Глава 4. Филипп

Глава 4. Филипп

Открываю дверь и сразу же замечаю, что в доме гости.

Чёрт, Аня не предупредила.

И пожаловали на огонек не просто приятели, а Алла с Женей.

Волной накатывает раздражение.

Не люблю видеть эту парочку вместе. В их компании меня охватывает непонятное чувство, что-то вроде внутреннего зуда, которому до сих пор не дал названия.

Возможно, ревность?

На пороге веранды появляется Евгений. Вид у него расстроенный.

Перевожу взгляд на Аллу – и в этот момент она облизывает пухлые губы, нагло подмигивая.

Охренеть. Нашла время и место.

Похоже, вечер предстоит длинный.

- Переодевайся, будем ужинать, - произносит Аня, стоя спиной к подруге, и не замечая её самодеятельности.

Любовница продолжает улыбаться, медленно накручивая прядь волос на палец.

Сжимаю зубы и направляюсь в ванную, чтобы помыть руки. В висках неприятно пульсирует тревога.

Когда возвращаюсь, все уже сидят за столом.

Алла, как всегда, берёт на себя роль ведущей, задавая тон разговору. В данном случае — предстоящему фарсу.

- Филипп, а ты в курсе, что я пригласила твою жену на шоу об изменах? - бросает, лениво ведя пальцем по краю бокала.

Поднимаю брови.

Что?

Анна тут же встревает, не давая мне ответить:

- Ещё не рассказывала Филу, вечно занятой и уставший. К счастью, в нашей семье адюльтер — неактуальный вопрос.

Женя смотрит в тарелку, будто пытаясь мысленно оказаться где-то в другом месте.

- Молодцы, но данный факт для участия не особо важен. Поделишься опытом, чтобы и другие могли избежать походов мужей налево; сделают для себя пометки от успешной жены, - усмехается Алла. - Вставишь дамам мозги, откроешь секретики соблазнения и рецепт, как поддерживать пламя любви на протяжении долгих лет.

Твою мать, какая же стерва!

Ходит по острию ножа и, похоже, получает от этого истинное удовольствие.

Алла никогда не умела держать язык за зубами, но сегодня она явно перегибает, муссируя опасную тему с моей супругой.

- Измену никогда бы не простила, - твёрдо произносит Анютка.

В её голосе звучит сталь, и на мгновение становится не по себе.

Любовница поворачивает голову в мою сторону. Её взгляд цепкий, внимательный, и, глядя прямо в глаза, выдает:

- Слышал, Фил? Имей в виду и держи бубенцы на замке. Но вообще, разве можно изменять такой женщине, как моя лучшая подруга? Идеал!

Наглая. Чертовски наглая.

Женя тем временем налегает на алкоголь. Чувствуется, что ему наш разговор до фонаря.

Замечаю, как он осушает уже четвёртый стакан виски, и тянется за новой порцией.

- Ты не за рулём? - уточняю, прищурившись.

Он отмахивается:

- Вызову трезвого водителя. Аллочка у нас звезда, денег полно, можем себе позволить.

- Естественно, - фыркает в ответ, - у меня же хобби — содержать нахлебников.

- Что-то наша селебрити сегодня чересчур злая, - заводится Евгений. - Опять стилист не угодил? Или визажист посмел сказать что-то против? Обычно свой яд ты сцеживаешь и плюешь мне в лицо, верно? Женька-выгребная яма, импотент, идиот, недоразвитый... м-м-м, кем я ещё не был? Напомни.

- Ребята, вы чего? - теряется Аня.

Атмосфера за столом накаляется: напряжение становится почти осязаемым.

- А что не так? Правда же. Мой муж — неудачник в кубе. Привык лишь ныть и жаловаться. Давай, продолжай, ставь в неловкое положение наших друзей, позволь себе побыть несчастным. Никто не жалеет седовласого мужичонку. Может, пора психолога оплатить? Ты говори, я привыкла тратиться. Могу на Мальдивы отправить, расслабишься, приведёшь в порядок нервную систему. И не злая я, милый, а справедливая. Только и способен, что распускать сопли и искать сочувствия.

- Окей, - бурчит Женя, снова поднося стакан к губам.

Я ощущаю, как Аня сжимает мою ладонь под столом. Её пальцы холодные, напряжённые.

Мы оба чувствуем себя не в своей тарелке.

- Виски еще есть? - хрипло спрашивает раскрасневшийся Евгений, оглядываясь по сторонам.

- На халяву и уксус сладкий. Попроси ланч-бокс упаковать, еду и пару бутылочек, - не унимается Алла.

- Прекрати, - шиплю, наклонившись к ней. - Что у вас произошло? Зачем ты так?

Она смотрит на меня испепеляющим взглядом, а затем, не отвечая, молча допивает вино.

Прекрасно.

Пьяная компания после тяжёлого рабочего дня — именно то, о чём я «мечтал».

Не хватало, чтобы и она нажралась и начала трепать языком.

- Всё отлично, не парься, - с усмешкой говорит Женя, небрежно облокотившись на спинку стула. - Просто у телезвезды с недавних пор поджимает корона, кукушка наебенилась, собралась искать себе щедрого мужика, а тот, кто десять лет одевал в меха — не удел. Небольшая оплошность, провал — и катись к херам, любимый. Поправь, если ошибаюсь, родная.

- Извини, конечно, но не тебе говорить о поисках. Сам ведь изменяешь, - неожиданно вклинивается Аня.

- Что? - охреневает Женя.

- Не стоит об этом, - бледнеет Алла. - Пожалуйста, подруга. Ты же видишь, в каком состоянии мой муж, не дай Бог потом ещё изобьет, а у меня ежедневные съемки. На сегодня у него запланирована роль страдальца, пусть отыграет пьесу.

- Ну и сука же ты! - выкрикивает с гневом Евгений, выплёскивая жене в лицо остатки виски.

Звенящая тишина.

Алла в шоке.

- Ах ты, старая гнида! Развожусь с тобой, понял? Всё! Хватит с меня, гуляка-нищеброд. Всю душу вымотал, предатель. Достаточно! Выметайся из дома моих друзей, мужик плюс один. Пошёл вон! - взрывается.

- Успокойтесь, блядь! Что на вас нашло? - пробую утихомирить буйных.

Сколько лет знакомы — никогда не видел, чтобы Женя и Алла так ругались.

Их колкие шутки, перепалки, подколы — да, но не это. Нечто уродливое, выходящее за пределы показного семейного сарказма, по-настоящему обескураживает.

Евгений поднимается и быстрым шагом направляется к выходу.

Я догоняю его, останавливая в прихожей.

- Погоди, - цепляюсь за локоть. - Давай отвезу, ты же нетрезвый. Не кипятись.

- Я больше так не могу, Фил. Всё. По горло, - его голос дрожит. - Вилы! Не понимаю, чего добивается Алла! Такое чувство, что желает довести до петли.

- Она выпила, разошлась. Наверное, какие-то проблемы, - пытаюсь найти оправдания поведению любовницы, но, положа руку на сердце, их нет.

Выражения и фразочки, которыми хлестала мужа, переходят границы разумного.

Могу только представить, как ему обидно получать публичные оплеухи.

- Думаю, нашла себе кого-то, отсюда самоуверенность и понты. Узнаю имя того, с кем гуляет — убью мужика. Клянусь тебе, просто клянусь! - трясется.

- Ни одна баба не стоит свободы, рехнулся? Захотел мотать срок на зоне? - сглатываю.

Евгений неожиданно вжимается в моё плечо, от чего я впадаю в ступор, и… начинает плакать.

- Люблю её. Очень люблю. Это же моя Аллочка. Не переживу, если бросит. Проще отправить на тот свет обоих и торчать в тюряге.