Глава 20. Макар

Просыпаюсь я в полумраке комнаты. И в первое мгновение мне даже кажется, что все приснилось.

Но я чувствую ее запах.

Блядь, как же я ненавижу ее чертов запах. Эта комната как гребанный алтарь, с которого я так и не смог ничего выкинуть. И приходил сюда только чтобы пострадать. Я умирал каждый раз входя в эту комнату снова и снова.

И возвращался раз за разом, чтобы снова пережить всю эту боль.

Но сейчас я чувствую нечто в корне иное. Кипучую злость. Любопытство. И бешеное желание разоблачить мерзавку.

Тянусь, чтобы поцеловать ее, но… Натыкаюсь лишь на пустую подушку.

Черт.

Сбежала?

Приснилась все же?

Или из-за этой проблемы в моей башке я уже начал бредить наяву?

Будто себе не веря, шарю рукой по кровати рядом с собой.

Никого.

Будто и не было ее.

В груди болит. В голове гудит.

Я поднимаюсь с кровати и пытаюсь просто осознать текущую реальность.

Я наконец-то трахнул бывшую жену. Закрыл гештальт, вроде бы.

Так какого хуя мне сейчас так херово?

Стучу кулаком в грудь, пытаясь унять дурацкое сердце.

Я получил, что хотел. Теперь могу спокойно ехать обратно воевать. Но почему легче не становится?

Наоборот.

В голове вихрем взвиваются все ее слова.

…«Я любила и ждала! И никогда не предавала тебя, идиота кусок! И я понятия не имею о каком предательстве ты талдычишь! Да у меня до сих пор ни одного мужика кроме тебя не было! И нет!»

Если это правда… то выходит, что девочка и правда… моя.

Но этого же быть не может.

По срокам не сходится.

Да и я же видел ее с другим!

Как теперь забыть все, и поверить?

Малышка. Ариша.

Как бы я хотел, чтобы она была моей. Чтобы моя жена мне такое счастье подарила…

Неужели это хоть на секунду может быть правдой?

Чушь какая.

Я же не олень! Благородный, блядь.

Но этот укор в ее взгляде никак не дает мне покоя.

Будто я один во всем виноват.

Будто это я мудак обидел ее, свою невинную девочку. И теперь просто не заслуживаю ее.

А я может и обидел. Нарочно же те фотки ей отправил. Но это была лишь ответная реакция на то, что я увидел сам.

Я вдруг замечаю блик от окна, и наконец осознаю, что на улице вовсе не ночь.

Подскакиваю с кровати, бросаюсь к окну и распахиваю блядские блэкаут шторы.

— Вот черт!

За окном день-деньской. Но шторы оказались так наглухо закрыты, будто кто-то очень хотел, чтобы я проспал как можно дольше.

— Вот же… зараза, — шиплю себе под нос.

Подхватываю с пола свою одежду, и выскакиваю из комнаты, одеваясь на ходу.

— Алена! — грохочу я, чувствуя, как сердце заходится от мысли, что она сбежала.

Не позволю.

Это я теперь решаю, когда она может уйти.

Сначала я должен разобраться.

— Пожалуйста… — беспомощно выдыхаю я, оббегая уже почти весь дом.

— Макар Михалыч? Выспались наконец-то? — в кухне меня окликает Вера Петровна.

— Где она?! — требую я.

— Алена Федоровна? — теряется женщина. — Сказала, что ей домой надо…

— Блядь!

— Макар Михалыч… — неодобрительно тянет домработница.

— Безопасникам моим звони, пусть адрес мне ее добывают! — рычу я. — Быстро!

— Поняла, — тут же собирается женщина, осознавая, что сейчас не время читать мне лекции о брани, как в детстве. Телефон тут же достает: — Вы же это из-за… малышки, да? Знаете, я же сразу заметила, что она копия — ваша бабуля, царствие ей небесное.

Фокусирую на домработнице растерянный взгляд.

— Серьезно? — хмурюсь, все еще не в силах поверить в то, что это может быть правдой.

— А вы сами не заметили? — вкрадчиво интересуется, прижимая телефон к уху.

— Да она же никак по срокам ко мне относиться не может! — пытаюсь воззвать к здравому смыслу.

Вера Петровна явно возразить что-то хочет, но видимо в трубке слышит ответ.

— Алло, Вадик? Тут такое дело… — начинает объяснять она.

А я не могу больше ждать. Выскакиваю в коридор, наспех обуваюсь. Надо хотя бы ближе к городу держаться. Тогда как адрес появится, я уже буду на полпути!

Выскакиваю наконец на улицу и…