Восьмая глава

Впрочем, ничего нового. Женя всегда избегал быта. До смешного. Помню, как-то он открыл двери по звонку и, увидев за порогом толпу женщин, которые собирали подписи для замены домофона и установки камеры в нашем подъезде, беспомощно убежал от них, нервно крикнув: – Лиза! К тебе пришли! Так и сейчас. Мне, можно сказать, повезло с этим протекающим потолком. Если бы не он, то скандал был неизбежен. Женя бы вновь продавил меня. Криками, истериками, упрёками, всем тем, чем он владеет в совершенстве. Зная, как не люблю ругаться и как стараюсь замять любое его недовольство своими уступками, он манипулирует эмоциональным давлением, и всегда я проигрываю. Всегда уступаю. «Глупо. Но такова моя суть. Я не могу скандалить. Совсем», – думала я, поднимаясь по лестнице в квартиру надо мной и выискивая одновременно в телефоне номер управляющей компании. Я не очень хорошо знаю соседей в нашем доме, поэтому не представляю, с кем мне сейчас придётся столкнуться. Когда была жива бабуля, она общалась со всеми, поддерживала отношения. А я… Как-то зашла в домовой чат и, просмотрев в нём десяток сообщений, скинула чат в архив. Похоже, соседи используют его, как возможность поскандалить. Это не по мне. Пусть в загашнике лежит и пугает меня периодически пятизначными цифрами непрочитанных сообщений. Входная дверь соседей сверху была настежь открыта. Я стукнула для порядка костяшками пальцев о косяк и, услышав приглушённое «войдите», шагнула в квартиру. И застыла. Первое, что бросилось в глаза, это плавно покачивающейся на воде одинокий лист какой-то квитанции. Рассеянный свет из окна отражался в этих волнах, играя бликами на кафеле пола. В коридоре воды было немного, сантиметра два, но мне хватило, чтобы промочить тапки. – Есть кто-нибудь? – спросила, пытаясь определиться, в какую сторону идти, чтобы встретиться с хозяевами. – Я в ванной! Минутку подождите! – раздался смутно знакомый голос, и я пошла на звук. В квартире предусмотрительно был выключен свет. Только в ванной горел яркий переносной фонарь, и было видно, как молодой мужчина с голым торсом и босиком, в закатанных штанах активно вычерпывает воду с пола. Это хорошо ещё, что пол в ванной был где-то на ладонь ниже, чем в остальной квартире! Повезло. – Что случилось? – спросила, подходя ближе. – Сорвало входящий кран холодной воды! Я уже вызвал сантехников, и они должны с минуту на минуту перекрыть стояк, – быстрой скороговоркой проговорил парень и, повернув ко мне голову, добавил, улыбнувшись, – извините, пожалуйста! Я возмещу все издержки! Затем он чуть подвинулся, чтобы его тень не заслоняла меня от света фонаря, и распрямился, сверкнув радостью при узнавании: – Лиза? Лизонька? Ты живёшь этажом ниже? Марк откинул в сторону совок, которым черпал воду и развёл руками. – Прости. По моей вине тебе придётся делать ремонт, – покаянно сказал он и нахмурился, глядя на мои ноги. Шагнул из ванной мне навстречу, подхватил за талию и, подняв легко, будто я пушинка, над полом сказал: – Бросай тапки! Растерянно хлопнула ресницами и сделала, как он велел. Руки мои сами опустились на широкие плечи и я почувствовала горячую кожу, и как напряглись мышцы под ладонями, как задвигались они, когда Марк понёс меня в комнату. Всего несколько шагов, а будто в другой мир. Он поставил меня, растерянную, босыми ногами на кресло и чмокнув в нос, подмигнул. Сейчас я была выше Марка примерно на полголовы, и сверху смотреть на него было странно. Хотела снять ладони с его плеч, но вместо этого почему-то мягко провела кончиками пальцев вдоль напрягшихся мышц, очерчивая их профиль. Затем поймала мурашек на его коже и резко оторвала свои руки, почувствовав жуткую неловкость. Краска бросилась в лицо. Стало жарко в груди и нечем дышать. Марк выдохнул резко. – Зря я не поменял все краны, как въехал, – чуть хрипловатым голосом начал говорить он, но в этот момент раздался шум в коридоре и мужские голоса: – Хозяева? – Побудь здесь недолго! Я сейчас! Я быстро! – попросил Марк, нежно убирая мои растрепавшиеся волосы от лица, продолжил, – я мигом! Слесари пришли, принося с собой суету, шум и избавление от потопа. Следом заходили ещё какие-то соседи, послышался шум работающего водяного насоса. Ноги мои в ледяной воде действительно подмёрзли и сейчас горели огнём. Я села по-турецки, пряча ступни, и оглянулась, разглядывая обстановку. Вода, к сожалению, добралась и в комнату. Жаль покрытие. Оно не переживёт потопа. Кроме кресла и дивана вокруг, казалось, нет ничего. В темноте непонятно наверняка, но пространство здесь по сравнению с моей комнатой просто огромное. Я не успела заскучать. Марк вернулся, уже одетый в футболку. Он, улыбнувшись, вручил мне в руки пакет со своими тапками, и велел: – Держись! После этого вновь подхватил на руки, но теперь более традиционным способом, придерживая под спину и колени. И вынес из своей квартиры. Обул брошенные мной тапки и чуть ли не бегом спустился вместе со мной по лестнице вниз. – Я вызвал клининг. Вначале они уберут воду у меня, чтобы меньше протекло к тебе, а после спустятся в твою квартиру. Не волнуйся! Всё поправимо. Я всё исправлю, – объяснял он мне по дороге. Пришла в себе только перед своей квартирой и попыталась освободиться. – Поставь меня, пожалуйста, на ноги. Я должна открыть дверь, – попросила Марка. На что он ослепительно улыбнулся и поставил меня. На свои ноги босыми ступнями. Прижимая обеими руками за талию к своему горячему телу спиной. Ох. Трясущейся рукой я кое-как справилась с ключами, и в мою квартиру Марк зашёл вместе со мной, шагая, так и не снимая моих ступней со своих ног. Воздуха между нами не осталось. Мне казалось, что его руки – живой огонь. А дыхание над головой, взъерошивая волосы, заставляет их шевелиться. Щёки горели, а руки сами собой опустились поверх его ладоней. Губы кололо мелкими иголочками, и всё тело обмякло. «Если Марк меня отпустит, я, пожалуй, упаду!» – подумала я, и… И телефонный звонок разбил атмосферу резким дребезжанием. А я вздохнула то ли с облегчением, то ли с разочарованием и ответила на вызов.