Глава 38

Дамир.

Ася уходит. Смотрю ей вслед, провожая тяжёлым взглядом.

Ну чё ты, Шахманов, как подросток, ей-богу! Она ж десять раз тебе сказала, что ей время нужно. Хватит торопить, камон! Здесь тонко всё, нельзя давить.

Но я в тонких материях не шарю вообще. Я топорный и неумелый, когда нужно объясняться словами через рот. И мне эти игры в «хочу, но не могу» – сложно.

А Ася хочет, я вижу. Чувствую.

Все мои инстинкты становятся дыбом, когда она бросает на меня вот эти свои взгляды. Думает, я не вижу, сколько в них понамешано. Там целый авторский коктейль, выбивающий меня из устойчивого положения.

Барабаню нервно по оплётке руля.

Рассеянно подпеваю песне из магнитолы, не попадая ни в слова, ни в ноты.

Роняю взгляд на сиденье.

Сумочка Асина. Без денег ушла?

Набираю на мобильник, он звенит из её сумки.

Ну Маша-растеряша!

Бегу в торговый центр, чо.

Пробегаюсь по первому этажу, заглядывая во все детские отделы, но Аси нигде нет. Выхожу в итоге через другой вход и сразу ахреневаю от перемены атмосферы снаружи.

Сирена скорой помощи завывает, толпа шумит и гудит, как пчелиный улей.

Я понятия не имею, где Ася, но почему-то внутри меня зреет чувство, что она в эпицентре того звездеца, который здесь происходит. Вот прям жопой чую!

Надо было таки маячок ей впаять!

Иду в самую гущу событий, которая концентрируется вокруг моей тачки.

Блинский блин!

Морда просто в мясо раскурочена.

Хватаюсь за голову, прикидывая и подсчитывая в уме ущерб. Надеюсь, страховка покроет.

В красной камрюхе сидит в ауте мужик. Живой. Подушка безопасности спасла. К нему уже несется со всех ног бригада фельдшеров.

Иду дальше, выискивая среди толпы знакомое лицо.

Нахожу наконец!

Ася в какой-то прострации сидит на асфальте. Глаза красные и опухшие, стеклянными шариками таращатся в одну точку. Над Асей порхает девушка, обмахивает её лицо ладонями. Парень поит из бутылки водой, как ребёнка.

У меня сжимается всё.

Дурёха, ну что ты там себе уже придумала, а?

Подхожу, хлопаю парня по плечу.

– Спасибо, я сам дальше.

– А вы..?

– Муж.

– А?… – вопросительно кивает в сторону тачки.

Пожимаю плечами.

Живой, как видите.

Присаживаюсь перед Асей на корточки.

– Эй, сладкая, ну ты чего?

Она поднимает на меня очумелый взгляд.

– Ты… Ты у-умер!

У меня душа на выверт! Хочется обнять, прижать и не отпускать никуда и никогда. Но я осторожничаю, чтобы не напугать ещё сильней.

– Нет, Ась, – протягиваю свою руку. – Потрогай. Ущипни. Ударь, если хочешь. Живой, из крови и плоти, настоящий, твёрдый, тёплый. Живой.

Трогает осторожно линии на ладони самыми кончиками пальцев. Едва касаясь. Так, словно боится, что я, как призрак, растаю.

– Живой. – Неверяще. – Тё-тёплый…

– Конечно.

– А та-там ска-казали фа-арш! – взмахивает в сторону и, закрыв глаза, воет белугой.

– Ну камрюха в фарш – это факт. Без шанса на восстановление. А я говорил, что они пластиковые..!

– А т-ты?

– А я здесь, – протягиваю ей сумочку. – Ты деньги забыла.

– Ра-ра-ра…

– Растяпа.

– Да!

– Нет, спасительница!

– Что? – ресницы пьяно порхают над красными щеками.

– Я же тебя искать пошёл. А если бы остался, то… – замолкаю. Нервно сглатываю.

До меня самого только сейчас начинает доходить смысл произошедшего.

Я же там мог сидеть, на том самом месте, от которого сейчас вообще нихрена не осталось.

Ну что может красноречивей сказать о том, что судьба против того, чтобы наши с Асей отношения зафиналились?

Мы получили благословение откуда-то сверху. Разве такое можно игнорировать? Кто мы такие, чтобы против воли небес идти?

Стягиваю с себя пиджак, заворачиваю в него Асю и пересаживаю с бордюра на свои колени. Вожу носом по влажным щекам, размазывая слёзы и тушь. Убираю волосы с лица за ушко. Втягиваю в себя тонкий запах.

Ася доверчиво льнёт, обвив руками мою шею, дрожит немного, но хотя бы больше не рыдает.

– Мне было очень страшно, – шепчет.

Я обтекаю.

Это самое монументальное признание от неё.

Мне никаких больше слов и обещаний не надо. Ни про любовь, ни про «долго и счастливо». Пусть будет вот так, худо-бедно, но вместе.

– Я думала… – Голос её ломается.

– Нет, всё. Всё обошлось. Давай я такси тебе вызову. Поезжай домой, я ГАИ дождусь. Протоколы, показания… Нечего тебе тут сидеть.

– Нет! – Вцепляется сильней в меня, царапая коготками через рубашку плечи. – Шахманов, я… Я тебя не отпускала!

В глазах плавленая сталь.

Попробуй возрази!

А я и не против вообще.

– Ты пожалеешь очень сильно о том, что решил связать со мной жизнь. Я истеричка. Дурная. И забывчивая. И аккумулирую неприятности.

– Я тоже неадекват.

– У нас так себе бэкграунд.

– Зато вся жизнь впереди, чтобы это исправлять.

– Нам нужен психолог, – смеётся она нервно.

– Найдём самого мощного спеца по мозгам. Ася Владимировна, вы согласны снова стать Анной Шахмановой?

Кивает торопливо, покрывая быстрыми поцелуями мой подбородок, губы, веки.

Я плыву, как котяра, которому перепало сметаны наконец.

Ася сейчас не совсем в норме и, наверное, расцеловывает меня под действием состояния аффекта. Но плевать мне на контекст.

Даже если к вечеру она отойдёт и снова прикинется ледышкой, я знаю, что решение уже принято.

Мы всё равно были бы вместе. Неминуемо пришли бы в точку, в которой находимся сейчас.

Эта ситуация просто стала катализатором, который запустил и ускорил реакцию.

Между нами много херни произошло.

Мы оба ошибались.

Наворотили дел…

– Дамир, платье! – в ужасе расширяет глаза Ася. – Нас же Кирюша ждёт!

– Да, принцессу подводить нельзя.

Обнимая за талию, помогаю встать.

Протягиваю руку. Ася доверчиво вкладывает в неё свою ладонь. Мы переплетаем пальцы.

Солнце за Асиной спиной бликует в светлых волосах.

Проходим мимо столкнувшихся тачек.

– А с машиной что? ГАИ…

– Наберу Моте, пускай отрабатывает зарплату, бездельник.

– Жалко машинку, – расстроенно.

А мне не жалко.

Если это цена за такой вот финал для нас, то гори оно синим пламенем! Но не буквально, конечно. Хватит всем на сегодня потрясений.

Держась за руки, мы с женой идём к торговому центру за платьем для нашей дочери…