Глава 21. Макар

— Боже, спасибо! Успели! — восклицает мама, вылезая из машины. — Отец, мы успели! А ты говорил, что мои молитвы не работают!

Черт возьми! И они тут как тут!

— Где Алена?! — требую я, почему-то решив, что они должны быть в курсе. Ведь это мать ее подговорила задержать меня в Москве.

— Бог ее знает, сынок, — причитает мама, повисая у меня на плече. — Не это сейчас главное! Главное твое здоровье, слышишь?! Я умоляю тебя, перестань сбегать. Ты же понимаешь, что если не сделать эту операцию, то ты просто умрешь! А следом за тобой и мы с отцом! Если меня не жаль, то хоть папу пожалей! Я была не лучшей матерью! И поэтому ты вырос с бабушкой, но…

Я даже не слушаю, озираясь по сторонам как безумный, будто надеюсь все еще найти Алену рядом. Но ее нигде нет…

Фокусируюсь на матери:

— Мам, поклялись, что действительно видела мою жену с другим?

— Сынок, что за вопросы? Да мы с отцом точно видели, — она на папу поворачивается, пока тот неторопливо идет к нам от машины.

— К сожалению, сын, — подтверждает он, добивая меня. — Ты же знаешь, что мы с матерью к ней как к дочери относились. И это по нам больно ударило. Мы очень сомневались, стоит ли тебе слать те фото. Но…

— Решили, что тебе одному решать, — искренне кается мама. — Да если бы я только знала, во что превратится твоя жизнь с ее уходом, то лучше бы унесла эту тайну с собой в могилу. Как бы я хотела отмотать время и…

— И? — бешусь я. — Позволить мне быть лохом, у которого жена на стороне, пока я родине служу?

— Уж лучше лохом, прости что скажешь, зато живой! — взвивается мама.

— А ты знала, что у нее ребенок? — перебиваю я ее зарождающуюся истерику.

— У кого? — осекается она моментально.

Видать насчет этого она в курсе не была, значит это сама Алена уже импровизировала, чтобы меня из колеи выбить. Что ж, даже неплохо получилось.

— У моей жены, — отвечаю, но тут же исправляюсь. — У Аленки. Крохотная дочка. Аришка.

— Как бабушку нашу… — выдыхает мама, и тут же ладонями рот от шока прикрывает. — Боже, ты думаешь?…

— Ей всего шесть месяцев, — качаю головой отрицательно. — По датам никак не сходится. Меня тогда дома точно не было. Значит явно тот кент с фотки постарался, — усмехаюсь горько. — Но эта зараза… хватает же наглости врать, что девочка моя. Будто я идиот и два плюс два сложить не в состоянии! — цежу, но будто надеюсь, что кто-то должен все же доказать мне, что я все же идиот и чего-то не понимаю. — Будто не знаю, что беременность длится девять месяцев, а тогда получается, что я никак не могу быть…

— Ну вообще-то… — вдруг задумчиво тянет мама, — Алена когда-то рассказывала мне… — она хмурится, явно прикидывая что-то.

— Продолжай! — давлю я, весь обращаясь в слух.

— Она рассказывала, что она сама, да и ее сестренка младшая — Марьяна вроде, мол они обе сильно недоношенные родились. Что в инкубаторе их дохаживали, за жизнь боролись. Я тогда еще предположила, что это возможно что-то генетическое, так что… — она смотрит на меня как-то шокированно, будто сама своим словам не верит: — и у нее так может случиться… Отец… — она цепляется за папино плечо, — это и правда может быть… наша внучка?

— Тише-тише! — он приобнимает ее за плечи.

А я так и стою, будто приморозился к месту.

Недоношенная. Почему мне и в голову такой вариант не пришел?

Выходит, я реально идиот?

Охренеть…

Значит… все же может быть… моя? Или…

— Мама, если ты сейчас все это на ходу придумала, чтобы меня в больницу упечь, то я тебе этого никогда не прощу! — предупреждающе рычу я, но мое сердце долбит так, будто других версий уже и не примет.

— А себе простишь, если умрешь, так и не выяснив есть у тебя ребенок или нет? — бьет словами в ответ эта бессердечная женщина.

Стою, плохо соображая, что мне сейчас следует делать.

По-быстрому метнуться в больницу, чтобы не сдохнуть пока буду разбираться с бывшей женой. Или сразу бежать к ней, падать на колени и просить снова все мне, идиоту, рассказать.

Как есть.

Ее версию.

Которую я пожалуй должен был выслушать сразу. Но жгучая обида не позволила этого сделать.

— Значит так, — собираюсь наконец с мыслями. — Сейчас я пробиваю ее адрес, мы вместе едем к Алене и я устраиваю вам очную ставку. И если окажется, что вы с отцом за что-то так жестоко меня обманули, то считайте, что у вас больше нет сына. И тем более внучки!

— Да я на все ради тебя согласна, сынок! И тем более ради внучки! — тут же заверяет мама вполне убедительно. — Но я клянусь тебе…

— Алене сейчас будешь клясться! — отрезаю я. — И посмотрим кто из вас врет.