Глава 26

Пока подруга получала один удар за другим, узнавая новые ужасные подробности, и умирала от страха, Люся тоже не особо наслаждалась.

Сразу после работы она помчалась в салон на глобальную эпиляцию. Это было равносильно добровольной сдаче суду инквизиторов: да, я колдунья. Хотя инквизиция поступала с ведьмами гораздо гуманнее, чем косметолог с клиентками…

— Зато теперь красиво, — прокомментировала дама в светло-зелёной униформе, заметив слёзы, брызнувшие из Люсиных глаз. — Аккуратненько. Почти как девочка.

После салона новообращённая девочка Люся рысью побежала домой — принимать душ, краситься и наряжаться для встречи с любимым. Она размышляла о том, успеет ли сойти раздражение после процедуры. Конечно, нет! Заметит ли это Борис? Неясно…

Но откладывать эпиляцию уже не было никакой возможности. То, что его девушка превратилась в йети, Борис заметил бы обязательно! А они встречались почти каждый день. И когда же, в таком случае, избавляться от нежелательных волос? И зачем их столько? Наверное, чтобы влюблённым девушкам жизнь мёдом не казалась, поняла Люся. Невлюблённые могут и мохнатыми походить, чего им выпендриваться!

— Было бы удобнее забрать тебя прямо с работы, а не делать крюк, — сказал Боря. — Прекрасно выглядишь! Мне нравится это платье.

— Спасибо, — томно опустила глазки Люся.

«Забрать с работы!» Мужчине трудно представить, сколько разнообразных манипуляций нужно совершить девушке, чтобы «прекрасно выглядеть»! Да ещё после длинного трудового дня.

— Маму я уже проведал. Так что сейчас мы сразу приступаем к культурной программе.

Люся с трудом удержала вздох удовлетворения. Пусть она и относилась с сочувствием к семейной ситуации Бориса и была готова разделить с ним заботы о матери, однако, возможность избежать встречи с бедной старушкой Люсю обрадовала. Но ей тут же стало стыдно. А вдруг Борис заметил её радость?

Она начала задавать многочисленные вопросы, маскируя смущение. Сводила ли Вера мать на прогулку? Покормила ли сегодня супом? Кормить пациентку супом Вера не любила — та шамкала, и всё проливалось мимо. Выводить на прогулку тоже было непросто, и сиделка постоянно игнорировала эту обязанность, прикрываясь то облачком на горизонте, готовым вот-вот разразиться диким ливнем, то нежеланием подопечной переодевать халат…

Боря уже без стеснения делился с подругой физиологическими подробностями. Люся вдруг с грустью подумала, что старушка украла у неё полгода романтики — как-то очень быстро нежное воркование влюблённых сменилось деловыми разговорами на околомедицинскую тему: не было ли запора? удалось ли впихнуть лекарства?

Когда ты — нарядная, благоухающая, проэпилированная — едешь в машине рядом с любимым мужчиной, хочется говорить о более возвышенных вещах, нежели стул несчастной старушки.

«Да разве она несчастная? — вдруг с раздражением подумала Люся. — Куколкой играет, песенки поёт…» И тут же снова устыдилась своего порыва. Она вспомнила, что сама же первая и начала засыпать Борю вопросами о матери…

— А какая у нас сегодня культурная программа? — спросила девушка. — Куда едем?

— В кино.

— В кино? — изумилась Люся. — Вот так сразу, без предупреждения… А что будем смотреть?

— Вообще-то, я хотел боевик. Но у него продолжительность три часа. Так что тебе повезло, смотрим голливудскую мелодраму. Или комедию. Короче, комедийную мелодраму. Вот!

— Тогда я согласна! Обожаю американские мелодрамы, — промурлыкала Люся. — В них столько психологии. И они заставляют задуматься об отношениях между людьми.

— Да неужели? Ты серьёзно? — удивился Боря. — Вот уж никогда бы не подумал!

— В общем, здорово, что мы едем в кино, — подвела итог Люся и потрепала милого друга по плечу, а потом её ладонь перекочевала выше и погладила щёку — приятную, прохладную.

«Только есть ужасно хочется!» — подумала она.

— А затем поужинаем у меня, — добавил Борис.

— Снова будем жарить яичницу?!

— Не бойся, ничего готовить не надо. Я всё уже купил.

— А ты не умрёшь от голода, пока мы будем в кино? Ты же прямо с работы? — Вообще-то Люся имела в виду себя: сейчас, после рабочего дня, она готова была съесть слона. Но ужин откладывался на пару часов. А перекусить в кинотеатре отравой — чипсами или попкорном — она не согласилась бы и под страхом смерти.

— Да нет, не умру. В обед перехватил сэндвич — в нашем здании на первом этаже есть фастфуд. Знаешь, они там ловко фаршируют багеты — берут всё, что угодно: индейку, сыр, ветчину, салат, красный лук…

Борис даже и не заметил, что любимая едва не захлебнулась слюной. Люся была очень стройной девушкой, а Боря знал — без боя этого результата не достичь. Значит, Люся способна обходиться без пищи сколь угодно долго. До окончания киносеанса с ней точно ничего не случится. Зато потом их ждёт великолепный ужин у него дома, Борис об этом позаботился!

***

— Ты куда это? — удивился муж.

Он вышел в прихожую, где Анастасия перед зеркалом подкрашивала губы. Она уже сменила голубые джинсы и футболку на элегантный летний костюм.

— У одного автора проблемы, мне срочно надо к ней.

Проблемы, безусловно, были не только у автора, но и у самой предпринимательницы. Сотрудничество с её сайтом слишком дорого обошлось четырём девушкам!

— Убегаешь. А я хотел с тобой поговорить… — вздохнул муж. — Тебе не кажется, что нам надо поговорить?

Анастасия медленно опустила тюбик губной помады, посмотрела в зеркало на мужа, на себя, на них двоих… Как они изменились за прошедшие годы — и внешне, и внутренне. У него пробивается седина на висках. У неё, вообще-то, тоже, но об этом никто не узнает — она специально несколько лет назад переформатировалась в блондинку…

— Давай поговорим, — кивнула Анастасия.

— Но ты же уходишь?

— Ничего, успею. Давай сядем и поговорим.

Несколько лет занятий бизнесом превратили её в отличного организатора и психолога. Вернее, проявили эти её качества. Ежедневно она разруливала десятки ситуаций, находила оптимальные решения. Сотрудники и деловые партнёры тоже хотели «поговорить», Анастасия, выслушав, тут же предлагала несколько вариантов выхода из затруднительного положения.

Сейчас она готова была заняться тем же самым с мужем. Она прекрасно знала — лучше не тянуть, а сразу прыгнуть в холодную воду.

Правда, муж не был ни наёмным работником, ни деловым партнёром. Он был частью её самой — свой, родной, по-прежнему любимый.

— Настя, я должен кое в чём признаться…

Сердце Анастасии ухнуло вниз, свалилось куда-то в район коленок. «Изменил!» — пронеслась паническая мысль.

— В чём? В чём ты должен признаться? — она опустила голову, словно приготовилась принять страшный удар.

— Я за тобой шпионил.

— Шпионил?!

— Да. Следил. Несколько месяцев.

— Но зачем?!

— Ревновал.

У Анастасии свалилась гора с плеч.

— Но к кому? — улыбнулась она.

— Ко всему белому свету! Ты же деловая стала — миллионы контактов, постоянно вокруг мужики, компаньон этот твой… Красавчик, блин! Чтоб его! И молодой ещё к тому же! — в сердцах проговорил Игорь.

— Я тебя обожаю! — с чувством произнесла Анастасия, обняла его за шею и прижалась щекой к щеке. Поцеловать не могла — только что накрасила губы. — Какое счастье, что ты ревнуешь! Я уж думала, ты совсем ко мне стал равнодушен.

— Да уж конечно! Равнодушен. Скажешь тоже!

— Нет, правда! Комплиментов не делаешь, не пристаёшь… Что остаётся думать?

— Но ты всегда бежишь куда-то! У тебя столько дел!

— Это верно… Так, ну и что? Значит, следил? И что выследил?

— Ничего.

— Эх, ты! Никудышный из тебя пинкертон! — засмеялась Анастасия. — И бросай это занятие нафиг. Знаешь, нам нужен новый совместный проект. Пока мы растили детей, были одной командой. А сейчас наш тандем развалился, и это очень грустно. Нам обязательно надо что-то придумать.

***

Даша тряслась от страха, но недолго — наверное, минут десять с того момента, как выяснила, что всё это время она получала эсэмэски не от главного редактора, а от убийцы. Она даже не хотела отпускать из дома брата. Два друга — Андрей и Данила — куда-то намылились на ночь глядя, а широкоплечий телохранитель в непосредственной близости пришёлся бы сейчас весьма кстати.

Но потом Даша успокоилась. Вряд ли преступник станет рубить дверь квартиры топором, мечтая прорваться к объекту болезненной страсти. У него совершенно другая тактика. Он не действует нахрапом, он осторожен и изворотлив. Об этом говорит и тот факт, что четыре убийства девушек так и не были объединены в серию. Уж пресса бы сразу раструбила об этом: «В городе завёлся маньяк!», «Серийный убийца подкарауливает женщин на тёмных улицах!»… Нет, он менял почерк, маскировался. Выступал в различных категориях — убийца с бейсбольной битой, убийца-душитель, убийца с ножом…

Но пока Даша сидит взаперти, ей ничто не угрожает.

Они с главным редактором договорились встретиться и устроить мозговой штурм. Преступник явно бродил поблизости, как голодный волк, посматривал злобно, тяжело дышал…

Теперь в таблице, составленной Дашей, не было пропусков. Постепенно ей удалось выяснить имена и фамилии всех авторов Вероникиного блога.

— Вероника № 1 — Айгуль Темирбаева, 17 лет.

— Вероника № 2 — Алла Ким, 42 года.

— Вероника № 3 — Светлана Келлер, 32 года.

— Вероника № 4 — Елизавета Лихачёва, 23 года.

Себя в эту таблицу Даша, естественно, заносить не стала, ведь это был не просто список авторов, но, одновременно, и список жертв! Она кропотливо вписывала в каждую графу сведения — всё, что удалось разузнать.

Когда в дверь позвонили, она задумчиво рассматривала на экране последнее письмо Светланы Келлер. Что-то в нём не давало ей покоя…

— Рассказывай, как ты на меня вышла! — потребовала Даша, едва предпринимательница ступила на порог. — Кто тебе дал мой домашний номер? Кто посоветовал нанять меня для работы?

Телефонные препирательства на ту же тему ни к чему не привели. Анастасия стояла насмерть, но источник не выдавала. Сейчас Даша вцепилась в редактора мёртвой хваткой.

— Да отстань уже! — рявкнула та. — Это не имеет к делу никакого отношения!

— Глупости! Это имеет к делу самое прямое отношение! Раз этот факт связан со мной, значит, напрямую связан и со всей историей. Не забывай, я под колпаком у преступника.

— Поверь мне, я ещё раз повторю: то, как я на тебя вышла, к делу совсем не относится.

— Хорошо. Представь ситуацию. Кто-то — пусть это будет… м-м-м… Вася! — знаком с нашим маньяком. Вася в курсе, что маньяк одержим Вероникой. Васе зачем-то надо от меня избавиться, но, безусловно, он хотел бы сделать это чужими руками. Вот он и советует тебе нанять меня в качестве автора.

— Ого, как ты всё завернула!

— И это только один вариант. Если подумать, я ещё несколько сюжетов тебе нарисую.

— Детективы писать не пробовала?

— Пока с тобой не связалась — писала дипломы и курсовые по химии. Но не увиливай от ответа! Признавайся, кто Вася?

— Это не Вася, — сокрушённо покачала головой упрямая бизнес-леди. — Это Люся.

— Люся?

— Угу. Твоя близкая подруга.

— Люся?! Моя подруга?!

— Она самая. Мы с ней соседки, живём в одном доме. И постоянно встречаемся во дворе. А Люся — Мисс Коммуникабельность! Она со всеми общается и отлично осведомлена. Я спросила, нет ли у неё на примете девушки, способной вести постоянную колонку на сайте. Она тут же предложила тебя в качестве автора. Сказала, ты работала в студенческой газете, в общем, расписала тебя, как натуру творческую и одарённую.

— Ну, Люся! — Даша никак не могла прийти в себя. — А её не смутил тот факт, что ты ищешь не просто автора, а секс-колумнистку? Не понимаю, как она могла предложить меня на эту роль? Это безумие! Ты вспомни, какой я была, когда мы с тобой первый раз встретились!

— О, да, я помню… Ты сильно отличаешься сейчас от себя прежней. И, надо отметить, ты изменилась в лучшую сторону… Люся рассказала, что три года назад ты пережила страшную трагедию. Твои родители погибли в автокатастрофе. К тому же, именно в тот год ты развелась с мужем. И с той поры всё никак не можешь выбраться из депрессии. Махнула на себя рукой, думаешь только о брате, нянчишься с ним. Никуда не выходишь, ничего себе не покупаешь.

— И что?

— Люся — поклонница американских мелодрам и журнала «Психология». И везде муссируются одинаковые темы. Например, как привлечь внимание мужчин. Или как выйти из депрессии. Вот Люся и решила, что работа на моём сайте поможет тебе встряхнуться. Сочинение текстов станет для тебя своеобразной психотерапией.

— Ну и ну!

— Согласись, она оказалась права.

— Думаешь, мне не следует её убивать? Впрочем, сначала мне и самой необходимо выжить.

— Выживешь, — твёрдо заявила Анастасия. — Если хочешь, я буду твоим личным шофёром. Маньяк к тебе не подберётся… А Люся так и сказала, что ты её обязательно убьёшь. Поэтому и попросила ни за что не выдавать, а в разговоре сослаться на Риту Новикову. Я так и сделала. Но ты же Шерлок Холмс! Тебя не проведёшь. Ты быстро вычислила, что Рита Новикова тут совершенно ни при чём.

— Не быстро. Понадобилось четыре месяца. А как нам вычислить убийцу? Откуда же он узнал, что я веду блог Вероники?

— Когда ты стала получать от него эсэмэски?

— Практически сразу, как пошли публикации моих текстов. Где-то с четвёртой истории.

— По крайней мере, мы знаем номер его мобильника!

— Ну и что? Номер может быть зарегистрирован на кого угодно.

— Даша, он где-то совсем близко! Но как его найти? Послушай… Клянусь, я никому о тебе не рассказывала. Но, возможно, ты и сама проболталась? У тебя на работе никто не знает о твоём тайном хобби?

— Я никому ни слова. Даже Люсе. Она думает, что я категорически отказалась работать у тебя. Но причём тут моя работа?

— А вдруг этот псих работает вместе с тобой? Случайно увидел в твоём компе текст, сопоставил с сообщениями на сайте. Понял, что ты — Вероника. Тем более, что и внешне ты теперь на неё очень похожа.

— Настя! Ты вывернула всё наизнанку. Маньяк не может быть человеком из моего окружения! Он — один из твоих знакомых. И на Айгуль, Аллу, Светлану, Лизу он вышел через тебя.

— Как он мог это сделать?! Ты вспомни, у меня ведь не было никакой информации об этих девушках! Всё, что сейчас мы о них знаем, результат твоего расследования.

— Он тоже мог произвести расследование. Он псих, но вовсе не дурак. Знаешь что? Сейчас я организую чай, а ты сиди и молча его пей. Потому что за секунду до твоего прихода, мне в голову пришла какая-то важная мысль, но я её потеряла.

— От меня одни убытки, — вздохнула Анастасия. — Хорошо, давай чаю. Надеюсь, с тортиком?

Быстро выставив на кухонный стол всё необходимое (удивительно, но брат не забыл даже про торт — купил и его тоже!), Дарья галопом умчалась в кабинет. Но вскоре вернулась — с воплем, заставившим предпринимательницу поперхнуться куском.

— Смотри, я поняла! — закричала она. — Светлана отправила тебе последнее письмо днём двадцатого августа. А ночью того же числа её убили.

— Ты это уже говорила.

— Но я только сейчас кое-что сообразила. В круглосуточную аптеку Светлана побежала в час ночи двадцатого августа. А письмо отправлено в два часа дня. Значит, сначала бедняжку убили, а потом она написала тебе и-мэйл с просьбой не беспокоить.

— Ты сама-то поняла, что сказала? — возмутилась Анастасия. — Что за бред? Думаю, трудновато рассылать письма, охлаждаясь в холодильнике морга!

Даша молча смотрела на бизнес-леди. Та дожёвывала торт и тоже смотрела на коллегу. Потом Анастасия престала жевать.

— Ты хочешь сказать, письмо отправлено не Светланой? — медленно произнесла она. — Но тогда… Это сделал убийца?

— Именно он. У него есть доступ к твоему компьютеру. Он влез и в твою электронную почту, и в Светину. И значит, в почту Айгуль, Аллы, Елизаветы. И в мою тоже. Вот, почему он в курсе всех событий!

— Это невозможно! У меня пароли. У меня всё насмерть запаролено, Дашенька!

— Не смеши. Если даже Пентагон не выдерживает хакерских атак, то что уж говорить о твоей базе данных? Просто подумай сейчас хорошенько, кто мог это сделать? Кто пасётся в твоём компе и получает информацию из первых рук? Ты знаешь такого человека?

Тень пробежала по лицу Анастасии.

— Д-да… — неуверенно ответила она. — Конечно, знаю… И что же? Именно он и есть убийца? Да я никогда в это не поверю!

***

…Потребовалось всего десять минут, чтобы добежать до специализированного магазина, торгующего алкоголем. Вино Борис выбрал тоже довольно быстро, зато потом капитально застрял на кассе — в этот вечерний час магазин представлял собой объект паломничества…

Обратно Борис возвращался по пустынной улице, шёл по длинной аллее вдоль жилых домов. Серое вечернее небо гудело, собирался дождь, тяжёлые ветви ив с тёмно-зелёной листвой волновались и шумели над головой.

Вдруг откуда ни возьмись под ноги Борису выбежал маленький котёнок, выскочил из-под куста шиповника, плотной стеной окаймлявшего пешеходную дорожку. У малыша были удивлённые круглые глазки, пушистый пузик и хвост пистолетом.

Борис остановился. Котёнок тут же запищал, в три маленьких прыжка преодолел расстояние до незнакомца и прижался к его ноге.

— Привет, шкет, — сказал Борис, опускаясь на корточки и протягивая руку к пушистой малявке. Он осторожно поставил пакет с бутылками прямо на асфальт и взял котёнка. Тот уместился у него ладони, сразу развалился, выставил смешное пузо, громко заурчал. — Давай, я тебя поглажу. Приятно, да?

Он гладил котёнка пару минут, чесал ему за ушком… Потом, воровато оглянувшись, сомкнул пальцы на тоненькой шее и нашёл под мягкой шерстью хрупкий позвонок. Ему потребовалась доля секунды, чтобы одним движением свернуть малышу шею… Потом он постоял ещё немного, прикрыв глаза и прислушиваясь к своим ощущениям, лицо исказила гримаса боли и наслаждения, по телу пробежала сладострастная судорога.

Борис отшвырнул в кусты бездыханный пушистый комочек, поднял пакет и быстрым шагом отправился дальше по аллее.

***

Телефонный звонок прервал разговор двух взволнованных дам-следопытов. Даша взяла трубку. До неё донеслись рыдания, и потребовалось время, чтобы опознать плачущую барышню. Это была Люся, и она давилась слезами. Так, словно упустила на распродаже шикарную сумочку от именитого дизайнера.

— Что случилось? — сразу испугалась Даша.

— Я ему не нужна-а-а, — провыла подруга. — Не нужна-а-а!

— Кому? Борису?

— Да!6dfffc

— Почему ты так решила? Вы поссорились?

— Нет, — всхлипнула Люся. — Мы не поссорились. Но я ему нужна, только для того, чтобы подобраться к тебе!

— Хватит реветь, и объясни всё нормально!

— Мы вернулись из кино к нему домой. Он приготовил ужин. Ну, не приготовил, а купил, не важно… И это… Понял, что забыл про вино, и побежал в магазин. А я осталась одна. И… И…

— Что?

— И это… порылась тут немножко, — всхлипнула Люся.

— В смысле?

— Даша, чего ты не понимаешь? Пошарила по шкафам и тумбочкам.

— Люся! Но так же нельзя делать!

— Почему нельзя? Можно! Не зря ведь шарила. Имею результат, — с горечью произнесла Люся. — У него в ноутбуке — коллекция твоих фоток! Ты и в профиль, и в анфас…

— Надо говорить — «в профиль», но «анфас», — машинально поправила Даша.

— Иди к чёрту! Мне сейчас не до грамматики!

— Но как он сделал эти фотографии?

— Похоже, он за тобой следил. Наверное, влюбился без ума. В тебя, Даша, в тебя! О тебе он мечтает, а меня всё это время просто использовал для секса и генеральных уборок.

— Люся, что ты говоришь?!

— На некоторых фотках мы с тобой вместе — выходим из «Полинэкса». Так меня везде половина! Или вообще один локоть!

— Проклятье!

— А ещё я нашла в тумбочке твой шифоновый шарфик — тот, зелёный! Ну, ты ещё утверждала, что он не зелёный, а аквамариновый. Помнишь, ты его купила и успела два дня поносить. А потом я у тебя его выпросила. Так вот, Борис его стибрил! Я раз десять у него спросила, не находил ли он этот шарф, он говорил, что нет. А он спокойненько лежит в тумбочке.

— Но Борис не знал, что это мой шарф. Он забрал его и не хотел отдавать, думая, что он твой.

— Вовсе нет! У Бориса есть фотки, где ты в этом шарфе! Штук двадцать, не меньше. Поэтому Борис его и украл у меня.

— Кошмар, — выдавила Дарья. — Кто вообще этот Борис?! Ты всё о нём выяснила?

— Да, конечно, — вздохнула подруга. — Он компаньон одной моей соседки, Анастасии Михайловны. Они вместе раскрутили сайт, а теперь он у них вроде печатного станка — только и делают, что собирают денежки с рекламодателей. Я так с ним и познакомилась: Борис завозил Анастасии какие-то документы, и мы столкнулись в моём дворе… Ему нужна только ты. А меня он использовал, чтобы подобраться к тебе поближе.

— Люся, сейчас же оттуда уходи, пока он не вернулся.

— Да уж нет! Я ему сейчас устрою сцену! Мало не покажется!

— Люся, послушай меня! Тут всё гораздо хуже, чем ты думаешь. Я не успею объяснить, потому что тебе надо быстро оттуда сматываться. Закрой ноутбук и положи шарф на место. И беги, беги! А когда удалишься на безопасное расстояние, то позвонишь ему и скажешь, что срочно пришлось уйти… Бери такси и приезжай ко мне.

— Я всё поняла, — уже совсем другим голосом сказала Люся. — Ясно. Рву когти. Но когда приеду, ты мне всё объяснишь.

— Постарайся говорить с ним по телефону так, чтобы у него не возникло никаких подозрений. И в квартире положи всё на место.

— Хорошо! Поняла-поняла! Уже эвакуируюсь.