Сорок девятая глава

Ну, засветло – это громко сказано! Сквозь низкие тучи солнечный свет почти не пробивался, и на дороге было сыро и сумрачно. Ещё недавно вымытая, сияющая Москва сейчас потемнела, и изгваздалась в дорожной грязи. Размокший серый снег разлетался из-под колес, налипал комьями на подкрылки машин, висел там неприятным куском. А после отваливался на проезжую часть грязью под колеса. Город со стороны шоссе казался неопрятно замызганным. Неухоженным. И добавляла впечатления дымка снегопада – пряча фасады домов. Окрашивая весь мир серыми тонами. Непрерывно, мягко клацая, работали дворники, счищая с лобового стекла мерзость, летящую от впереди идущих машин и мокрый снег с неба. Апрель будто ревновал людей к недавно игриво улыбнувшейся нам весне марта. И старательно засыпал мир последними запасами осадков, стараясь если не заморозить, то хоть утопить. Стоило выехать за пределы Москвы, как на дороге стало ещё хуже. В городе техника пыталась справиться с непогодой и очистить асфальт. А здесь, на мокрой смеси льда, снега и воды машины становились зачастую плохо управляемыми. Мы больше плыли в потоке, чем ехали. Напряженно следя за другими участниками этого движения. Ведь одна ошибка – и встанем надолго. Хорошо, что мы выехали не на моей машине! Она и ниже и не такая управляемая. Моя ласточка капризна и могла запросто под таким дождем, что льет и сверху и снизу, непредсказуемо заглохнуть. Вот бы намучились! Марк рулил, сосредоточенно вглядываясь вперёд и сжав губы в сплошную твёрдую линию. Мастерски лавируя и тщательно отслеживая движения впереди идущего автомобиля, он не отвлекался ни на минуту. А я старалась не мешать. Ещё в Москве, дёрнувшегося было что-то спросить Гошку, знаком попросила помолчать немного и с удовлетворением увидела, что он уткнулся в телефон. «Далеко ехать?» Пришло сообщение от сына мне в телегу, замигав иконкой в углу экрана. «Нет. Совсем рядом. Но дорога очень сложная. Потерпи. Скоро уже будем на месте» Напечатала я немедля ни минутки, и радуясь, какой догадливый у меня ребёночек. «Обязательно сегодня было ехать по такой дороге?» «Там, в доме живет Дмитрий Данилович. Дедушка Марка. Он пожилой человек и эта метель для него большое испытание. Нужно помочь. И я бы хотела тебя с ним познакомить. Он очень глубокий и интересный человек. Глыба. Осколок империи. Соль земли и настоящий мужчина. Я бесконечно благодарна судьбе, что такой человек был рядом со мной в моём детстве. И думаю, что тебе будет и полезно и интересно с ним» «Ясно» Больше сообщений для меня не было, а Егор сосредоточенно что-то печатал в своём аппарате. Перед поворотом к посёлку, метрах в пятистах перед перекрёстком, нас чуть не снесло с дороги из-за встречной груженой фуры. Из-под колес этого спешащего монстра вылетел целый фонтан смеси воды, снега и льда и с такой силой ударил в бок нашей машины, что Марк чудом удержал её на трассе. Но все заканчивается. И мы, наконец-то выдохнули, свернув к посёлку. Как оказалось, рано радовались. На трассе всё, что сыпалось с неба, разбивали колеса машин. А здесь нам пришлось быть первопроходцами, продираясь сквозь месиво самостоятельно. Пару раз автомобиль заносило в сторону, опасно снося задние колеса. Но Марк был точен, как единый организм, вросший в руль, и наконец-то впереди показались знакомые ворота! – Приехали! – выдохнула я и положила руку поверх сомкнутой на рычаге коробки передач ладони. Марк повернул ко мне голову и, подмигнув, хмыкнул: – А ты сомневалась? – Ни мгновения! – ответила, улыбнувшись. Пока мы переглядывались, Дмитрий Данилович заметил нас и открыл автоматические ворота. Благо они были устроены как большие рольставни – поднимались вверх, накручиваясь. Всё! Мы дома! Марк въехал в гараж, и я первая вышла из машины, сразу попадая в крепкие объятия. – Ну, здравствуй, красавица! Молодец, что приехала к старику! – прогудел Дмитрий Данилович. – Привет, боец! Как звать? – Обратился он к вытекшему из автомобиля Гошке. – Егор. – Достойно! Ну, что! Прошу в дом! Будьте моими гостями! – Дмитрий Данилович открыл перед нами дверь, приглашая. В доме пахло свежими пирогами с мясом. Запах – умопомрачительный! Гошка заинтересованно завертел головой, а Марк, улыбаясь, пригласил нас на кухню. – Как увидел, что снег собирается, так сразу понял – ждать мне гостей, – добродушно прогудел хозяин дома и добавил, – я эчпочмаков испёк. Как знал, сделал по-больше, на всех! – Шикарно! Мои любимые! – отозвался Марк и повел нас мыть руки. За стол сели прямо на кухне. По-простому. И позднее я поняла почему. Загадочными эчпочмаками оказались треугольные пирожки, плотно набитые рубленым мясом с луком. Посреди треугольника находилась специально оформленная дырочка для испарения влаги. Стройными рядами эти пирожочки, одинаковые как солдаты на плацу, расположились на двух противнях. Красивые, словно картинка в поварской книге. Золотистой корочкой блестело тесто сверху, смазанное яйцом. Из дырочек посередине поднимался легкой, почти невидимой дымкой парок, а запах мог отправить в нокаут! Вроде и маленькие, но толстенькие и плотные. А когда откусываешь слоёное, крошащееся тесто, то ароматный и горячий мясной сок обязательно брызжет на пальцы. И хочется эти пальцы облизать. Прямо как это делает Гошка. Восхитительно!