Глава 8
Энджи
Та-а-ак, и кто это у нас такой возмущённый?
Не спешу выпускать Викторию из рук, через её же плечо разглядывая мелкого разгневанного ангелочка или чёртика? Косынка надёжно скрывает обзор как одного, так и второго характерного признака.
Но по полыхающему возмущению в глазах понимаю, что лучше все-таки сменить положение. Понимает это и Виктория, резко разворачиваясь к дочери и предпринимая попытку урегулировать возникшее недопонимание. Непонимание ли? Или тут всё ещё настолько жёстко, что любые посягательства на пространство вокруг самого близкого человека воспринимаются как прямая угроза?
Чёрт, папка, тебе не позавидуешь! Сначала Пашка, потом я, затем близнецы и вот новый вызов, который ты уже принял.
Вздрагиваю от внезапного холодка пробежавшего по спине и от одной только мысли, что все пережитое с близнецами может вернуться. Вся та боль, моя и их...
Ничего, мы же Веровы, мы и не с таким справлялись.
Следую по направлению побега Инги и поспешившей за ней Вики. За мной никогда никто не бегал, в тот единственный раз, когда мне захотелось оставить рядом с собой первого надежного человека, появившегося в жизни матери, она чётко дала мне понять, куда я могу засунуть своё желание. И сейчас, наблюдая, как Вика усадив дочь на колени и прижав к себе, очень спокойно, чётко и размеренно объясняет, почему ей совсем не стоит волноваться, я впервые в жизни начинаю испытывать зависть к ребёнку. К тому, что в её жизни есть этот момент, что её не бросают один на один разбираться со своим страхом, не позволяют сделать его главным, подчинить себе разум ещё не способный противостоять таким сильным эмоциям...
Выдыхаю, сразу же делая глубокий вдох, пытаясь как можно быстрее избавиться от охватившего напряжения. Несколько бесшумных шагов к столу и я попадаю в зону освещённую двумя яркими лампами. Непроизвольно улыбаюсь. Моя стихия, только с поправкой на "всё для маленьких принцесс". Тысяча пятьсот оттенков розового, столько же вариантов блесток, сердечки, розочки, завитушки. Я бы сунула пальцы в рот от такого обилия сладости и зашкаливающей мимишности, но меня реально восхищает проделанная работа. Да, я вижу, где прошлась рука взрослого, но большая часть - это несколько десятков часов проведённых над созданием своей собственной реальности обычной девчонки со своими мечтами, вкусом и предпочтениями.
”Новый год". "Мама и Я". Карандашный рисунок, где за непропорционально большим столом, действительно, они. Вдвоём.
Бросаю быстрый взгляд в их сторону, где Виктория все ещё продолжает свою успокоительную речь, одним ловким движением стягиваю карандаш со стола и...
***
- Энджи, и ты, и я прекрасно понимаем сложившуюся ситуацию, - поясняет мне Вика, своё решение отменить свой визит к нам на праздник. - Если честно, я удивлена, что отец прислал именно тебя.
- Ничего удивительного, - вклиниваюсь я, потому что очень хорошо понимаю, если не сработает моя идея с Ингой, у меня нет никаких шансов уговорить и её мать. - Если бы он приехал сам, вы бы тем более прикрылись дочерью, как щитом, - моментально похолодевший взгляд говоит о том, что ей очень не нравится ход моих мыслей, но я продолжаю. Мне нужно время, чтобы оно было у Инги. - Свете, скорее всего, удалось бы уговорить и вас, и Ингу, но мы бы лишились вас сразу же после полуночи. Верно?
- Верно... - нехотя соглашается она, внимательно разглядывая моё лицо, как будто видит впервые. Хотя в общем-то это только вторая наша встреча, потому что во время первой у нас не было возможности познакомиться поближе, во-первых, потому что это было День Рождения Ба, во-вторых, именно тогда Женя сделал мне официальное предложение.
- Вика, - решаюсь произнести то, о чем скорее всего пожалею, да и точно получу от отца, если он об этом узнает, - вы будете круглой дурой, если даже не попробуете. И Инга, когда вырастит, скажет вам тоже самое, только уже в прошедшем времени, когда не будет никакой возможности ничего изменить.
На её лице отражается вспышка негодования, вызванная моей наглостью. Да, я говорю то, что думаю, более мягкая формулировка из моих уст прозвучала бы просто смешно...
- Из моих двадцати лет, только десять я провела рядом с ним, - не даю Виктории меня остановить. - Было... по-разному... Но даже один хороший день рядом с ним стоит всех "плохих" вместе взятых. И да... за "плохие"дни ответственность лежит полностью на мне, - я не люблю вспоминать эти моменты, но это честно и это самое малое, на что я готова идти ради отца.
- Я ценю твоё признание, Энджи, но я, также, как и твой отец ставлю благополучие моей дочери выше своего собственного.
Охреневаю от того, как ловко можно перевернуть одну и ту же информацию.
Пытаюсь уточнить, что я даже не заикалась о жертвенности, но теперь уже она твердым, не трепящим возражения тоном заявляет:
- Мы можем ещё долго дискутировать на данную тему, но факт остаётся фактом, Энджи. На данный момент психическое состояние моей дочери в приоретете. А время твоего визита подходит к концу. Извини, у меня с этим строго. Я искренне желаю всей вашей семье отличной встречи Нового Года! Ещё раз спасибо за приглашение, но я вынуждена его отклонить.
Чёрт-чёрт-чёрт! Все должно быть совсем не так!
Она поднимается, явно демонстрируя, что разговор окончен и мне пора выметаться.
- Вика, а что вы будете делать, когда поймете, что совершили ошибку? - предпринимаю я последнюю попытку переломить ситуацию.
- Мама никогда не ошибается. Она выигрывает все дела. Она самая умная! - раздается уверенный голос от двери в гостиную. - Я готова, - объявляет Инга, застегивая пуговицы на пальто. - Но нам нужны подарки и, мамочка, мы должны взять с собой наш ореховый пирог, он очень вкусный... я уже попробовала маленький кусочек, - добавляет она, пряча глаза.
О, да! Ты ж моя маленькая умница! И какая жалость , что я не смогу показать отцу, это милое растерянное выражение лица Вики, птички попавшейся в ловушку. Стоп! Почему не смогу?!! Нарисую, будет ещё одним моим подарком на этот Новый год!
- Виктория, так чего вы ждете? - говорю специально растягивая слова и хитро ухмыляясь. - Если вам нужно время, чтобы переодеться, предупредите, пожалуйста, охрану. Будет очень неприятно, если меня обвинят в нарушении протокола и вышвырнут не разобравшись, что к чему.
- Э-э-энджи, - её голос полон укора и осуждения, да, я понимаю, что не права, мне ли не знать с чем связана её работа, но мне всё еще обидно за отца, котрого она только что хотела отшить. Да, я чертова эгоистка и я почему-то уверена, что именно с ней у него есть шанс, наконец-то, стать счастливым.
- Поторапливайтесь, Виктория, а мы с Ингой позаботимся об ореховом пироге. Дегустация не запрещена? - обращаюсь я к уже полностью одетой девочке.
- Что? - непонимающе переспрашивает она, отступая назад и пропуская меня вперёд.
Цепляю её ладошку и тяну к кухне.
- Обожаю ореховые пироги, но такой ли он вкусный? - подмигиваю я ей.
- Он самый вкусный! - сразу же реагирует она, смешно выпячивая нижнюю губу и взяв обгон, уже сама тянет меня за собой.
- Не знаю, не знаю, - показательно сомневаюсь я.
- Инга Логинова всегда отвечает за свои слова! - выдаёт она очень серьёзно, поднося к моему рту кусочек пирога.
Эй, детка, да у тебя есть все шансы стать настоящей Веровой, с восхищением оцениваю я подачу и эмоциональный напор. "Добро пожаловать в семью!" - выношу свой мысленный вердикт, дожевывая просто охренительно вкусный пирог!