Глава 9

Не обращая внимания на моё слабое сопротивление, Ира затолкала меня в ванную, а сама отправилась открывать дверь. Я же, только глянув в зеркало над раковиной, вздрогнула и поспешила смыть художества маленькой проказницы, но оказалось, что это не так-то просто. – Кажется, не тушь, – в отчаянии прошептала, в третий раз намыливая лоб. Но тщетно! Ресницы, нарисованные на нём, не оттирались. Теперь-то я догадалась, что Тося воспользовалась несмываемым маркером, и запаниковала ещё сильнее. А из-за двери слышала голоса, и от этого становилось ещё хуже. – Здравствуйте, я подруга Любы. Проходите, пожалуйста, она умывается. – Я на минутку, – предупредил мужчина. – К сожалению, мне снова нужно возвращаться в часть. – Вам снова нужна помощь с ребёнком? – спросила Ира. – Уверена, Люба не откажет. Она очень добрая и с детьми прекрасно ладит. А ещё отличный врач и эффектная женщина! Верно? – Кхм… – Кажется, Ивар не ожидал такого напора. – Э… Да, разумеется. А я была готова взвыть – да что Ира творит? Как я после такой презентации мужчине в глаза смотреть буду?! Впрочем, буду ли? Как показаться, если тебя можно перепутать с индейцем? Впрочем, учитывая мои сто килограмм, скорее, с индейкой! «Да, не выйду, пока не уйдёт», – решила я и на всякий случай закрыла шпингалет. – Люба! – должно быть, услышав щелчок, громко позвала Ира. – Выходи, твой сосед очень торопится! – Простите, у меня возникли некоторые проблемы, – отозвалась я. – Можно, я вас выслушаю здесь? Вряд ли подполковник хотел попросить снова посидеть с его дочерью, иначе пришёл бы с ней. Тогда зачем? Наверняка пришёл извиниться за Тосю. Видел, что она сделала. – Люба, не глупи, – прошипела из-за двери подруга. – Ты многое упустишь, если не вылезешь из своей раковины. Тебе явно стоит это увидеть. Я под огромным впечатлением! Признаться, сердечко дрогнуло, а женское любопытство так и защекотало. Решившись, намотала на голову полотенце, чтобы скрыть «ресницы». На лбу это сделать удалось легко, но Тося постаралась изобразить их и на веках, поэтому пришлось сдвинуть тюрбан на самые глаза. Вышла из ванной комнаты я практически на ощупь. Ощутила, как Ира схватила меня за руку и подтолкнула вперёд. Вот только я не заметила коробку на полу и, запнувшись за неё, полетела прямо на мужчину, сбив его с ног. – Я не хотела! – испугалась Ира. Тюрбан отлетел в сторону, а я упала и уткнулась разрисованным лицом в ароматную нежность лепестков алых роз. Застыла в полнейшем изумлении и, вдыхая маслянистый запах цветов, медленно осознала, что лежу на Иваре. «Стыд-то какой! – пронеслось в мыслях. – Я и так тяжёлая, а с размаха просто убойная!» – Вы в порядке? – услышала мужской голос. «Это я, чёрт возьми, должна была спрашивать!» – Д-да, – дрожа, попыталась подняться, но укололась о шип. – Ай! И снова упала на широкую и твёрдую, будто камень, грудь мужчины. – Ох, моя вина, – сдавленно просипел Ивар. – Надо было выбрать цветы без шипов. Мы барахтались на полу, пытаясь подняться, но стоило мне попытаться, я кололась, ойкала, падала обратно, и каждый раз мужчина краснел всё сильнее. Ситуация была бы комичной, но встать мне так и не удавалось, а Ивар даже не пытался. Напрягшись всем телом, он смотрел на меня не мигая, и всё сильнее тревожили его расширяющиеся зрачки. – Люб-б-б… мы не… можно! – пробормотал он бессвязно. Кадык на шее дёрнулся. «Вдруг головой ударился? – запереживала я, удивляясь его полной неподвижности. – Или не может дышать?» – Ира, помоги! – взмолилась, обращаясь к подруге. Но в ответ была тишина. Старшая медсестра успела выскользнуть из квартиры и прикрыть за собой дверь. Её бегство оказалось последней каплей, переполнившей чашу, и я поддалась настоящей панике. Подполковник, казалось, почти не дышал! Вдруг у него микроинсульт?! Да, Ивар ещё молод, но в наше время эта дрянь поражает и здоровых мужчин. Отбросив букет в сторону, я уселась на мужчину верхом и требовательно позвала: – Ивар, вы меня слышите? Наклонилась, чтобы проверить, реагируют ли зрачки на движение, как вдруг ощутила что-то твёрдое, а потом и мужские ладони на своих бёдрах. Ивар сжал их и судорожно выдохнул, а я застыла, поражённая догадкой. Да быть не может!