ГЛАВА 13

Тимур был в ярости, после произошедшего. Привыкший к тому, что люди бояться его и только упоминание имени Деда Хасана вызывает страх, он просто реально испугался, когда понял, что на них совершено нападение, правда он бы никогда в этом и никому не признается. И этот ублюдок еще сломал ему нос.

Прибывший по вызову свой врач-травматолог, который получал деньги от «центровых» и никогда не задавал вопросы, быстро вправил под шипевшего от боли нос Тимура, сделал обезболивающий укол. Осмотрел Климентьева, диагностировал небольшое сотрясение, синяки на теле и ссадины. Ничего серьезного, но это не очень радовало. Затем врач также молча удалился.

- Я хочу голову этого человека! – буквально брызгал слюнями Тимур, вышагивая в номере люкс в гостинице «Центральная», выговаривая это Климентьеву. – А этой тени я сначала кишки живому выпущу, а потом горло перережу, как барану.

- Не беспокойся, я этого хочу не меньше, - Владимир скривился, т.к. оказалось, что он еще и ногу повредил, когда произошла авария. Для него, как для действующего спортсмена и адепта восточных единоборств - это было очень серьезным. – Завтра подъедем к нему и зададим свои вопросы. Сегодня надо прийти в себя после аварии.

- Я хочу позвонить Седому, попрошу людей, - вдруг заявил Тимур.

- Ты уверен? – не очень довольно спросил Климентьев.

Седой был вором в законе, представлял группировку так называемых «синих», и в общем-то, был в «контрах» со всеми остальными группировками города.

Хотя сам Климентьев воспользовался услугами Деда Хасана, но прекрасно знал, что Седой не то, чтобы оспаривает власть последнего, но очень не любит, когда кто-то со стороны лез в его дела. Так что с Хасаном у него был своеобразный нейтралитет.

- Ничего, придется пойти нам на встречу. Всё-таки не каждый день нападают на «бродяг» в авторитете. Это и его касается, - уверенно и зло бросил Тимур.

- Тимур, я тебе говорил, что я уважаю вас, но подключать сюда Седого и его людей не стоит. Не хочу быть обязанным этому человеку. Многое поменялось, ты сам знаешь, даже ваши законы меняется. Не стоит…

- Ладно, черт с тобой, - скрипнул зубами Тимур.

Он и сам сейчас понимал, что идея была высказана в запале.

«Законники» стоят друг за друга горой, но это большей частью видимость. Последнее время, вкусив благ наступающего капитализма, воровские законы начали давать сильные трещины. Его дядя и Седой, а также другие авторитетные воры именно здесь на Урале конфликтовали – каждый тянул одеяло на себя. Кстати, именно поэтому им и пришлось сойтись с Климентьевым, а до него – с другими представителями «центровых». И слова, сказанные этим уродом в шлеме, бесили больше всего. После удара ногой по лицу, он не потерял сознание, а сделал вид. Термин «апельсин» полностью характеризовал Тимура, «коронованного» Дедом Хасаном и двумя другими ворами «в законе» по его настойчивой просьбе. Хотя в прежние времена за одно только высказанное такое пожелание от вора «в законе», тот мог получить по ушам. И это злило больше всего.

- Когда поедем? – решил «ковать железо» Тимур.

- Завтра прямо к нему на его место обитания приедем, - скривился от злобы Климентьев.

- Я только за, мы едем с тобой! - как решенное и не обговариваемое подытожил Тимур.

Климентьев спокойно кивнул головой, понимая, что Тимур просто не может спустить такое – переломанный нос. Да ещё и его подстреленный человек. Авторитет его и Деда Хасана упадёт, если не будет «ответки»!

**********

Герман решил форсировать события и отправился по еще одному адресу, который был в папке Волкова.

Он подъезжал к улице Ленина к одному из бывших зданий какого-то научного государственного института. Пару лет назад, здание было приватизировано, а потом продано.

Так называемые «синие» под управление авторитетного вора под «погонялом» Синий получили его выбив за какие-то мифические долги у прошлого собственника здания. Гораздо позже, это здание после качественного ремонта было превращено в офисный центр. Но до этого ещё не скоро, а сейчас же здесь большая часть здания сдавалась в аренду не пойми кому, а один подъезд был полностью выделен под штаб-квартиру местных воров.

Добравшись до точки назначения, Герман отцепил сумку, вытащил ключи зажигания, а потом незаметно для окружающих щелкнул одним еле заметным тумблером. Этот тумблер перекрывал бензопровод. И это было лучше всякой сигнализации. В настоящем времени это было насущным девайсом, т.к. мотоцикл могли легко увести.

Крот сидел за столом на стуле и скучал. Сегодня его бригадир определил на этот пост – рядом с чёрным входом в здании, где сидели главные в их бригаде, хотя истинные воры «в законе» не любили это слово. Так что при них старались не употреблять, чтобы не получить «пряников».

Он совсем недавно пришел к «синим» и ему поручались самые неприятные задания. Тем более, что он был ранее не судимым, что для банды «синих» было минусом. Обычные бандиты, который никогда не сидели по колониям и тюрьмам «синие» не шибко любили. И те отвечали им той же монетой. Но всё течёт, всё меняется… Люди «синим» были нужны, а в особенности люди с хорошей физической подготовкой, желательно владеющие восточными единоборствами. Так как часто бывало, что спортсмены выходили победителями в столкновениях с бывшими заключенными, которые здоровьем и подготовкой не отличались.

Можно сказать, что сюда он попал случайно, хотя изначально хотел влиться в банду к «уралмашевцам», но как-то не срослось. Как ни старался, у него не получилось: сунулся в пару небольших бригад, но его послали, у них было достаточно людей.

Пришлось воспользоваться своим двоюродным братом, отсидевшего на зоне много лет, который привёл его к «синим» и замолвил за него словечко.

Тут в толстую железную дверь раздался сильный стук, дверь неприятно задребезжала, а потом прозвучал гнусавый голос:

- Эй, уроды, дайте в сортир сходить, а то вам на дверь нассу.

Крот рассвирепел от такой наглости. Все в округе знали, кому принадлежит здание и его дико раздражали бомжи, которых последнее время развелось как собак нерезаных, а тут еще этот утырок имеет наглость просится в туалет и еще угрожает. Ну сейчас он ему покажет… Он дернул большой засов и резко распахнул дверь, мельком увидел фигуру в черном и без лица, а потом свет в его глазах потух…

Герман, после мощного апперкота в челюсть открывшему ему бандюку дверь, прихватил оседающее тело за одежду на груди и втолкнул его внутрь помещения, а затем осторожно положил тело на пол, после чего закрыл дверь на засов.

- Какие мы нервные! Наукой тебе будет, - проворчал он, а затем стал подниматься на второй этаж трехэтажного здания. – Надо спрашивать, кто пришел, а уже потом дверь открывать, - ухмылялся Герман.

Седой сидел в своём кабинете и наслаждался богатой обстановкой. Он бы никому в жизни не признался, но его полностью устраивал такая жизнь. Он был вором «в законе» больше двадцати лет, но ему реально надоела тюремная жизнь. По воровскому закону, он должен был большую часть своей жизни проводить в тюрьмах и зонах, пестуя подрастающее поколение и блюдя воровской закон. И только какие-то месяцы проводить на свободе, а потом возвращаться обратно.

Но пожив жизнью обеспеченного человека на свободе, а в особенности в условиях новой России, он сделал для себя вывод, что возвращаться в зону он был не намерен.

«Грозит раскол в воровской среде», - говорил он это в очень узком кругу своих подельников, которые были полностью с ним согласны.

Часть воров останется верна воровскому закону, а большая часть точно не захочет проводить остаток жизни в скотских условиях, после шикарных ресторанов, богатых домов и шикарных баб, готовых раздвинуть перед ними ноги за денежку малую.

- Седой, можно? – зашел в кабинет его порученец Хлыст.

- Давай, давай, - махнул Седой рукой.

Присев за стол на кресло, Хлыст ему рассказал, как они сегодня развели одного лоха-бизнесмена. Несколько дней назад на его магазин было совершено нападение, весь товар – посуду, разбили к чертовой матери. Бизнесмену набили морду, а тот прибежал к своей крыше – Хлысту, а тот за долю малую, всего пять тысяч долларов, пообещал в срочном порядке решить эту проблему. Конечно, никто этому лоху не собирался рассказывать, что отморозки, которые разгромили его магазин, были посланы его же «крышей».

Седой посмеялся вместе со своим подчиненным над бырыгой, а потом уже хотел вызвать свою длинноногую секретаршу, которая только варила ему кофе и снимала ему сексуальное напряжение. Больше она ни на что не было годна, хотя имела какой-то там титул Мисс Екатеринбург, но была тупа, как пробка.

Никто из них не услышал, как за двумя дверьми в кабинет Седого раздался какой-то глухой, еле слышимый шум.

- Тук-тук-тук, - распахнулась дверь, а потом зашел человек в черной одежде и черном мотоциклетном шлеме. – Седой и Хлыст – он не спрашивал, а утверждал.

- Ты кто такой, да я тебя… - начал подниматься Хлыст, при этом его рука уже порскнула за спину, где у него был его верный ТТ, засунутый за брючный ремень.

Как вдруг раздался небольшой звук, а потом лязг затвора, а Хлыст заорал и упал на пол.

- Ай-яй-яй, не надо так себя вести, - раздался тихий отдающий металлом голос, а неизвестный погрозил Седому пистолетом с длинным глушителем, неведомым образом, оказавшимся в его руке. – И кричать так не надо, - он сделал шаг и Седой ничего не успел сказать, как нога, обутая в тяжелый ботинок с металлическими вставками по футбольному, врезалась в лицо Хлыста. Тот сразу заткнулся и потерял сознание.

Из его правого плеча, была видна дырка от пули, из которой лилась кровь, которую Хлыст хотел зажать рукой, но не успел.

Седой молчал, напряженно смотря на вошедшего убийцу, он просто не знал, как реагировать. Нет, он много раз был на краю жизни и смерти. И ножами в него тыкали и резали. И он делал тоже самое. Но вот пистолет в руках в жизни не держал – не по воровским понятиям это!

Хотя прекрасно понимал, что в этом безумном мире ему придётся это делать, если он хочет остаться в живых. Только вот сможет ли он сделать это в будущем…

Незнакомец повернул кресло, в котором до этого сидел Хлыст, потом спокойно сел напротив Седого, поставив на лежащее тело правую ногу:

- Косяк за тобой, Седой. Меня Штэмп послал, ты денег должен.

- Ты, су-у-у… - но тут Седой прямо почувствовал, что сейчас может прозвучать выстрел. – Мальчик, ты понимаешь, куда пришел? – не стал он договаривать ругательство.

- Я знаю, кто ты, но мне похрен. Ты для меня – никто! Ты сто тысяч долларов ему должен.

- Да кто такой этот Штэпм? – не выдержал Седой, в первый раз, слышавший такое «погоняло».

- Как кто? А-а-а, ну да, - постукал себя пистолетом по шлему «гость». - Он под «центровыми» ходит, в Кировском у него лежбище. С тебя сто кусков «зеленых», - долдонил одно и тоже этот пришедший к Седому придурок.

- Я понятия не имею, о чём ты говоришь, - еле сдерживал проявление ярости вор «в законе»,

- Мне сказали, я передал, - спокойно ответили ему.

- Ты кто, кто ты по жизни, какое у тебя «погоняло? – казалось, что Седой, вглядываясь в зеркально забрало пытается увидеть лицо.

- Кликухи у собак и воров, а меня зовут «Тень»!

Тут под ногами у сидящего напротив Седова застонал Хлыст.

- Ладно, я передал, ты услышал… - черная фигура встала, а потом пошла на выход. – А это тебе, - вдруг человек обернулся к вору, - чтобы хорошо запомнил, - раздался хлопок.

Мимо головы, практически чиркнул по его голове, как сначала показалось Седому, пролетела пуля, и он чуть позорно не обоссался, а потом пришла боль в левом ухе.

Отвлекшись на боль Седой не сразу понял, что этот сумасшедший исчез из кабинета, оставив в кабинете небольшой дымок от сгоревшего пороха.

- Дашка, сука, ты где? Скорую мне! - стонал во весь голос Седой, держась за простреленное ухо, лихорадочно нажимая кнопку на селекторе телефона. 

**********

Интерлюдия

Участок дороги между а/п «Кольцово» и Екатеринбургом

- Чего у нас тут произошло? – старший следователь областной прокуратуры Свердловской области Громов Олег прибыл на место происшествия.

- Двое раненых, несколько пострадавших в ДТП, - докладывал ему его помощник и друг – следователь из его же отдела – Костров Михаил. – Покушение или черт его знает на Климентьева и его «друга» из Москвы.

- А поподробнее? – Олег рассматривал разбитые машины Джип Черокки по обеим сторонам дороги.

- Один мотоциклист весь в черном, на обгоне прострелил колеса машин, в одном из которых ехал лидер «центровых» с племянником Деда Хасана – Тимур Тбилисский. Подстрелил охранника Тимура Тбилисского и охранника Климентьева. Вроде бы мотоциклиста ранили, так заявил один их подстреленных, перед тем как его увезли.

Убитых не было, но покушение на убийство, да ещё на главаря одной из группировок с его гостем из столицы - это дело прокуратуры, так что Громова отправили сюда сразу, как только информация поступила в областную прокуратуру.

- Плохо! – сказал Громов.

- Эт, да, - согласился с ним Костров. – Могут начать отстрел друг друга, - намекая на возможные последствия.

Олег ожидал окончания осмотра места происшествия экспертами, не очень желая начинать осмотр, но что тут поделаешь, работа есть работа.

- Чёрт! – поморщился Михаил, пока Олег начал осматривать машину с простреленным крыло, а он стоя рядом с ним бросил взгляд в сторону дороги, где раздался звук остановившейся машины. – Олег, Паршин приехал!

Тот глянул на дорогу, поморщился и решил сам подойти к незваному гостю, который только что вышел со своими бойцами из микроавтобуса Фольцваген и направлялся к ним.

Паршин Евгений являлся «темной лошадкой», если можно, так сказать. Нет, все прекрасно знали, кто он, а был он следователем по особо важным делам, который был направлен сюда из Генеральной прокуратуры РФ. Помимо него, с ним в Екатеринбург приехали двое подчиненных ему следователя из Москвы, несколько оперативных работников МУРа, а также силовая поддержка – бойцы из какого-то силового подразделения ФСБ РФ.

Несмотря на не самого лучшего руководителя уже новой страны, даже тот понимал, что бандитизм, который расцветал на территории России, а особенно на Урале, просто угрожает целостности страны. Помимо криминогенной обстановки, банды создавали такие напряженности в отдельных субъектах федерации, что население, проживающее в отдельных субъектах России, охреневшее от идиотской внутренней политики, да ещё и обалдевающий от растущего криминала, всерьез начал поговаривать об выходе из состава России.

А местные власти на местах, например, в Свердловской области, Республике Татарстан и регионах Сибири, почувствовав шаткость власти и возможность ухватить кусок – стать первыми парнями на деревне, активно способствовали этому. Активно срастаясь с криминалом и подогревая сепаратистские настроения в населении.

Верховная власть не сразу, но поняла, что трон под задом Гаранта сильно зашатался, и тут же отреагировала на это, проведением различных мероприятий и не совсем законных действий.

Один указ Президента о «О борьбе с бандитизмом» вызывал очень много вопросов у профессиональных юристов и политологов. По которому любого, подозреваемого в бандитизме, без суда и следствия, могли посадить в СИЗО на тридцать суток без предъявления обвинения.

И по прямому указанию Президента были созданы несколько следственно-оперативных групп из сотрудников правоохранительных органов центральных аппаратов из Москвы. Направленных в особо криминализированные и пытающиеся отделиться от России регионы.

Сия чаша не миновала и столицу Урала, где при СССР долго правил в должности главы региона нынешний Президент РФ.

Паршин приехав в Екатеринбург, попросил представить ему несколько кабинетов в городской, а не областной прокуратуре. В возбужденные уголовные дела, которые расследовали следователи городской прокуратуры особо не лез. Сотрудники его следственно-оперативной группы в основном сама возбуждала уголовные дела и сами же их расследовали. Он подчинялся только Москве. Никого из сотрудников местных прокуратур к расследованию не привлекали. И Олег не мог его винить в этом, т.к. было полно продажных милиционеров и работников прокуратуры. Тем не менее, какое-то общение с Олегом у них наладилось, сидели-то на одном этаже, изредка пересекаясь и разговаривая на отвлеченные темы.

Олег поздоровался с Паршиным, вместе с которым были опер из МУРа – Павел Кравцов и старший из группы силовой поддержки – Соловьев Константин.

Его ребята внушали уважение: основной состав, насколько Олег знал, состояла из десяти человек, работавших посменно, но с Паршиным постоянно было четыре человека, экипированных очень богато по сравнению с провинциальными коллегами: в новых американских шлемах, бронежилетах; все вооружены автоматами с обвесом и каждый с пистолетом Глок. Олег подозревал, что помимо силовой поддержки эти бойцы выполняли функции телохранителей следака из Генеральной.

Паршин, не задавая вопросов, выслушал Олега по поводу произошедшего здесь и его выводах. Помолчал, а потом добавил от себя:

- Олег, сегодня этот мотоциклист в черном посетил сначала Штэмпа, а потом и Седого. Он и там отметился.

- Откуда?.. – Олег не сразу понял. – Понятно.

Прибывшие с Паршиным сотрудники добывали информацию из своих источников, ни перед кем не отчитываясь. Так что тот только улыбнулся на этот провокационный вопрос.

- Грозит кровавый передел! – констатировал факты Олег. – Ни «центровые», ни Дед Хасан это так не оставят.

- Будет! – согласился с ним Паршин.

- Евгений, - тут к ним от микроавтобуса подошёл заместитель Паршина – Климов Сергей. – Звонок из Москвы.

- Хорошо, сейчас подойду.

- Ладно, успехов вам. А мы поедем, - вздохнул Евгений и протянул руку Олегу.

- Богато живут, - чуть завистливо сказал Олег, видя, как садящийся в микроавтобус Паршин сразу ухватился за радиотелефон, а потом дверь закрылась.

О подобном следователи прокуратуры у них в городе могли только мечтать, в отличие от людей из Москвы…