Глава 47

Рита

Схема безотказная , - звучит у меня в голове голос Демьяна. – «Господин Сошников сотни раз проворачивал её, если хотел кто-то склонить к какому-то решению, выгодному ему одному».

- Не хочешь, как хочешь, - бубню я, поднимаясь на ноги. – Тебе плевать не только на будущее дочери, но и на людей своей компании. Одни уже остались без заказа. Сейчас та же судьба ждёт остальных!

Поднимаюсь на ноги, театрально собираю сумку – убираю в неё телефон, блокнот с тезисными записями и цифрами, которые записала под диктовку странного, можно сказать, мистического помощника деда, а теперь –моего.

- Издеваешься? – Матвей выходи из себя, слышу это по его срывающемуся голосу. – Ведьма. Ты из меня все соки выпила за последние дни. Ведёшь себя как…

- Ну, скажи это! – подначиваю его.

- Как дрянь! – его злые слова бьют меня наотмашь.

- Рита, ты ведёшь себя так, словно мы только что обсуждали не будущее нашей дочери. Не будущее моих людей. А… список покупок к столу.

Делаю вид, что не слушаю его.

Оправляю на себе деловой жакет, узкую юбку, выпрямляю спину, задираю повыше подбородок. Вешаю сумку на плечо, и цокаю к зеркалу…

Я же жду, когда этот упырь меня остановит!

Он же не хочет настоящей войны?

Неужели до него не дошло, что у меня теперь в руках все ресурсы деда? А это сродни атомной бомбе!

Бывший стреляет мне в спину яростью и ненавистью.

К сожалению, этого недостаточно, чтобы сломить мой новый дух!

Уверенность – холодная и расчётливая - сквозит в каждом моём шаге, в каждом жесте.

Я стараюсь не рисоваться, не понтиться, а показывать то, что чувствую.

Всё-таки всю ночь репетировала.

Я и раньше умела держать лицо, но сейчас делаю это с превеликим удовольствием, понимая, как сильно данный факт триггерит бывшего мужа.

- Ты всегда умела манипулировать мною так, что даже сама не замечала этого. Не говоря обо мне, - неожиданно говорит Матвей. – Теперь хоть стало понятно, откуда растут ноги. – Выкладывай условия сделки…

Медленно поворачиваюсь.

Наконец-то, они признал, что наши отношения теперь – это сделка.

Улыбаюсь широко, возвращаюсь к столу.

На этот раз не сажусь, а бросаю дамскую сумочку, и сама опираюсь на стол Матвея, наклоняясь к нему близко.

- Что. Ты хочешь? – голос его холоден.

Не хочет упырь признавать, что эта сделка для него, как для утопающего – выброшенный на волны – кусок пенопласта.

- Верни мне мою дочь.

- Я бы с радостью, - говорю спокойно. – Но она включилась в игру. Не хочет возвращаться к тебе до тех пор, пока ты не примешь меня обратно в семью.

- Второй шанс?

- Да.

- Есть предложение. Мы снова живём в одном доме.

- Правда?

- Фиктивно! Ты притворяешься моим мужем, и её отцом. Понял?

- Не-ет…

- Да! Помнишь, ты как-то мне сказал – научись притворяться?! Я предлагаю тебе этот же вариант. Шикарный да.

- Не помню, - бубнит гадёныш.

- Будем играть в семью до тех пор, пока Маша не успокоится.

- Что потом?

- Суп с котом! Будем решать проблемы по мере их поступления, передёргиваю плечами, поправляю хвост на голове.

- Вечером жду вас домой… к ужину. С вещами.

Беру сумку, направляюсь размашистым шагом победительницы на выход.

- Марго? – окликает муж, едва я берусь за ручку двери, чтобы покинуть эту обитель зла.

Поворачиваюсь, не скрывая раздражения.

- Что ещё?..

- Кто это сделал с тобой? Назови его имя!

- Ты, - тычу беспощадно в него пальцем.

- Понял. Это… - сглатывает нервно муж, аж кадык на шее дёргается.

Смешно, тридцатишестилетний мужик, который не может выдавить слова.

- Это не игра для Маши. Она почувствует фальшь мгновенно, - наконец он вспоминает про дочь. Теперь он давит на меня.

Я усмехаюсь уголками губ.

Холодно. Отсранённо.

- Соколов, мне ли тебя учить? Если ты будешь играть плохо – дочка почувствует. Так что постарайся. Не разочаровывай нас. Кстати, есть курсы по актёрскому мастерству.

Соколов отшатывается, дёргается назад.

А я глажу себя по головке.

Пошла ва-банк,и победила.

- Марго… - начинает он, - эти игры в леди-босса плохо закончатся!

Я поднимаю ладонь, выставляю её вперёд.

Чтобы он замолчал.

- Матвей, я знаю, что ты отчаянно хочешь быть хорошим папой. Но давай честно - ты всегда был удобным. Приезжал изредка из командировок, играл с дочуркой, водил в кафе, в кино. А воспитанием занималась я. Я запрещала ей, ты – позволял всё! Вот и сейчас ты соглашаешься на всё, лишь бы она вернулась и считала нас с тобой семьёй. Ради Маши.

Я вижу как он бледнеет, сереет, и чувствую его боль вместе с ним.

Он действительно хороший отец. Любящий. Добрый.

Сейчас я манипулирую им.

Но он не оставил мне выбора.

Я противна сама себе. И он мне противен, потому что довёл до точки невозврата.

Желание вернуть дочь любым способом впивается в меня всё сильнее и сильнее.

- В семь вечера, - сухо говорю я. - Я всё подготовлю. Ужин как ты любишь. Душ, массаж. Для тебя ничего не изменится.

Выхожу, мягко захлопывая дверь.

Только что я заключила лучшую сделку в своей жизни.

Но ощущение такое – что растоптала не только любимого мужчину, доверие дочери, но и себя саму.

Я окончательно уничтожила прежнюю Риту.

Её больше нет!

Кажется, детали этой сделки мне спустил ночью сам Дьявол, именно с ним я подписала кабальный договор.

Всю оставшуюся жизнь буду расплачиваться по процентам - жить с любимым предателем под одной крышей, не доверяя, ревнуя.

Я заложила свою душу в ломбард под названием – видимость крепкой семьи.