Глава 14

— Видишь дом? — сказала негромко Кэрри. — Пройди немного вперед по улице, там будет калитка, ведущая в сад. Нашел?

Сон как рукой сняло. Я села и увидела в беседке Кэрри. Она говорила с кем-то по зеркалу!

Выходит, все это время у нее было волшебное зеркало, а она мне врала?

Кто ее собеседник, долго выяснять не пришлось. Почти сразу же калитка отворилась, и я увидела Гилберта! Выходит, эти двое знакомы куда ближе, чем Кэрри хотела мне показать?

Засопев от возмущения, я едва не поинтересовалась, какого лысого демона они делают, но зажала себе рот ладошкой и тихонько прилегла обратно. Уж больно любопытно стало, о чем эти двое будут говорить? Вдруг получится уличить жениха в неверности? Может, тогда я смогу избавиться от печати?

Гилберт поднял голову, осматривая дом, и восхищенно присвистнул. Я замерла, наблюдая за ним сквозь ажурное плетение качелей. Как я и предполагала, меня не заметили.

— Ничего себе домик! Хотел бы я в таком жить!

— Мечтай, — усмехнулась Кэрри.

— Так зачем ты меня позвала? — перешел к делу Гилберт и подступил к рыжей близко-близко.

Куда ближе, чем позволяли приличия!

А Кэрри не отодвинулась. Напротив! Блаженно сощурилась, когда он заправил ей за ухо прядку. Выдохнула:

— Гилберт…

Она прижала его ладонь к своей щеке, прикрыла глаза.

«Ну же! Целуйтесь!» — потребовала я мысленно.

Запястье заныло, и я неосознанно потерла его. Гилберт остановился в последний момент, так и не коснувшись губ Кэрри.

— Стоп, Апельсинка! Не сейчас. Я не могу.

Он отодвинулся и даже отошел немного.

— Но почему?

В голосе Кэрри отчетливо прозвучало разочарование.

— Сначала ответь, Эмили приняли в САМИ?

— Нет! — подозрительно расстроенно ответила моя мнимая подруга.

— Я же говорил! Эта девчонка больше выпендривалась, а сама только и умеет, что штаны штопать. Да и то…

— А жаль, что не приняли! — перебила его Кэрри. — Я молилась за нее светлым богам. Но, видимо моих молитв оказалось недостаточно.

— Что ты несешь, глупышка? — удивился Гил.

— Я несу?! Ты себя бы послушал, Гилберт! Ты ведь ее даже не любишь!

— Какая же ты глупая, Апельсинка! Люди моего положения редко женятся по любви, — пафосно заявил Гил.

Я закатила глаза. Так и хотелось скинуть на его тупую башку цветочный горшок!

Хотя нет, горшок жалко. Релии не понравится, что я порчу ее вещи, а сейчас у меня есть идея получше. Старая добрая, проверенная.

Я достала Аниту и, начертив на гладкой поверхности знак тишины, приказала ей вести съемку. Направила зеркальце так, чтобы в нем отразилось происходящее в саду. Ужасно интересно, чем же кончится дело, а Гилберта я покараю попозже.

— Это ты глупый! — возразила Кэрри. — Только подумай, зачем тебе жена, которая тебя ненавидит? Как ты будешь жить с ней в одном доме? Ложиться в одну постель?

— Как-нибудь. Стерпится-слюбится, — проворчал Гил, явно повторяя слова своего отца.

— Ерунда! — вспылила Кэрри.

— А еще эта «ерунда» имеет отличное приданное! — возразил Гилберт.

— Темные боги! Это же всего лишь ферма! Неужели она стоит счастливого будущего как минимум троих человек? Я не понимаю, ради чего?

— Ради чего? Отец сказал: «Либо ты вернешь ферму, либо будешь до конца жизни чистить стойла! А наследником я сделаю твоего кузена».

— Твой отец тебя любит, он так с тобой не поступит.

— Это не просто какая-то ферма, Кэр! Где-то на территории, которая испокон веков принадлежала роду Варсонов, закопан артефакт плодородия! Эта земля всегда родит, живность плодится и размножается, не зная болезней. Варсоны просто обязаны вернуть ферму себе!

Я слушала затаив дыхание.

Когда-то часть наших угодий и правда принадлежала предкам лорда Варсона. Но один из них оказался игроком и пропойцей. Он почти все потерял, и чтобы выжить, его жена вынуждена была продать часть земель прапрадеду моего отца.

Благородный лорд Меарон не оставил соседку в беде и помогал до глубокой старости, отчисляя часть доходов с этой земли в ее пользу. Но поколения Варсонов сменялись, доброта была забыта, осталась только вражда и жажда заполучить утраченное вспять.

Так вот, значит, в чем кроется настоящая причина этой застарелой вражды!

— Гилберт, умоляю! Не делай этого! — Кэрри едва ли не плакала.

Она обняла парня за талию. Тот нахмурился, но обнял ее в ответ и погладил по волосам. Кэрри потянулась к нему, и на этот раз Гил не стал ее отталкивать. Когда их губы соприкоснулись, мое запястье словно пронзили раскаленной иглой.

— Ай! — вскрикнула я от неожиданности.

Заговорщики отпрянули друг от друга, застигнутые врасплох, и уставились на меня. Скрываться больше не было никакого смысла. Я поднялась и, облокотившись на перила, демонстративно потерла запястье.

— Да, Гилберт, почему бы тебе не последовать совету Кэрри? Кстати, из вас выйдет отличная пара. Верно, Апельсинка? — Я подмигнула мнимой подруге.

— Эмили?! Что ты тут делаешь? — возмутился Гил, да так искренне, словно это я влезла к нему в сад без спроса, а не наоборот.

— Нет. Это ты что здесь делаешь, Гилберт?

— Искал сбежавшую невесту. И нашел. Я в своем праве, Эмили. Собирай вещи, мы уезжаем.

— Убирайся, Гил! До свадьбы я не обязана тебе подчиняться!

— Прекрасно! Значит, мы поженимся как можно раньше. И да, я знаю, что у тебя ничего не получилось. Не мечтай об академии, туда ты больше не попадешь.

— Уходи, Гил, пока я не вызвала стражу! Кстати, я засняла ваш милый разговор. Очень рада была узнать правду. Спасибо! Уверена, в суде это пригодится. — Я продемонстрировала Гилберту Аниту.

Кэрри прижала ладони к пылающим щекам и растерянно переводила взгляд с меня на Гила и обратно. Тот совершенно неприлично выругался и, не говоря ни слова, покинул сад. Он еще не подозревал, что через несколько минут, ткань его штанов станет такой твердой, что потрескается и осыпется прахом.

Гилберт ошибся: штопать штаны я совершенно не умела, а вот чинить их магией или, наоборот, портить — сколько угодно!

В саду повисла тягостная тишина. Кэрри медленно подняла на меня взгляд.

— Эмили, можно, я зайду и заберу свои вещи? — спросила она робко.

— Только, пожалуйста, побыстрее.

Чтобы не продолжать разговор, я покинула балкон и поторопилась в свою комнату, не желая больше видеть Кэрри. Не вышло. Она преградила мне путь на лестнице и затараторила.

— Понимаю, ты меня ненавидишь. Имеешь право! Но поверь, я не желаю тебе ничего дурного. Я была бы рада стать твоей подругой, Эмили. Правда!

— Уж спасибо! Как-нибудь обойдусь, — пробурчала я, пытаясь обойти неприятную мне особу.

Кэрри схватила меня за руку.

— Подожди, Эмили! Выслушай меня, пожалуйста! Я должна тебе кое-что рассказать!

— Благодарю! Уже услышала и увидела все, что хотела. Мне достаточно.

Я вырвалась из ее хватки и поторопилась вниз по лестнице. Заскочила в свою комнату и упала на кровать. Было ужасно обидно. Я ведь поверила ей, открыла душу! Поделилась своими проблемами, а она только притворялась!

Слегка успокоившись, я отправила записанное видео маме, сопроводив своими комментариями. Может, это нам как-то поможет?

Шли минуты, а мама все не отвечала. Наверное, занята и не видит, что я ей пишу?

В дверь комнаты затарабанили.

— Эмили! Эмили, открой, пожалуйста!

— Убирайся, Кэрри! — рявкнула я грубо.

— Я уйду, только сначала расскажу тебе, как избавиться от печати.

Кэрри нашла, чем купить несколько минут моего внимания. Я открыла дверь и отошла к окну.

— Эмили, мы с Гилбертом знакомы с детства. Играли вместе — мы с мамой часто бывали у Варсонов в гостях. Наши матери — подруги, они часто шутили, что когда мы вырастем, сыграем свадьбу. Я верила. Росла, не представляя своим мужем никого другого, кроме Гила. Да и он…

— Я заметила, что вы друг к другу неровно дышите, — перебила я ее.

Кэрри смиренно кивнула.

— Моя семья небогата, и я не такая уж завидная невеста, к сожалению.

— А еще у тебя нет артефакта на ферме, — не удержалась я.

— У меня и фермы-то нет, — невесело усмехнулась Кэрри. — У моих родителей только небольшая лавка в Санвелли, но…

— Давай ближе к делу. Мне не слишком приятно находиться в твоем обществе, Кэрри. Уверена, тебе тоже со мной некомфортно.

Мнимая подруга согласно кивнула.

— Однажды лорд Варсон жестко пресек все эти разговоры о нашей женитьбе. Сказал: «Шутка зашла слишком далеко, леди. Чтобы я этой ерунды больше не слышал!»

Обидненько! Я невольно посочувствовала Кэрри.

— Гилберт позвонил мне ночью перед нашей встречей и сказал, что его невеста сбежала.

— Извозчик сдал? — догадалась я.

— Да. Ты села на поезд до Керна. Варсоны не могли тебя догнать, поэтому Гил связался со мной. Оплатил билет до столицы, попросил присмотреть. Мне повезло оказаться с тобой в одном вагоне, а затем и в купе — лорд Харрикейн согласился поменяться местами. Наше знакомство получилось естественным.

— Редкая удача! — ехидно восхитилась я. — Но я предпочла бы компанию дракона.

— Не сомневаюсь. Но вышло как вышло.

— Ты хотела сказать, что вышло как нельзя кстати. Для тебя и Гила. — Проделав несколько стремительных шагов, я оказалась прямо напротив предательницы. — Кэрри, я ведь тебе доверилась, пустила в свой дом!

— Не стану отрицать, этот поступок меня не красит. Но… Я ненавидела тебя за глаза, Эмили. А когда мы познакомились, изменила свое мнение и пожелала помочь. Нам нужно быть заодно. Если ты освободишься от Гилберта, у меня появится шанс. Я люблю его! Люблю по-настоящему!

— Он же придурок! — удивилась я.

— Для тебя. А для меня — мальчик, который угощал меня клубничными леденцами, когда я грустила. Дарил красивых куколок на новогодье. Катал на санках, писал трогательные записочки с признаниями и прикладывал подорожник к разбитым коленкам. Пусть он и отдалился в последнее время, но я знаю, что он по-прежнему меня любит. Просто… Просто не может пойти против отца.

— Верно говорят, любящее сердце не замечает недостатков, — пробормотала я, качая головой.

— Когда-нибудь и ты полюбишь, Эмили, тогда попомнишь мои слова.

Я прикусила губу и отошла к столу. Постучала по крышке пальцами, переставила с места на место пресс-папье.

— Это ты рассказала Гилберту, что сегодня утром мы будем в академии?

— Я. Удачно вышло, что мы опоздали. Гил едва-едва успел добраться туда от вокзала. Он хотел помешать тебе участвовать в испытаниях.

— Вот почему ты задержала меня с утра!

— Да. Но потом... Потом я передумала и решила, что это мой шанс. Решила бороться за свою любовь. Поэтому не стала врать магистру Харрикейну, когда он спросил о тебе.

— М-да…

Я тяжко вздохнула и еще раз мысленно поблагодарила дракона за своевременную помощь. Возможно, если бы не он, я бы уже была женой Гилберта.

— Кэрри, я устала. Давай перейдем к сути?

— Мы как раз до нее добрались. Твоя печать исчезнет, если Гилберт поставит ее кому-то другому.

— Ну это маловероятно, — разочарованно выдала я.

Так и знала, что зря ее нытье слушаю! Еще и сопереживать начала.

Я и правда сочувствовала Кэрри и злилась на себя за это.

— Гилберт остановился в гостинице «У Полуденной Феи» в соседнем со мной номере. Он планирует перехватить тебя завтра после академии.

— Перехватить? Как это?

— Эмили, ну что ты как маленькая? Дюжие парни закинут тебя в карету и увезут туда, где вас с Гилбертом соединят узами брака. Такой план.

Я даже похолодела. Ничего себе!

— Прекрасно! Спасибо, что предупредила, — поблагодарила я ее искренне.

За одно это можно было бы Кэрри простить.

— Если у них получится, трудно будет что-то исправить. Но я не собираюсь сдаваться! Этой же ночью я попробую соблазнить Гилберта.

— Ты с ума сошла?! Почему ты так уверена, что после этого он поставит печать тебе?

— Я не уверена, но связанные печатью добрых намерений обязаны хранить друг другу верность.

— Думаешь, если магический договор будет нарушен, она сама по себе развеется?

— Очень на это надеюсь.

А ведь это может сработать! Печать добрых намерений все-таки не связующее заклятье или что-то в этом роде. Она не принуждает людей быть вместе, лишь подтверждает готовность. Не сама печать грозит мне, а суд, в результате которого мама потеряет ферму.

— Мне было больно, когда вы целовались… — сказала я и потерла запястье. Заметив, как изменилась в лице Кэрри, поторопилась объяснить: — В руку словно иглу раскаленную вогнали. Очень неприятно.

— Тогда, если все пойдет по моему плану, ночью тебе придется несладко. Приготовь лед и какие-то обезболивающие средства. Закажи заранее доставку, а на улицу тебе лучше бы не выходить, — посоветовала Кэрри.

— Потерплю, ради такого дела. Так ты гарантируешь, что все получится?

— Нет, — призналась Кэрри. — Гилберт может отказаться от меня. Или не захочет отказаться от тебя. То есть от твоей фермы, несмотря ни на что…

— И ты все равно готова рискнуть?

Кэрри посмотрела мне в глаза.

— Да. Я делаю это ради собственного счастья.

— Допустим, у тебя ничего не получится. Что тогда?

— Тогда остается лишь один вариант, гарантированный.

— Какой?

— Боюсь, ты на такое не пойдешь.

— Кэрри, не томи! Я тоже готова на все, чтобы эта свадьба не состоялась!

— Тогда нарушить договор должна ты.

— Сдурела?!

Я уставилась на Кэрри в возмущении. Та только пожала плечами.

— Печать гарантированно выгорит, освободив Гилберта от его обещаний.

— Но ведь... Я не могу потерять невинность неизвестно с кем!

— Так я и думала. Сегодня я поняла, что буду бороться за Гилберта до конца и любыми средствами. Хочешь ты того, или нет.

— Удачи, Кэрри! Надеюсь, тебе повезет этой ночью! — пожелала я от всей души.

Вариант был, прямо скажем, идеальный.

— Спасибо! — Кэрри подхватила свою сумку. — Ну, тогда счастливо оставаться, Эмили. Надеюсь, у нас еще будет шанс стать настоящими подругами, и тогда мы просто посмеемся надо всем, что было, за чашечкой чая.

— Кто знает…

Я проводила Кэрри Сниктон до двери. Когда она вышла за порог, я ее окликнула и спросила:

— Ты смогла пройти последнее испытание?

— Нет. Эта грымза из министерства сочла меня бестолковой бездарностью, которая зря тратит ее время.

Мы одинаково невесело рассмеялись.