Глава 9
Виктория
Первую минуту я хоть как-то пытаюсь привести мысли в порядок.
Что произошло? Инга никогда не меняет своих решений так спонтанно, и чуть менее пятнадцати минут назад мы договорились, что этот вечер только наш. Её и мой. И вот она уже при полном параде готова отправляться на праздник. Я почти уверена в очередной эмоциональной выспышке, когда Энджи берет дочь за руку, показательно сомневаясь в её высказывании относительно вкусовых достоинств пирога. Боже... Энджи, такая Энджи! Но... Инга не только не вырывает ладошку, а наоборот без малейшего сомнения вступает в игру.
Да... я не могу позволить себе так рисковать. Вся моя жизнь сведена к минимальному проявлению подобной спонтанности. И от этого я ещё сильнее завидую этой, всё ещё девчонке, у которой есть надёжный тыл, куда всегда можно вернуться, где всегда поддержат в случае неудачи...
И мне предлагают присоединиться...
Связываюсь с охраной, продлевая визит гостьи и предупреждая Андрея об очередной смене планов. Принимает, уточняя несколько деталей и сообщая, что все контакты СБ Верова у него уже есть, поэтому задержка в плане согласования действий отсутствует.
Уже есть. А значит одобрение подобных действий со стороны Ирмы, нашей работодательницы тоже получено... Весь этот расклад ей явно не на пользу. Моё решение связать свою жизнь с Ингой она встретила более чем прохладно. Но не препятствовала, оставив меня один на один с самым сложным принятием решения в жизни. И вот опять, меня переполняет леденящий страх допустить ошибку, но сейчас ответственность ещё выше, потому что я уже не одна!
Встряхиваю кистями рук, разводя плечи и вытягивая шею. Не люблю, когда меня загоняют в угол. А сейчас кажется, что я физически ощущаю сдвигающиеся со всех сторон стены, которые с каждой секундой оставляют мне все меньше и меньше пространства для маневра.
Какого маневра? Пора честно признаться себе, что я и так безбожно затянула ситуацию в надежде, что все разрешился само собой. В надежде, что он окажется именно таким, каким должен быть согласно всей имеющейся у меня информации и мною же сделанным выводам. В последнее время я не ошибалась в людях.
И поэтому меня ещё больше пугает его настойчивость и терпение, для которых у меня нет адекватного объяснения. О неадекватном я стараюсь не думать... Охотничий азарт и желание во чтобы то ни стало заполучить намеченную цель, при этом используя всех вокруг... даже самых близких...
- Хватит, - жёстко прерываю поток мыслей приобретающий характеристики селевого прорыва. - Это отличная возможность расставить все точки над "i", - убеждаю себя я, опираясь на стол в комнате дочери, куда пришла взять пару вещей, которые могут пригодиться.
Замираю, уставившись на рисунок в центре холста.
"Новый Год". "Мама и Я".
"И вся МОЯ СЕМЬЯ". Уверенная каллиграфическая надпись. Сердце предательски сжимается в болезненном спазме. Это запрещённый приём. Э-э-энджи...
Перевожу взгляд чуть выше... Это... контрольный... Инга словно специально оставила для этой наглой манипуляторши столько свободного пространства на рисунке. И она умудрилась усадить за стол всех! Ольга Викторовна не преувеличивала, расхваливая художественный талант внучки. Сколько у неё было пять, десять минут? В памяти всплывает лишь смутный силуэт маячивший у стола, пока я успокаивала Ингу.
Ей хватило. За столом действительно ВСЯ семья. По паре десятков карандашных штрихов на каждого и вот Света справа от Инги с рукой на виднеющемся животике и надёжной опорой в виде Паши за спиной. Ольга Викторовна с идеально узнаваемой улыбкой и чашкой чая. Слева уже от меня сама Энджи с хохочущим Петей, торчащим из под мышки. Да! Именно Петей! Я видела его только четыре раза, но их с Федором невозможно перепутать! Потому что Федя, комфортно обосновался на шее у Жени с абсолютно счастливым выражением лица. И глава семьи... Его обе руки расположены на наших плечах. Моём и Инги. Ровные, четкие линии пересекаются со слабыми и неуверенными, но они не выглядят чужеродными. Каким-то не подвластным моему пониманию образом Энджи удалось так гармонично вписать нас в СВОЮ семью, что мы действительно выглядим её частью... Единым целым...
И Инга тоже это почувствовала...
Прикрываю глаза, глуша бушующие эмоции... Жаль, что жизнь нельзя откорректировать с такой же лёгкостью, как карандашный рисунок. Провожу пальцем по глазам Ивана прорисованным с особой тщательностью.
Я должна попробовать.
***
Мы в дороге уже двадцать минут и все двадцать минут я постоянно напоминаю себе, держать рот закрытым, чтобы не вспугнуть и не прервать беседу между Ингой и Энджи. Ещё не до конца осознавая, чем она так важна, я чувствую, что не должна вмешиваться. И на меня в очередной раз накатывает волна страха от того, что дочь с такой лёгкостью открывается совершенно чужому человеку. Уже не чужому. Энджи не манипулятор, как показалось мне изначально, хотя, безусловно, она чётко определила для себя цель и задачу. Она делает то, в чем нуждалась бы сама в подобной ситуации. В чем, возможно, нуждается до сих пор и оттого так тонко чувствует грань, за которую не стоит выходить... Пока...
- Инга, - аккуратно завершает она предыдущую часть беседы, - мы обязательно поговорим с тобой об этом ещё, но сейчас смотри, мы уже приехали - здесь мы живём.
Инга прилипает к окну, рассматривая окрестности погруженные в сумерки и, когда мы уже въезжаем в ворота, каким-то тихим тоненьким голоском с робкими проблесками надежды спрашивает:
- А у вас есть собачка?
У меня резко начинает щипать в глазах и носу. Быстро отвожу голову в сторону. Она никогда не говорила о собаках. Я люблю кошек, но мой график... И она всегда рисовала в подарок мне именно их. Собак... Никогда... Стараюсь как можно незаметнее смахнуть слёзы во внутренних уголках глаз, но их слишком много и приходится уже разбираться с последствиями.
- Конечно, как же без неё? - удивленно подтверждает Энджи, совершая ещё один маневр, о котором ещё час назад я заявила бы как о провальном. Она подхватывает Ингу под мышки, перетягивая её на колени и плотно прижимая к себе, и сообщает: - Ставрюша будет безумно рад с тобой познакомиться, он терпеть не может мальчишек, но обожает всех девочек.
И дочь, моя дочь, которая не выносит ни единого лишнего к себе касания, рассабленно оседает в объятиях Энджи, кивает и серьёзно соглашается:
- Потому что девочки лучше.
- Ну-у-у... - тянет Энджи, - мальчики у нас тоже ничего, но мы-то ещё и красивые.
И они уже на пару начинают радостно хихикать. Девчонки!
- Тогда Ставрюша точно любит и Ивана, - авторитетно добавляет Инга, резво выпрыгивая из уже притормозившей машины, Энджи многозначительно разводит руками подтверждая сказанное и требуя того же от меня.
- А что, кто-то в этом ещё сомневается? - фыркаю я, выходя из машины, поворачивая голову к дому и понимая, что ловушка захлопнулась.
Секунду он стоит на террасе, словно не веря своим глазам. А через миг уже спускается к нам, пуская в ход всё своё чёртово обаяние, от которого мой мозг превращается в сахарную вату - лёгкую, воздушную и естественно любимого цвета Инги.
Что не так?
Сердце просто отказывается подчиняться, задавая какой-то безумный, только ему понятный ритм, а я понимаю, что, по большому счёту, это наша первая неформальная встреча и у меня ни малейшего представления, как себя вести...
Ма-а-амочки!