага! Было весело. Стас очень смешной.

- Клоуну и положено быть смешным, - согласился Олег.

- Он не клоун! Он лучший шоумен во всей стране. Да, мама?

Ну, спасибо, доченька! Я сделала глубокий вдох, улыбнулась неестественно широко и вернулась к столу.

- Стас, безусловно, очень талантлив, - согласилась я, ласково погладив Вавилова по макушке. Номер удался. Тот перестал хмуриться и, когда я уселась, незаметно положил руку мне на коленку.

- Спасибо, ма, было вкусно. Я буду у себя.

- Долго не засиживайся. Завтра в школу.

Настька на мое замечание только закатила глаза.

- Тяжело с ними, - зевнул Вавилов, когда та убежала.

- Да нет. Не очень. Настя вообще очень покладистая девочка. У меня с ней никогда не было проблем.

- Похоже, она в восторге от твоего нового начальника.

- Эй! Не начинай… мы просто работаем вместе.

Олег кивнул. Закинул руку мне на плечо и привлек к себе. Нос к носу…

- Я просто не хочу тебя потерять, - прошептал он.

- Ты не потеряешь! Это все в прошлом. И вообще… Не хочу о нем, когда ты рядом.

Я действительно не хотела! Я хотела забыться и забыть… Олег поцеловал меня. Глубоко, страстно. Я ответила с не меньшим голодом. Но вдруг вспомнив, зачем вообще затеяла это все, отстранилась.

- Подожди… Подожди, Олег… Мне кое-что нужно тебе сказать…

Вавилов тряхнул головой.

- Это не потерпит? Клянусь, у меня вот-вот дым из ушей повалит, что ж ты делаешь со мной, а?

Я хохотнула. Спрятала лицо на его теплой шее и прошептала:

- Это касается Дашкиной матери…

- Кого?

- Нашего подкидыша, - терпеливо разъяснила я. – Помнишь?

- Подкидыша? Послушай, я тебя не видел целую вечность…

- Я знаю. Но это очень важно! Я нашла её мать.

- Отлично! Расскажешь об этом следователю, и мы накажем ее по всей строгости…

- Накажете? Да за что, господи?

- За то, что она бросила своего ребенка?

Было видно, что Вавилов чем дальше, тем меньше меня понимал. И я поспешила рассказать ему все по порядку.

- То есть она сделала это специально? Чтобы привлечь внимание?

Я кивнула головой.

- А теперь хочет забрать девочку?

Я закивала еще более отчаянно.

- Чего же ты хочешь от меня?

- Ты мог бы замять это все… ну, по своей части.

Олег нахмурился. Сложил руки на груди. В нем не осталось ни капли игривости, он весь будто бы подобрался.

- Я знаю, это не очень правильно, но… Никто ведь не пострадал. У нее просто не осталось выбора. Я тебя очень прошу… Пожалуйста. В первый и последний раз... Ради меня, м-м-м? Я слышала, что законодательство в этом случае довольно не совершенно, и если неисполнение своих родительских обязанностей не сопровождалось насилием, то… ни о какой уголовной ответственности речь даже не идет.

- Все это, конечно, хорошо. Если бы к этому делу не было приковано внимание стольких людей. Я ж теперь как под микроскопом, Вер…

- Да брось! У народа короткая память. Думаешь, если сюжет один раз показали по телевизору, то все? Нет! Это так не работает. Уж мне ты можешь поверить.

- И не подумаю. Ты – лицо заинтересованное, - вдруг смягчился Олег, - знать бы еще, почему это для тебя так важно.

- Она девчонка совсем. А тут такая проблема. И помочь некому. Совершенно… Это страшно, когда совсем некому помочь…

Я перебралась к Вавилову на колени, видя, что он уже не так категоричен. Желая его… добить. Прекрасно понимая, что мне он отказать не сможет, если я правильно себя поведу. Не то чтобы это была уступка с моей стороны! Нет… Все давно к тому шло. И я же сама этого хотела еще совсем недавно…

- Верка, прекрати… Я же не железный, ну… Продолжишь в том же духе – я не остановлюсь!

- И ладно, - заметила тихо и не то чтобы уверенно. Утопая в его глазах, на дне которых шла нешуточная борьба. Желания и… еще чего-то, мне непонятного.

- Но ведь Настька…

- Она уже не придет… - прошептала я, - подожди!

Слетела с его колен, захлопнула дверь в кухню и провернула рычажок замка. Он у нас иногда заедал, поэтому, если бы Настька даже явилась, у нас было бы неплохое оправдание, мол, просто заклинило дверь.

Я обернулась. Сердце колотилось где-то в горле. Ноги тряслись…

- Знаешь, мне уже даже как-то любопытно, что должно случиться, чтобы мы довели дело до ума, - хохотнул мне на ухо Вавилов и тут же, прикусив мочку, толкнулся языком внутрь. Я тихо застонала. Не знаю, зачем… Мне не очень-то нравились такого рода ласки. И я совершенно не понимала, почему кто-то решил, будто ухо – это какая-то эрогенная зона. Мне было просто щекотно.

- Пожалуйста, Олег… пожалуйста… - шептала я, отрезая нам обоим пути к отступлению. Он что-то пробормотал, открыл кран, чтобы шум воды поглотил все другие звуки, и, развернув меня спиной к себе, задрал подол платья.

Хотела ли я того, что произошло впоследствии? Скорее да, чем нет. Я очень надеялась, что этот момент станет для нас с Вавиловым новой точкой отсчета. Заставит забыть то, что произошло со Стасом… Вернет меня на правильную траекторию. Хорошо ли мне было? Не знаю… Совершенно определённо, я не испытывала отвращения. Олег старался доставить мне удовольствие, и у него получалось. Кое-что…

- Не хочу от тебя уезжать…

- Я тоже не хочу.

- Тогда я опять возвращаюсь к нашим баранам… Выходи за меня, м-м-м?

Я не торопилась с ответом, зарылась носом в воротник на его рубашке, вдыхая знакомый, ставший родным аромат. Он мне нравился… по-настоящему нравился. Я так отчетливо видела нашу дальнейшую жизнь, где все было так просто и так понятно…

- Мам! Мам! Скорей, началось! – заорала Настька из глубины квартиры. Ничего не понимая, я метнулась к двери.

- Что началось-то?

- Гуляй-шоу! Ой, какой у Стаса костюм красивый…

На талию мне легли руки Вавилова. Он крепко-крепко прижал меня к себе и шепнул на ухо:

- Когда мы поженимся, пульт от телевизора перейдет в мое подчинение.

Это было смешно. Я и рассмеялась, ткнув Олега в бок локтем. Настька бросила на нас короткий взгляд и, задрав нос, снова вернулась к просмотру программы. А мне… мне ведь тоже было интересно. В конце концов, то, что происходило на экране, было результатом моей работы. Работы, которой я очень-очень гордилась.

Настька захохотала над какой-то шуткой Стаса, возвращая меня в реальность.

- Тебе, вообще-то, спать пора, - сказала я дочери.

- Ну, мам!

- Давай-давай! Я провожу Олега, а когда вернусь, чтобы и духу твоего здесь не было.

- Это такой намек, что мне уже пора? – усмехнулся Вавилов, когда мы с ним вышли в коридор. Его зрачки все еще были немного расширены, отчего обычно светлые глаза казались необычайно выразительными и глубокими. Мне казалось, что он видел гораздо больше, чем я готова была показать…

- Если честно, я просто с ног валюсь. Сумасшедший день, а потом…

- Секс на десерт.

- Вот именно. Кое-кто был очень… хм… ненасытным.

- Кое-кто заставил меня ждать слишком долго. – Олег смерил меня внимательным взглядом. - У тебя что-то случилось?

- Случилось? Нет… С чего ты взял?

- Не знаю. Все это очень неожиданно… Как будто ты…

- Что я?

Он опять на меня покосился.

- Да нет. Ничего… Не бери в голову. А что касается твоей кукушки… Ребенка она сможет забрать. Прав-то ее не лишили. Личность установим, опросим… и дело с концом. А как это обтяпать – я еще подумаю. Только ты предупреди девицу, что их проверками теперь замордуют. На опеку я повлиять не в силах. Или нет… Лучше дай мне ее контакты. Пусть лучше ее напрямую проинструктируют, раз это так для тебя важно…

- Спасибо! – прошептала я и обняла его крепко-крепко.