Глава 10

Я стояла с бокалом у окна и смотрела на кружащиеся огромные хлопья снега. Ровной белой скатертью они укрывали землю, деревья, академию. Середина месяца Студны. Сколько я уже здесь? Вроде всего пару месяцев, а ощущение что вечность. Что это наказание за какие-то грехи в прошлой жизни, и я уже не вернусь домой и не обниму сына. Куда же делся этот Герон? Ощущение, что он где-то рядом, что меня водят за нос. После покушения на меня и Марти воцарилась тишина. Она нервирует, как затишье перед бурей. Весь организм потряхивает, как перед экзаменом. А еще раздражают девицы, томно вздыхающие при виде меня, ладно хоть после отповеди той адептке неказистой, горожанки, которую Лизбет оскорбила, они ведут себя поскромнее. Но все равно бесят ужасно. А в городе, любая знакомая Герона, не обремененная браком или помолвкой, но достигшая соответствующего возраста, считает нужным подойти и «поприветствовать», показать «товар» лицом, с нянечками, мамочками или другими сопровождающими они окружали меня, как стаи голодных волчиц. И главное, просто послать подальше нельзя, ведь брат государев должен вести себя «подобающе». То есть отвешивать комплименты и расточать улыбки, больше похожие на оскал. Приличия, что б их. Надоело. Вот сегодня Бран придет, так ему и скажу. Эх, а ведь у нас сегодня первое занятие на улице, так закружились с делами, что почти не «скрещивали мечи».

От раздумий отвлек тихий стук в дверь, классная она все же, мисси Таркл.

‒ Магистр, к вам гостья, ‒ Маргарет лукаво улыбнулась, я кивнула, и она впустила внутрь Мартину.

‒ Марти! Я рад тебя видеть, ‒ и это была чистая правда, девушка вызывала у меня только положительные эмоции.

‒ Ваше Сиятельство…

‒ Дорогая, после того, что мы пережили, как минимум Магистр Истридж, а после того что между нами было, в личных беседах исключительно Герон, ‒ ох уж мне эти «Сиятельства», тоже доводят до ручки.

‒ Хорошо... Герон, я поделиться новостями. Мадам оплатила мое обучение в академии!

‒ Так это же отлично! Замечательная новость! Ты это заслужила, девочка моя! ‒ довольная я обняла «подругу», все же жаль, что я не в своем теле, такая девушка замечательная.

И в этот момент в кабинет с диким стуком влетели две студентки. Увидев нас в столь двусмысленном положении, обе замерли изваяниями в дверях. Мне же сначала стало случайно неловко, но Марти я не отпустила, ведь со стороны это вообще покажется странным, а потом в голову пришла мысль, что если вдруг все подумают, что Герон занят, то от меня отстанут. Вот это счастливое стечение обстоятельств. На лице расплылась зловещая улыбка, девчонкам она не сулила ничего хорошего.

‒ Марти, милая, подождешь меня тут немного, я разберусь вот с этими двумя невоспитанными барышнями? ‒ девушка мгновенно поймала мой настрой и состроила воодушевленно-влюбленную мордашку.

‒ Конечно, дорогой, воспитание подрастающего поколения бесценная работа, а тебя можно ждать вечность, ‒ чмокнув меня в губы, она элегантно присела на диван и сложила руки на колени.

‒ На выход, варвары! ‒ я схватила нарушительниц спокойствия за уши и выволокла во владения секретарши, которая даже и шелохнуться не успела, только расстроено развела руками, мол, козы молодые, за ними не угнаться. ‒ Каждой по реферату о приличествующем для адептов поведении, хотя нет, вообще о нормах поведения в обществе, а так же по реферату о законе невмешательства в личную жизнь, а еще по два дополнительных круга с утра, Маргарет, оповестите нашего физрука.

‒ А круги за что? ‒ синхронности девчонок позавидовал бы любой хор.

‒ А быстро бегаете, ‒ прищурила я глаза. ‒ Сил много значит остается! И вообще, почему вы здесь? ‒ студентки застеснялись. ‒ Три круга!

‒ Не надо магистр!

‒ Четыре круга! ‒ как спелись, мерзавки.

‒ Мы все расскажем! ‒ видимо бегать не любят, хмыкнула я.

‒ Пять кругов!

‒ Мы поспорили! ‒ В один голос закричали нелюбительницы бега.

‒ Что? ‒ одновременно возмутились мы с Маргарет. ‒ Да это уже не в какие ворота! ‒ продолжила я одна.

‒ Ну просто, эта девушка лежала у нас в лазарете, и все спорили встречаетесь вы или нет, ну а Кастица, ‒ заговорившая глянула на товарку. ‒ Она дежурила в ту ночь, когда вы с пострадавшей вернулись. Всем отвечала, что вы приличный человек, знакомой просто помогли. Я же пошла, как нейтральная сторона для свидетельства. Ей бы одной никто не поверил. А тут вы, все-таки вместе, ‒ девушка опустила глаза, и злиться на них было невозможно.

Вот даже не знаю, что теперь делать. Сказать, что разыграла, глупо звучит, не сказать, стану для них неприличным человеком. Кошмар.

‒ Девушки, а какое дело всем до моей личной жизни? Ведь она моя, ‒ я устало потерла глаза. ‒ Кастица, вы были правы. А теперь шагом марш на лекции и рефераты не забудьте.

Девчонок как ветром сдуло, Маргарет понимающе посмотрела на меня и пошла заваривать коричий напиток на двоих. Я вернулась в кабинет.

‒ Марти, как они меня достали! ‒ плюхнулась рядом с ней на диван и сразу оказалась в плену рук, что начали массировать мне воротниковую зону. ‒ Так на каких условиях Мадам тебя отпустила?

‒ Бедный ты мой Герон, они просто любят тебя все очень, ведь с твоим приходом даже в столовой кормить вкуснее стали и общежитие отапливают лучше. Ты же их даже на соответствующие экскурсии вывозишь, а это не практиковалось никогда. Они просто боятся тебя потерять. А мадам Шарлиз перевела меня из альковов на кухню, сказала, чем больше практики, тем больше учебы. Теперь мечтает открыть ресторан и прочит мне место главного повара. А ведь это нонсенс. Повара только мужчины, женщины кухарки. Герон, до встречи с тобой я и не мечтала о таком. Спасибо! ‒ девушка по-дружески крепко обняла меня.

‒ Да что я-то, ты сама все сделала, умница.

‒ А вот и нет, Мадам сказала, кто открыл мою заветную мечту ей.

Дверь снова открылась, а я уже была готова бросить шарик огня в открывшийся проем, как вошел Бран.

‒ Ночь темна! Не ректорат, а проходной двор! ‒ возмутилась я, а теневик откровенно заржал.

‒ Что Герон, уединиться не дают?

‒ И ты, Брут? ‒ патетично вскинула руку я, а потом быстренько вернула обратно на талию Марти, вспомнив, что в местной истории никакого Брута не было. А если и был, то звали его по-другому.

‒ Обжимаетесь тут, а, между прочим, мы уже как десять минут должны скакать на плацу на радость твои подопечным.

‒ Господин Мортен, ну вы-то знаете, что мы с Его Сиятельством испытываем лишь дружеские и полные признательности чувства, ‒ Мартина встала и, погладив меня по голове, подошла к выходу. ‒ Ты знаешь, где меня найти, если что, ‒ подмигнула и была такова.

‒ Без комментариев, Бран. Пойдем. Мне нужно пар выпустить и подумать.

Я подхватила оружие, что висело с внутренней части стола, накинула кожаную куртку, взяла плащ и мы отправились на плац.

Снегопад закончился,  все вокруг было белоснежно-прекрасным. Все, кроме сугробов. Об этом я думала, пока мы шли до «боевой» площадки, утопая по колено в снегу. Лишь в середине пути Бран громко усмехнулся.

‒ Ты и меня решил воспитывать, Герон? ‒ я выпала в реальность и удивленно уставилась на идущего впереди мужчину. Тут до меня медленно дошло. Я уже давно могла расчистить нам дорогу с помощью стихий, но умение пользоваться магией не означает привычку, вот и перла, как раньше, тихо ругаясь под нос.

‒ Да что ты, Бран, просто жду, когда же меня об этом попросишь, ‒ ухмыльнулась в ответ. Студенты не дремлют, они все видят и все слышат, надо вести себя соответствующе.

‒ Так уже давай, а то устанешь, пока дойдешь, а я тебя в сугробе утоплю.

Я нахмурилась, но проглотив намеренное оскорбление, махнула рукой. Поднялся ветер, раскидывая снег в стороны, он закрутился вьюгой послушный моему сжатому кулаку и швырнул обидчику в лицо пару приличных снежков. А пока теневик оттирался, Мое Сиятельство успело донести сиятельную пятую точку до уже очищенной лавочки, на которую я скинула плащ, с удовольствием наблюдая, как оппонент добирается последние метры по вновь появившемуся сугробу. Кстати тот был уже не по колено, а по пояс. Тот же проходя мимо меня, шепнул: «Молодец. Но теперь точно утоплю».

Через час кружения по площадке мы взмокли оба настолько, что пот стекал и по спине и лицу, куртки были отправлены на лавочку к плащам. Еще через полчаса туда отправились и рубашки. В моменты секундных передышек я замечала в окнах и за деревьями любопытные девичьи лица. Первая мысль была, что они нашли в двух потных полуголых мужиках, что нещадно лупят друг друга мечами, а когда остаются без оружия, то кулаками и валяют в снегу? А потом посмотрела на Брана с точки зрения не своего тела, а своей души. Разгоряченный, не перекаченный, но с ровными тугими жгутами мышц. Да ему в боевиках голливудских сниматься можно, про викингов или про то, как один в поле воин и весь мир спасает. Не красивый смазливостью, но мужественный, уверенный в себе и от этого сексуальный. Так что девицы все же правы. И я бы тоже, наверное, восторженно вздыхала, ведь все же ближе всех нахожусь, только грязные и потные мужики от которых разит так, что я за три метра чую не в моем вкусе, и все эти капельки стекающего пота, вызывают не эротические мысли, а желание загнать его под душ. Старею, наверное, нет этой романтичности, когда нечищеные с утра зубы не повод для уклонения от поцелуев. Кстати, помыться отправить нужно не только его, но и себя, от меня ведь такой же запах. Я принюхалась и фыркнула. Фу, гадость какая, и вправду несет. А первая Тень государства не правильно расценила мой взгляд и реакцию на ароматы боя, и, приняв это на свой, счет ринулся в атаку. Только мне драться уже не хотелось, все мечты были о горячей воде и мыле, поэтому я резко дернулась вправо, растопив и тут же заморозив перед ним снег и подставив воздушной петлей подножку. От резкой смены стихий сама чуть покачнулась, но устояла. В отличие от соперника, который проскользив по ледяной дорожке, споткнулся о петлю и, получив вдогонку плашмя мечом по ягодицам, нырнул в сугроб.

‒ Пол…учишь ты у меня, Герон! ‒ взревел поверженный. А я довольная, оперлась на меч.

‒ Обязательно, Бран, но уже не сегодня. А вам, адептки, делать больше нечего? Тогда марш на площадку и три круга, бегом-марш! ‒ всех, кто был в поле моего зрения воздушные лассо вытянули так, что бы я могла увидеть свидетельниц Брановского позора.

Девчонки сопротивлялись недолго, скинув плащи в общую кучу, вприпрыжку понеслись по полю, то и дело оборачиваясь на полуголых нас.

‒  Выдрессировал ты их, ‒ уважительно произнес Мортен. ‒ Даже не ноют.

‒ У них есть возможность стать настоящими людьми, кхм, магами. И пока я здесь, то приложу к этому все усилия.

‒ А какое отношение имеет данное наказание к становлению магами?

‒ Прямое, ‒ я сурово поглядела на него. ‒ То, что на каждого непобедимого, ‒  указала на него. ‒  Найдется более ловкий. Пусть и случайность, на чудо свершилось. Это раз. То, что наказание рано или поздно настигнет, это два, ‒  викинг посмотрел вслед бегучим девчонкам и кивнул. ‒  Ну, еще выносливость и готовность к физическим нагрузкам в любое время, это три, ‒  я улыбнулась, накинула плащ на голое тело и, подхватив свои вещи, двинулась к академии. ‒  Ты со мной?

‒  Душ и обед обеспечишь?

‒  Легко, но, чур, душевая сначала моя.

Когда мы были уже у входа со стороны общежития, я услышала мяуканье. Остановив Брана, пошла на звук, недалеко от здания в сугробе барахтался котенок, вернее котенок-подросток, красивого рыжего цвета, чуть доходяжного строения тела.

‒ Кис-кис-кис, маленький, иди к ма…папочке, ‒ легким ветерком протоптала ему дорожку к себе.

Животное сначала не спешило к незнакомому дядьке, но после двух волшебных слов: «молоко» и «мясо», быстро преодолело расстояние между нами. Вот только подхватила я его почти из рук подбежавшей адептки, почти столкнувшись с ней лбами.

‒ Магистр, как замечательно, что вы нашли моего котика. Спасибо, ‒ она широко улыбнулась. И эта улыбка озарила безупречное лицо с матовой бледной кожей, щечки украсил румянец. ‒ Адептка Корст, основное направление лекарство, дополнительное ‒ воздух, ‒ напомнила она. Точно, а я-то никак не могла вспомнить, где же видела этот потрясающий, почти золотой цвет волос и пронзительные изумрудные глаза. В лазарете. Между полами наспех накинутого плаща у нее болтался кулон, в виде овала с вписанным в него ромбом, выпуклый такой, в них обычно помещают фото родителей или возлюбленных.

Я такой хотела купить сыну, а потом подумала, что в эру телефонов, смартфонов и компьютеров, он скорее, когда подрастет, будет носить какой-нибудь чип с нашими голограммами, и передумала. А девушка, пока я предавалась воспоминаниям, спрятала украшение и попыталась забрать у меня кота.

‒ Адептка Корст, я, конечно, поддерживаю любовь к братьям нашим меньшим, но проживающим в общежитии запрещено держать животных. Представьте, если вы заведете кота, ваша соседка ‒ змею, парни ‒ кого-нибудь покрупнее и злее, и вся эта живность будет гадить, драться и плодиться? Непорядок. Комендант съест вас живьем. Я удивляюсь, как вы до сих пор не попались, неужели все это время бедолага сидел у вас в комнате? Ему же там места мало.

‒ Ну, пожалуйста, господин Ректор, ведь холодно, жалко его оставлять на улице, ‒ девушка состроила такие жалостливые глазки, что даже захотелось пойти ей на уступки, но появилось одно «но» ‒ я захотела себе кота!

Просто чтобы можно было вечером прийти в апартаменты и выговориться хоть кому-то живому. Не ходить же в гости к брату Герона, у государя есть жена и страна, которой управлять нужно, да и Бран хоть и старается уделять мне время, даже относиться с пониманием пытается, но у него работа, заговорщики. И я для него всего лишь недоразумение, которое надо решить, путем возврата души друга. А больше и нельзя никому ничего говорить. Поэтому руки автоматически прижали животинку ближе к себе, под плащ.

‒ Адептка, нет! У вас он жить не будет! ‒ у той в глазах промелькнула злость, но лишь на мгновенье, она быстро взяла себя в руки, и на лице появилось расстроенное выражение, больше соответствующее ситуации. ‒ Он будет жить у меня. Раз вы так переживаете, что котяра не перенесет холодов. А у меня ему будет явно свободнее, сытнее и безопаснее, ‒ закончила я торжествующе. Ха-ха, дуреха, утерла нос малолетке и счастлива. Совсем крыша в этом мире поехала.

‒ А можно я буду его навещать? ‒ не сдавалась девушка.

‒ Ну это не прилично, молодой девушке в апартаментах взрослого мужчины находиться, ‒ мое коварство не знало предела, но потом я ее пожалела. ‒ А вот выгуливать его будет все равно нужно иногда, ведь воздухом дышать полезно всем. Присоединятся к нашим прогулкам я вам не запрещаю, ‒ и, подмигнув девушке, с котом и Браном зашла, наконец, в теплый холл, из которого начиналась лестница, ведущая к моей «квартире».

Я быстренько влетела в душ вместе с котярой, быстро ополоснулась сама, а после взялась за него. Тот был в шоке, мягко говоря, но стоически выдержал свою помывку. Вышли мы высушенные и довольные минут через десять.

‒ Быстро ты, женщины обычно дольше возятся, ‒ прокомментировал Бран, ловя в полете чистое полотенце.

‒ Так они же не в мужских телах, так что я уникум. Иди, мойся, я пока животинку покормлю и нам чего-нибудь сделаю, ‒ мужчина отправился осваивать мою душевую, а я пошла на кухню.

Теневик застал меня напевающую песню из «Чародеев», что исполнял Абдулов.

‒ Представь себе весь этот мир, огромный весь,

Таким, какой он есть, на самом деле есть,

С полями, птицами, цветами и людьми,

Но без любви, ты представляешь, без любви, ‒ весело зашкварчали полоски тонко нарезанного, напоминающего бекон, мяса. Закипела водичка, в которую полетел картофелеобразный овощ, отличающийся быстрым приготовлением, а миска с молоком была подсунута, трущемуся о мои ноги, кошаку.

‒ Есть океаны, облака и города,

Лишь о любви никто не слышал никогда, Кушай, кушай мой хороший, ‒ погладила я рыжика между ушами.

‒ Также синей ночью звезды в небе кружат,

Также утром солнце светит с вышины,

Только для чего он и кому он нужен

Мир, в котором люди друг другу не нужны… (кф «Чародеи, сл. Леонид Дербенев)

‒ Кхм, интересная песня, Полина, ‒ Бран застыл в дверях.

‒ Ой, ‒ чуть не уронила от неожиданности головку сыра я. ‒ Ты давно здесь?

‒ Успел насладиться вокальными данными своего друга, ‒ усмехнулся мужчина.

‒ Между прочим, у нас ее тоже мужчина поет. Для любимой женщины, чье сердце колдунья сделала холодным как лед.

‒ У вас же нет колдунов?

‒ У нас есть много книг и фильмов про магов, ведьм, колдунов, фей, драконов, эльфов, демонов и прочую нелюдь. Я же рассказывала.

‒ Извини, забываю о развитии вашего мира в развлекательной сфере, вкусно пахнет, кстати.

‒ Да, садись, скоро уже готово будет, ‒ я начала расставлять тарелки и постепенно заполнять их едой.

‒ Так непривычно видеть Герона в роли кухарки, ‒ задумчиво произнес Бран, а я пожала плечами. ‒ Давай в гостиной поедим? Тут тесновато.

Через пару минут мы расселись на диване, а кот улегся мне на колени и, замурчав, уснул.

‒ Вкусно, спасибо, ‒ поблагодарил теневик, и сам понес грязную посуду.

‒ Оставь на столе, я потом помою, ‒ крикнула вдогонку и погладила спящее животное. ‒ Худоба ты моя, ничего откормим.

‒ Тебе налить? ‒ Бран без стеснения достал бутылку красного из шкафа и откупорил.

‒ Немного, ‒ я с бокалом потянулась к нему, кот соскользнул с колен и проснулся. Пару секунд было тихо, он осматривался, видимо пытаясь вспомнить, где находится. А потом я, отпив, похлопала по коленкам и позвала его. ‒ Кис-кис, Рыжик, извини, не специально, идем обратно.

Удивительные гетерохромные глаза голубого и карего цвета уставились на меня, странно, что я не заметила эту особенность раньше, зрачки расширились, кот вздыбил шерсть и зашипел на меня, а потом перевел взгляд на Брана и настоятельно замяукал.

‒ Что с тобой, котик? ‒ удивилась я странному поведению новоиспеченного питомца.

‒ Кажется, Полина, он сумасшедший. Может, вернем его адептке Корст? ‒ предложил Мортен. Котяра задумался.

‒ Нет, он, наверное, просто забыл, как сюда попал. Ты лучше расскажи мне, как продвигается поиск Герона? Вообще, куда можно заключить украденную или выселенную душу?

Рыжик, наконец, пришел в себя, запрыгнул ко мне на руки и начал извиняющее тереться и лизать руки.

‒ Мы в тупике, и ты прекрасно знаешь. Мне жаль, Полин, искренне жаль тебя, я не представляю, как тебе тяжело, но пока после покушения заговорщики залегли на дно. Тишина. Мы сканируем банки на пример странных переводов, преступные гильдии на заказы, у меня парни уже забыли, что такое еда и сон, но ни клочка, ни зацепки. Я не знаю, где его искать. Вернее у кого. А душу обычно закрывают в кристаллы драконита, этот камень добывают только в одном месте, кратере вулкана драконов, безумная редкость, мы уже отследили поставки последних трех лет, но ведь у заговорщиков они могли оказаться и раньше, то есть по сути это пустая нить.

‒ А те подозреваемые, что появились после покушения?

‒ Пусто, как ты и говорила, невиновны, у всех есть железное алиби. Никто из них не мог изменить заряд.

‒ Должно быть что-то, что мы упускаем, Бран. Ведь эта тварь еще в академии.

‒ Да я знаю, Полин. И точно не среди отстающих студентов.

‒ Почему?

‒ Потому, что ты еще жива.

‒ Умеешь обнадежить, ничего не скажу, ‒ тяжело вздохнула я, покрепче обнимаясь с котом, тот же сначала повырывался, но понял бесполезность своих действий, обмяк и коротко мяукнув, успокоился.

‒ Что поделать, у теней черное чувство юмора, ‒ ехидно улыбнулся мужчина. ‒ А ты тренируй выдержку. Через полтора месяца Праздник Перелома, то есть гуляния во дворце, ты присутствовать обязана.

‒ Ох ты ж елки зеленые, ‒ взвыла я. ‒ Еще же сессия и бал студенческий. Спасибо, что напомнил и о работе, и о каторге.

‒ Да ладно, не все так страшно, пара тостов, несколько танцев, с десяток улыбок и комплиментов, вот и все что от тебя требуется.

‒ Умножь все это на сто, а то и тысячу. Адептки-то уже в курсе, что я западать ни на одну из них не буду. Они вообще считают, что у меня с Марти отношения, а вот придворным дамам на все начхать, тем более на такую, как Мартина, для этих идиоток все, кто статусом ниже, пыль под ногами, а вот это тело, ‒ я указала на себя. ‒ Для них лакомый кусочек и ценный приз. Пакость какая…

‒ Зато, там могут активизироваться преступники, ‒ отрезал Бран. ‒ Так что будь добра, выполни все, что обычно делал Герон. Асмонд на эту тему с тобой еще поговорит, как оторвется от своей жены и вспомнит о брате.

‒ Кстати да, что-то он давно не наносил «визит вежливости».

‒ Да называй уже все своими именами, ‒ теневик рассердился. ‒ Потрепаться не заходил.

‒ А чего ты злишься? ‒ не поняла я.

‒ Да после посиделок с тобой, он только и делает, что восторгается земными изобретениями и думает, как бы и куда бы их внедрить. Только стоит мне к нему зайти, так сразу начинает приставать с реформами. В моем учреждении! Ты понимаешь? В святое лезет!

‒ Ой… ‒ кажется мужчина явно расстроен.

‒ Вот тебе и ой, скорее бы отправить тебя домой! ‒ у меня в глазах стало подозрительно мокро. ‒ Ладно хоть сейчас отвлекся на жену.

‒ Как будто я сама не хочу, чтобы меня отправили домой! ‒ рявкнула на него и утерла сорвавшиеся слезы. ‒ А что отвлекся? ‒ Бран молчал. ‒ Беременна? ‒ уж больно выразительно он молчал.

‒ Всего доброго, Полина. Послезавтра в то же время, в том же месте, ‒ и исчез в тени. Зараза!

А я разревелась. Вот за что он так со мной? Только вроде оттает и я расслаблюсь, как на тебе, Полина, кушай, не обляпайся. В расстройстве и опустошила бокал, и, подхватив удобнее кота, пошла в кабинет. Его обстановка почему-то на меня действовала умиротворяющее. А еще там стены поглощали магию невысокого уровня, так что можно было покидаться чем-нибудь в прицепленную мишень.