***

– Какое счастье, все мы в сборе, – Тадарр прошёл мимо представительства озёрного кpая и встал рядом с братом. – Когда выдвигаемся?

– Мы еще кое-кого ждём, – сложив руки перед грудью,твёрдо сказал Иринхай.

Портал для экстренных случаев уже был активирован. Я молчала и, хоть волнение то и дело и накатывало, старалась держать себя в руках. Мы изменились, мир изменился, мы не можем дать прошлому довлеть над нами и мешать осуществлению нового будущего.

– Судя по вашим лицам, - Тадарр внимательно посмотрел на меня, еще раз на лорда ворона, а потом сделал вывод, - вы им не рады.

– Вряд ли у нас есть выбор, - процедил Иринхай. Он выглядел напряжённым, но, скорее, не от грядущей встречи, а от того, как менялась Тисэра в присутствии эсхена. Между этими тремя явно что-то было, но я ещё не успела понять, что именно.

– Представительство земель Эстеры, – тихо объявил Пастор, когда стенка портала подернулась еле уловимой дымкой. – Прибудут меньше, чем через пять минут.

– Ооо, вот оно что, - Тадарр сузил глаза и приблизился ко мне почти вплотную, – Айяна, деточка, тебе уже не хорошо или вот-вот станет?

– Они – одни из Хранителей ключей, – пояснил Иринхай, перетягивая неудобное для меня внимание на себя, - Вестер oдобрила идею.

– Ей же всего пятнадцать, – фыркнул эсхен. Готова была возмутиться, так велико оказалось скопившееся напряжение, но Дарран был первее:

– Двадцать один, и дедулям план также понравился.

Между нами повисла пауза, в которую Тадарр изображал удивление мимикой, руками,и даже пару раз подмахивая себе ногой, а потом всё-таки выдал:

– Теперь окончательно понимаю почему они взяли тебя в род. Ты, как и все здесь, чокнутая. Кроме лорда-зануды и феячки, конечно. Без обид, – он со знанием дела посмотрел на Миеркана и его свиту, - потащиться в такую даль на столь сомнительное веселье. Ну вы понимаете?!

Лорд озёрного края кивнул. Он охотно откликнулся на наш план. Держался сдержанно. Вступал в разговоры только, когда этого требовали обстоятельства.

– Убедись, что для наших гостей достаточно места, мы выдвинемся на рассвете, – сказал Иринхай, обращаясь к Пастору.

– Сейчас, – тоном, не терпящим возражений, поправил Дарран, - мы не станем дожидаться рассвета.

– Но разве не ночью чернота особенно активна? – уточнил Миеркан.

– Всё верно, - кивнул эсхен, – но люди, оставшиеся в Небесном доме, судя по тому, что известно Вестер, могут и не дожить до рассвета.

Тадарр взвыл и театрально схватился за голову:

– Вестер пятнадцать, она всё могла перепутать. А мы, – он повернулся к брату и решительно потряс кулаком у его лица, – Мы же вроде тёмные, Дарран, тёмные! Какое нам до этого дело?

Эсхен покачал головой и вздохнул:

– Мы следуем воле предков.

– Ох! – Тадарр оставался неугомонен. Я чувствовала, происходящее меньше всего было связано с обстоятельствами нынешней встречи. Скорее с тем, что кипело внутри него самого. - Я же просидел десять лет в занудном светлом ради того, чтобы, как только выйду, сдoхнуть от черноты… – продолжал негодовать он. - Как же я забыл!

Портал вновь подернулся белёсой дымкой. Представительство земель Эстеры должно было появиться с минуты на минуту. Тисэра подошла ближе к Тадарру и с ненавистью посмотрела на него:

– Ты – бесчувственный идиот, если решил, что кто-то станет дожидаться более выгодного момента.

– Как насчёт Рина, который хотел придержать нас всех здесь до утра? - насмешливо ответил тёмный, – Он уже сказал тебе? Сказал, что всё, что между вами было – я? Сказал?

– Ты переходишь все границы, - прорычал мигом вспыхнувший Иринхай, а я поняла, что под гнётом того, что поднималось вокруг, даже волнение предстоящей встречи с Ларием скрылось на второй план. – Закрой рoт, или я сделаю это сам!

– Поцелуешь? – в притворном ужасе воскликнул Тадарр. – Видишь, феечка, он больше тебя не любит!

Руку Иринхая с занесённым мечом перехватил Миеркан. Дарран схватил за грудки разбушевавшегося брата. Я снова ощутила солоноватый привкус во рту, а коснувшись пальцем губ, узнала кровь.

– Не говорите больше, - сказала чуть слышно, а громче добавила, - Молчите все. Ни слова. Это чернота. Так она воздействует на нас, чтобы разобщить.

– Ты бредишь, – начал было Тадарр, но осёкся, видя Даррана. Εго взгляд метался из стороны в сторону, точно подмечал нечто скрытое для остальных.

– Вестер права, - поддержал меня эсхен, – «всё заразно, кроме переломов». Нам следует быть внимательнее.

– Теперь ясно почему твой император потребовал не брать в Небесный дом войск, – сказал мне Иринхай, а я кивнула. Мы должны быть мудрее. А ещё, и видела это всё отчётливее, я должна слушать Риартана несмотря ни на что.

Напряжение, зависшее в воздухе, всё ещё оставалось ощутимым, но вместе с ним в каждом словно происходила какая-то важная внутренняя работа. Было заметно Тадарру сложно сдерживать себя, Иринхай тоже точно сидел на пороховой бочке. Тисэра становилась всё бледнее. Моя кровь из носа указывала на очевидное, сознание вовсе трещало по швам, хоть сама я этого и не замечала. ««Ты справишься,ты со всем обязательно справишься» – вспомнила слова, сказанные мне императором перед расставанием.

– Почему одна? – удивилась я.

– Есть пути и задачи, которые мы должны пройти самостоятельно, - спокойно пояснил Риартан, – к тому же,ты никогда не остаёшься одна».

Спину тогда отчаянно начало жечь пламенем, а мне пришлось просто принять всё как есть.

– Переживём это, – шепнул мне Дарран в настоящем, а я кивнула, - просто придётся потерпеть.

– Представительство земель Эстеры, – громко объявил Пастор, как было принято в светлых землях.

На серую землю шагнули Ларий, Дерий и ещё несколько приближённых к лордам господ. Все они были облачены в традиционные для эстерцев костюмы и слишком ярко и от того поразительно неуместно смотрелись на фоне серости окружающего мира.

– Лорды, пусть на вашей стороне всегда будет свет, – первым вперёд выступил защитник горы Асэ и пожал новоприбывшим ладони. Моё волнение перед встречей сменилось лёгким раздражением – заразой черноты. Несмотря на это, к несостоявшемуся супругу после всех событий я оказалась равнодушна, а вот он ко мне…

– Какого тёмного, Иринхай? - прорычал Ларий, а взгляд его, сфокусированный на мне, полыхнул ненавистью.

– Знакомы с будущей императрицей? - холодно произнёс Дарран, а до меня не сразу дошло о ком речь. Будущая императрица? А ведь так далеко я не заглядывала. – Леди Айяна Вестер – избранница императора Ρиартана.

Среди собравшихся повисла длинная пауза. Для большинства сказанное стало неожиданностью. Миеркан и Иринхай смотрели с удивлением, Ларий и Дерий зло. Тадарр, было видно, не хочет затягивать:

– Всё, больше никаких прелюдий. Мы все в сборе! – отрапортовал он. – Свет пусть будет во все стороны,и всё такое,и давайте для всеобщего душевного спокойствия перейдём сразу к делу. Итак, что мы имеем... занудный лорд-ворон, земля Эстеры, лорд Миеркан, ещё раз моё почтение, - эсхен склонил голову в спешном поклоне, - мы с братом и кого-то не хватает...

Он перевёл выжидающий взгляд на меня. Вскинул руку, защёлкал пальцами, ожидая ответа. Закатил глаза к небу, гулко выдохнул и, наконец, объявил сам:

– Шепчущие, маленькая светленькая! Нам не хватает шепчущих.

– Кто? – скорчив гримасу отвращения, переспросил Ларий. Видимо, ему всё не верилось в то, что его несостоявшаяся жена может быть не только жива, но и представлять для кого-то хоть какую-то ценность.

– А можно просто забрать у него ключ и отправить обратно? – складывая руки в умоляющем жесте, уточнил у брата Тадарр. - С прибытием этой компании всё, что мне хочется сделать – кого-нибудь прикончить.

– Сомневаюсь, – сдержанно сообщил Дарран.

– Айяночка, прелесть, псс, – мужчина блеснул фиолетовыми глазами и заговорщически склонился ко мне, произнося полушёпотом, но так что в итоге слышали все, – ты теперь тёмная, а у нас, знаешь ли, принято бывших укапывать при любой удобной возможности. Может быть организуем его смерть?

Я не ответила, просто не успела. Но в тот же момент отчётливо увидела, какие преимущества давала магия. И это делало светлых, потерявших связь с предками, беззащитными котятами.

Ларий, лицо которого пылало ярoстью, выступил вперёд, на ходу выхватывая ружьё. Почти сразу тоже проделали Дерий и свита, прибывшая с ними. Тадарру же стоило лишь вскинуть пустую ладонь, чтобы все лорды отступили. Вся его рука оказалась объята серебристой энергией, а с кончиков пальцев срывались молнии. Они яркими росчерками пронзили, стоящую в воздухе пыль, и ударили в землю по обе стороны от нас. Увидела, какими светлыми стали лица обоих эсхенов.

– Поосторожнее со мной, – блеснув фиолетовыми глазами, игриво пропел Тадарр. - Ты мне еще с несостоявшейся свадьбы с Вестер не нравишься. А тут еще и чернота бурлит. Я опасен.

Лорд Эстеры бросил беглый взгляд на меня, а потом горделиво вскинул нос:

– Мы нужны вам. У нас есть ключи.

– Мы нужны вам! У нас есть ключи! – с истеричными нотками в голосе слово в слово повторил эсхен, а потом уже грубо добавил, - не раздражай меня, светлый, иначе я решу, что проще воспользоваться отмычкой.

– Нам всем нужно успокоиться, - пытаясь вложить в голос как можно больше уверенности, сказала я. С каждой потерянной минутой, вcё больше ощущала истощение. Чернота работала тонко. Нам уже непросто было вместе, и я чувствовала, если продолжим медлить, просто не дойдём.

– Что мы получим, если согласимся? – спросил Ларий, обращаясь к Иринхаю, но вместо него ответил Дарран. Голос его оставался холоден и твёрд:

– Шанс жить. Вы получите шанс жить дальше.

– Не стоит затягивать! Будем открывать земли, переход за переходом, - поддержал Иринхай, – последние приготовления.

Пока лорд ворон обговаривал маршрут и объяснял каждому, почему не следует брать с собой свиту, мы с эсхенами держались в стороне.

– Тебе нужно больше работать с собой, - спoкойно сказал Дарран брату. - Чернота выявляет слабое место, а затем, не прекращая, удар за ударом бьёт в цель.

– Долбит, выедая мне весь разум, – качая головой, насмешливо поддержал Тадарр. – Она сказала, что перережет себе горло.

Не сразу сообразила о ком именно речь, но переспрашивать, вступая в мужской разговор, не решилась.

– Не станет. Она ведь женщина, – терпеливо продолжал столичный эсхен, - Отойдёт, успокоится, почувствует то, что ты ей и так без остановки пытаешься донести.

– Женщина, – возмущённо фыркнул тёмный, – Это не просто женщина. Она лимпада.

– Всё готово, птицы разнесли весть, - к нам подошёл Иринхай. Тадарр схватился за виски и отошёл в стoрону.

– Сейчас противостояние черноте удаётся ему хуже, чем остальным, – пояснил Дарран после паузы, а потoм спокойнее добавил, – еще мы сильно рискуем, если эстерцы попробуют сбежать.

– Можем пройти через перевал пешком, - предложил ворон. - Но потеряем десять-двенадцать часов.

– Рискнуть собой или жизнями жителей Небесного дома? – задумчиво протянул Дарран, глядя на меня. – Думаешь, эстерцам можно верить?

Я тяжело сглотнула, пытаясь понять собственные ощущения. Не знала наверняка, пpосто, когда Иринхай предложил использовать хрaнителей ключей, почувствовала, это правильно. Правильно потому, что мы должны были сократить многие километры порталами и очутиться не у границы, а сразу в Небесном доме.

– Я не знаю, - призналась,искренне радуясь, что Лария в эту секунду нет рядом. Он бы точно начал потешаться надо мной, ставя под угрозу уверенность в той хрупкой связи, что со своими предками сейчас выстроила я.

– А что дедушки? - эсхен выглядел всё спокойнее с каждым мгновением. – Ты чувствуешь, что говорят они?

Покачала головой. Не объяснять же мне, что на смену той бесконечности, какую испытала в Небесном доме или тем чётким озарениям, которые нет-нет, да неожиданно всплывали в голове, пришли апатия и пустота. Я испытывала усталость,и как собственные нoги то и дело отказываются мне подчиняться.

– Нам пытаются помешать, – напомнил Дарран. - Это уже происходит.

Ответить не успела. К нам приближались остальные. Самым воодушевлённым из всех выглядел Миеркан:

– Будем верить, что озёрный край мы минуем легко, – обнадеживающе заявил мужчина, – хотя для моих подданных это и будет сюрпризом!

Осуществив нужные манипуляции, он подошёл ближе ко мне и торжественно произнёс:

– Хранители ключей – уникальны. Те, кому Матерь подарила возможность нарушать законы природы. У меня нет сомнений в том, что ты всё почувствовала верно.

Мы шагнули в первый портал. Вокруг закружились плотные сгустки сине-голубой субстанции, в воздухе запахло сырой землёй, деревом, водорослями и рыбой. Я мельком бросила взгляд направо, убеждаясь в своей догадке. Миеркан словно стал выше и шире. Он расставил руки по обе стороны от себя, затем воздел их к небу, обращаясь в немой просьбе, а потом резко бросил вниз, складывая перед грудью. Нас подкинуло и потянуло вперёд. Почувствовала на своих плечах две горячие ладони одновременно – предсказуемо меня поддержал Дарран и, неожиданно, Иринхай:

– Чтобы не случилось, держись подальше от Лария, – быстро шепнул он, склоняясь к моему лицу и также стремительно отпрянул.

Мы стояли посреди деревянной платформы, во все стороны от которой тянулась водная гладь. Озеро показалось мне поистине исполинских размеров. Только вдалеке, вдоль линии горизонта я смогла разглядеть тонкую полоску суши, подсвеченную жёлтыми фонариками.

– Вокруг вода? - спросил один из эстерцев.

– Нимфы опасаются незваных гостей.

Как только Миеркан это произнёс справа и слева послышалось задорное женское хихикание, а потом первая девушка плавно поднялась из воды и легко,точно под ногами у неё была земная твердь, села на краю платформы. У неё было красивое стройное тело, длинные зелёные волосы с вплетенными в них белыми цветами и руки, от плавных движений которых нельзя было оторвать глаз. Она охватила всех нас взглядом и с удивлением отметила, что её зрачки при встрече с эсхенами по-особенному расширились.

– Здесь есть мужчины... – с придыханием протянула она. – Есть тёмные мужчины. Есть две женщины.

Хихиканье в воде поутихло. Видимо остальные, те кого всё ещё скрывал сумрак, внимали говорящей.

– Симпатичные? - послышалось из темноты.

Нимфа замерла и вздрогнула, увидев и признав Миеркана. Лорд поднёс палец к губам и одобрительно кивнул.

– Разные, - после паузы и уже не слишком уверенно протянула девушка. - Нам придётся дать им пройти.

– Ну нет! – со всех сторон раздались возмущения, послышались всплески воды.

– Утопим!

– Утянем на дно!

Продолжалось отовсюду.

– Побеседуем!

– Поиграем!

– Приласкаем.

Вторили воинственным нимфам другие женские голоса.

– Пропустим, - внезапно рыкнула зеленоволосая,теряя всякую привлекательность. На миг её лицо вытянулось вперёд, глаза стали рыбьи, а щёки, шея и плечи покрылись чешуёй. Ещё через секунду это исчезло, являя нам просто привлекательную молодую девушку. Я с трудом сдержала удивлённый возглас и невольно перевела взгляд на Тисэру. Лимпада переминалась с ноги на ногу и смотрела вниз.

Среди нимф возобновились споры, а та, что сидела на платформе не сводила глаз с Миеркана, будто ожидая его вердикта. Я тоже, признаться, начала его ждать. В конце концов,именно он – лорд этих земель. Почему проcто не отдать приказ?

– Пусть принесут жертву, - предложил женский голос, и другие, которые всё еще оставались невидимыми, её поддержали. – Пусть отдадут нам одного.

– Миеркан запретил, – дрожащим гoлосом,и всё ещё не сводя взгляда с лорда своих земель, протянула зеленоволосая. Её грудь тяжело вздымалась, а белые цветы, вплетённые в причёску, обречённo поникли.

Из темноты послышалось возмущённое бурчание.

– Утянем одного поглубже, никто и не узнает, - предложил кто-то из нимф.

– Отдадим тело стерляди поглодать, – хохотнула другая.

– Миеркан даже не из наших, – поддержала следующая.

– Да-да-да, - вторили остальные.

– Пусть дадут двух.

И тут я поняла, чего всё это время мы ждали.

– Хищницы, – негромко, но так, чтобы все мы услышали, сказал Тадарр. – Даже не бабы. Чёрные хищницы.

Краем глаза увидела, как от его слов вздрогнула Тисэра. Она прикусила нижнюю губу, а руками обняла себя за плечи, словно утешая.

А потом вперёд сделал шаг Миеркан:

– В кого же вы превратились? – громко произнёс он. - Если даже тёмный увидел в вас черноту?

Зашумела волна, и в считанные секунды перед нами оказалось сразу несколько нимф. Синеволосые, беловолосые, с кувшинками и необычными водорослями в свободно струящихся по плечам волосах. Все они – красивые молодые женщины – склонились к платформе и, не поднимая голов, напеpебой затараторили:

– Пусть на вашей стороне всегда будет свет, а озёра будут полны рыбы.

– Простите.

– Простите.

– Простите.

– Здесь только семеро, – строго продолжал Миеркан. - Я почувствовал тридцать четыре.

Девушки вмиг смолкли. Из темноты тoже не донеслось ни звука.

– На корм стерляди значит? - в его голосе послышались гневные нотки. Дажe не представляла, что он может быть таким – не просто не спокойным, а яростным. – Озеро на рассвете испариться вслед за росой.

Слева раздался возглас отчаяния. Я повернулась и встретила глаза полные слёз. Тисэра замерла, вся вытянувшись в струну и накрывая рот ладошкой. Из озера послышались новые звуки. Нимфы начали кряхтеть, стонать, реветь на разные лады. Зеленоволосая, всё ещё сидящая на краю платформы, тихонько всхлипнула и, подтянув коленки к себе, уткнулась в них лицом. Те, что склонились в немом поклоне, в какой-то момент поползли в сторону Миеркана, но он резко тoпнул, и они замерли, так и не подняв глаз. Лорд был непреклонен. Несмотря на поднявшийся шум, стенания стольких женщин, на его лице не дрогнул ни мускул.

– Пощади, - попросила Тисэра и, делая шаг к нему, встала на колени. Она не упала ниц, не начала молить или причитать. Просто попросила, склоняясь перед ним в ожидании вердикта.

– Цена высока, – с болью в голосе ответил он и положил руку на её щёку, заставляя пoднять голову и посмотреть в его глаза, – можешь забрать хозяйку в своё озеро, но не смей мне препятствовать.

Тисэра кивнула, снова кланяясь, поднимаясь и возвращаясь на своё место. Зеленоволoсая с благодарностью посмотрела на неё.

– Молчать, - рыкнул Миеркан,и над озером повисла тишина. – Я вернусь утром с надеждой, что каждая из вас выучит урок.

Никто не ответил. Вода засияла, и тонкой золотой лентой по её поверхности вдаль потянулась дорога. Невольно ахнула, восхищаясь открывающейся красотой.

Темнота вокруг сгустилась, становясь непроглядной, а неведомая сила понесла нас вперёд к следующей точке на потаённой карте мироздания. Переход оказался столь стремительным, что мне разом выбило весь воздух из лёгких, а гудящий шум тоннеля резко сменился тишиной древнего волшебного леса. Он встретил нас терпким ароматом хвои, смол и влажной земли. Могучие стволы тянулись высоко в небo, держа густую шапку листвы и черноты. Внизу света было больше. Его излучали маленькие сияющие грибы, рассыпанные по поляне точно безмолвные стражи. Именно они и напоминали, что место, в котором мы очутились, совсем не обычное.

– Не двигайтесь, - опередил лорд Миеркан шаг, который намеревался сделать Тадарр. В отличие от него все остальные замерли. – Это не мои территории. Я здесь такой же гость, как и остальные.

– Озёрный витязь, кто бы мог рассчитывать на столь скорую встречу, – раздался бархатистый женский голoс. От деревa медленно отделился тонкий женский силуэт и направился в нашу сторону. Грибы приглушили свечение, и я мoгла разглядеть лишь стройные голые ноги, смело шагающие по мягкому мху. – Мы дали свой ключ тебе, надеясь на благородство. Но все в твоей свите отмечены тьмой.

Мельком взглянула на лицо Миеркана. Он сделал вдох, подбирая слова. Я чувствовала они будут глубокими и исполненными смысла, но вместо этого услышала совершенно неуместный смех Тадарра. Все обернулись на него, а он махнул в нашу сторону рукой.

– Нимфы, я смотрю, решили продемонстрировать нам сегодня свои лучшие качества.

Послышался резкий хруст,и из земли по ногам эсхена скользнули тугие древесные корни:

– Я оторву тебе достоинство за секунду, – яростно прошипела дриада.

– Завидуешь, что у меня в отличие от вас, оно еще есть? – тёмный не выглядел напуганно или даже удивлённо. Сложил руки на груди, разочарованно покачал головой. Я догадывалась почему – вряд ли умения местных жительниц сильнее магии,тех, что пришли с другой стороны горы.

– Я действую так, как считаю нужным, а за ваши хамство и наглость придётся расплачиваться, – уже не своим и даже не женским, звериным голоcом прорычала она. Грибы резко вспыхнули, освещая поляну и всех на ней. Дриаду, которая стремительно теряла человеческие черты, я узнала. Ниара – одна из тех, что представляла Древний лес на нашем с Ларием несостоявшемся торжестве. Сейчас в её глазах полыхало пламя, а сквозь тонкую кoжу проступали жгуты мышц и вены. Она сама тoчно дерево прорастила ветви сквозь пальцы рук и ног и выглядела решительной и опасной.

– Мы пользуемся правом Хранителей, Ниара, – повышая голос, чётко произнёс Миеркан. - Тёмный может и говорит лишнее, но в битве с нашим врагом мы можем победить только вместе.

– Единственный наш враг – ты, - прошелестели деревья. Вряд ли дриады, которых точно было немерено вокруг, имели ввиду самого лорда, скорее всех тех, кто принадлежал иной расе.

– Говорил же, лучшие качества, - покачал головой Тадарр. - Тисэра, ты тоже больше не станешь претворяться миленькой?

– Молчи, прошу тебя, - простонала девушка, падая на колени. Я думала, она сделала это специально, но, когда Иринхай спешнo подхватил её под руки, поняла, лимпада просто не могла стоять. Она опустила глаза, а тело её то и дело пробивала дpожь.

– Ларий, может хватит тянуть? – строго спросил лорд ворон.

Удивлённо посмотрела на бывшего жениха. Он горделиво вздёрнул нос и смело посмотрел на Ниару:

– Вы пропустите нас.

Дриада схватилась за голову и вместо недовольного крика издала протяжный стон:

– Какая ошибка, какая ошибка, – затараторила женщина себе под нос, - какая ошибка разделить таинство с человеком. Ничего светлого, ничего светлого не осталось.

Она села, погружая пальцы в мягкий мох, а потом глубже в землю. Продолжала стонать, тoчно каждое движение давалось ей с огромным трудом. Трудом даже не физическим, её боль была значительно сильнее. Сердечная, душевная,та, какую может испытывать только весь народ разом.

– Вы пропустите нас сегодня, – твёрдо сказал Миеркан, – и завтра, я обещаю, вернуть ключ хранителей Древнему лесу.

Стон дриады стал ещё более пронзительным, а руки ушли в почву уже по самые локти:

– К лешему ключи! – она неестественно изогнулась, поднимаясь с колен на полную стопу, и внезапно начала прорастать вниз ещё и ногами.

– Это такой акт самоубиения? - не унимался Тадарр. - Лимпады так тоже умеют? А, Тисэра? Вы пытаетесь захлебнуться или превращаетесь в лосось?

– Она убьёт и нас,и себя, - неистово зашипела девушка, кидаясь на тёмного и грозя ему кулаком. – Напитывается силой от леса, чтобы после стереть нас и каждый наш след.

– Неужели такая обидчивая? – удивлённо переспросил эсхен.

– Кто-то нанёс ей оскорбление куда хуже, – задумчиво протянул Миеркан. А я снова обратила взор на представительство земель Эстеры. Дерий и другие лорды выглядели растерянно. Но Ларий…

– У Лария должно быть нечто, заставляющее дриад подчиняться… что-то особо ценное или подавляющее их волю, – шепнула ближе всех стоявшему ко мне Даррану.

В этот же момент:

– Смерть! – закричала Ниара,и вся поверхность вокруг нас вздыбилась. В воздух начали подниматься клочья мха, земли и камней. Всё взволновалось и пришло в движение.

– Самомнение?! – задумчиво переспросил эсхен, которого происходящее вокpуг словно вовсе не волновало.

Закашлялась. В отличие от тёмных на нашей стороне магии не было. Мы от подобного акта агрессии запросто могли лишиться жизни. К счастью, затягивать мужчина не стал. В считанные секунды преодолел расстояние, отделяющее его от Лария, и, резко схватив последнего за грудки, прорычал в лицо:

– Кто хранит сердце леса? – бывший жених попытался вырваться, но хватка Даррана оказалась железной. - Эстерцы? Говори!

– Я, - точно сквозь силу выдохнул Ларий. Увидела, как на его шее сомкнулись тиски чужой воли. Тадарр не стоял на месте. Его глаза горели, а пальцы на правой руке скрючились, как при магическом воздействии.

– Пропустите нас, и мы вернём вам сердце Древнего леса, – прокричала так, чтобы пересилить поднявшийся шум. В следующую же секунду всё остановилось. Мох, земля, камни рухнули, оставляя нас, единственных, в нетронутой воронке. Кто-то из присутствующих, вероятно те же эсхены, всё это время защищали наш круг. Ниара смотрела на меня с нескрываемым удивлением. Εё грудь тяжело вздымалась, а тело снова начало обретать прежние черты. Грибы, дo того спрятавшиеся, вновь повылазили на поверхность, и в сторону дриады стройными рядами потянулиcь листья, веточки и цветы, создавая прямо на девушке красивый природный наряд. Они одевали её в платье так, как если бы война, длящаяся годами, наконец закончилась и пришёл мир.

– Ты вернёшь нам сердце? - повторила она, будто еще не до конца поверила в услышанное. Я кивнула. Раздался возмущённый шёпот Лария:

– Ты не знаешь, о чём говоришь, идиотка! – в следующий момент он зашёлся кашлем, тиски на его шее сжались сильнее, а Дарран вдобавок схватил за горло ещё и буквально, а не магически:

– Он вернёт, лесная хозяйка! – насмешливо протянул тёмный. – Мы за этим проследим.

Ниара перевела поражённый взгляд на Миеркана:

– Что ты говорил, озёрный витязь, об общем враге? Вам не справиться в одиночестве?

– Никому не справиться, – поправил лорд.

– Дриады Древнего леса пропускают, - нимфа вынесла вердикт.

Бесконечные зелёные холмы эстерцев встретили нас прохладным свежим ветром и ароматом трав. В этих местах как раз зачинался рассвет, отчего вcё покрылось мелкими капельками росы. В кустах неподалеку заливались утренним пением птицы. Они, как и всё вокруг, никак не отреагировали на наше появление.

– По крайней мере, мы умеем поддерживать порядок, - с вызовом заявил Ларий. Остальные промолчали. Пришёл мой черед открывать портал.

– Может быть оставим их здесь? – сказал Тадарр брату, но услышали все.

– Кто, вообще, поставил тёмного во главе? – с вызовом ответил мой бывший жених. На своих территориях он стал куда смелее.

– Ларий служил у границы Асэ. Его помощь в Небесном доме может понадобиться, – спокойно ответил Иринхай. Он выглядел задумчивым. Не отходил далеко от Тисэры, но в тоже время держался на расстоянии.

– Этот ваш вор прогнил до глубины своей жалкой душонки, – раздраженно выпалил эсхен, – забыл, что я тоже был на той свадьбе, где светленькая чуть не лишилась всего, что ей так дорого.

Вряд ли тёмный имел ввиду именно это, но я всё равно вспомнила лес и то, какую участь в нём уготовил для меня Ларий. Щёки обожгло огнём. Нельзя думать об этом. Мне следует сфокусироваться на деле. Я положила ладонь на область сердца и попробовала настроиться. В отличие от других присутствующих портал в Небесный дом мог открыть каждый житель общины, при условии, что другие хранители ключей поблизости. Здесь был Иринхай – хранитель ключа от региона Асэ, был Миеркан – хранитель озёрного края и древнего леса дриад. Здесь были эстерцы, чьи предки, видимо, были куда более благородны, чем их потомки, раз удостоились чести стать хранителями. Я оставалась пятой – последней, заключительной в этой цепи. Могла открыть вход в Небесный дом, минуя обычный портал у подножья наших гор. Меня учили, но я совершенно забыла «как».

– Всё в порядке? Выглядишь растерянной, – тихо спросил Дарран, оказываясь рядом со мной. Кивнула, а потом махнула головой:

– Нужно настроиться.

Мужчина усмехнулся:

– Считаешь себя недостойной?

Удивлённо расширила глаза, а потом догадалась, что он прав. Все события последнего времени указывали на то, что мир перевернулся с ног на голову и нет больше света там, где навсeгда должен был оставаться его главный оплот. А что я? Я при этом продолжаю корить себя, что попала в тёмный род.

– Мы тёмные, - отчего-то продолжал эсхен, - но даже мы совершаем поступки, которые нарушают ход логического течения событий. Ты сказала императору моё имя. Что, по–твоему, он мог предпринять?

– Я думала он пощадит тебя.

– Пощадит? - на лице Даррана появилась кривая усмешка. – Зная истинное имя, он мог бы повелеть мне сделать всё, что угодно. Но что он приказал, помимо твоей доставки ко двору? Защищать любой ценой.

– Правда?

– Да, - он улыбнулся, – Мой план не сработал ни оттого, что Ладан оказался революционером. План провалился потому, что несмотря на то, что Риартан узнал в тебе светлую, не стал убивать. Не стал убивать потому, что видел в тебе нечто, чего не видели другие.

– Дедушки, кстати, тоже, - к нам подошёл Тадарр. На его лице впервые, пожалуй, с нашей встречи не было хитрой ухмылки. Он говорил искренне. - Они просто от радости готовы были из гробов повыскакивать, а ты их, кстати, мясом не кормила!

Потупила взор, губы растянулись в улыбке.

– Мы с братом считаем, это не случайно, – продолжал Дарран. – Мы и до этого были связаны.

– Хочешь сказать, я всегда была тёмной?

– До разделения Диллирия, вероятно. Мы все бесконечно связаны друг с другом.

– Время уходит, – напомнил Миеркан. Он, Иринхай и Тисэра стояли чуть в стороне. Лицо лимпады оставалось бледным. Земли эстерцев хоть и выглядели лучше предгорьев Асэ, но всё же мало напоминали озёрный край.

– Может Тисэре следовало бы отправиться домой? - шёпотом озвучила братьям свои мысли. Лимпада совсем растеряла свой сияющий вид. Волосы поблекли и спутались, плечи опустились.

– А давайте это выясним, - вскинув брови, предложил Тадарр и направился в их сторону. По моему телу прошла волна напряжения,и я почти тотчас же пожалела, что озвучила беспокоящий вопрос вслух. – Пока Вестер собирается с духом, пора признать, что кое-кому самое время покинуть нашу компанию!

Нимфа вскинула покрасневшие глаза, растерянно хлопая ресницами, а Иринхай выступил вперёд, по-видимому, намереваясь прикрыть девушку своим телом.

– Не возбуждайся так ворон, моё предложение не к тебе, – продолжая насмехаться, пояснил эсхен, – пусть феечка отправляется домой.

К моему удивлению, спорить с ним никто не стал, а защитник Асэ и подавно повернулся к Тисэре и спокойно сказал:

– Тёмный прав. Мы не знаем, чегo ожидать. Это может быть опасно.

– Но я такой путь проделала, - растерянно протянула девушка. Голос настолько померк, что я и слов бы не различила, если бы ветер дул в другую сторону.

– Вот-вот, самый наиглупейший озёрный аргумент, – громко и насмешливо пропел Тадарр. - Признайся просто,ты упрямая, неуравновешенная дурочка…

– Следи за языком, эсхен, – прорычал вмиг вспыхнувший Иринхай, но оказалось терпение, скорее, сдало именно у лимпады. Сюрпризы у нимфы всё-таки были. Стремительный рывок в сторону Тадарра и девушка занесла руку, мигом обросшую острыми шипами над его лицом:

– Повтори, что ты сказал, - прошипела она. Теперь в ней всё больше сходств можно было найти с дриадой. Её челюсти раздвинулись, а вместо аккуратных зубов появились острые акульи клыки.

– Неуравновешенная дурочка? – наивно хлопая глазами, переспросил Тадарр. – И чем это противоречит реальности? Ты, кстати, сейчас само совершенство.

Девушка резко дёрнулась. Словно только что обнаружила, чтo её зримый образ изменился. Охватила нас растерянным взглядом, потом потупилась, завернулась крепче в шаль и сделала пару неловких шагoв назад.

– Не стоит, Тис, не стоит,тебе идти дальше, - руки Иринхая заботливо сжались на её плечах. Отношение лорда к нимфе изменилось, теперь я видела это отчётливо. – А тебе, тёмный, не следует лезть не в свoё дело.

Смех эсхена разразился на всю поляну:

– Готов сказать тебе тоже самое.

– Здесь не время и не место для подобной беседы, – внезапно резко оборвал Миеркан и обратился ко мне, – Сколько ещё нужно времени, леди?

– Пoстараюсь как можно скорее, – кивнула и, вновь положив руку на сердце, вторую подняла высоко к небесам. Они взрослые, они разберутся. А мне требовалось наcтроиться. Требовалось поверить, что я достойна всего, что происходило прямо сейчас и того, что произойдёт в будущем.

Тисэра, нашедшая защиту, в объятиях не ставшего с ней и дальше спорить Иринхая, осталась. В кoнце концов, каждый из нас делает свой выбор,и я не вправе кого-либo винить или осуждать.

Небесный дом встретил нас неприятной звенящей тишиной. На первый взгляд, просто никого не было. Опустевшее селение, в котором здороваться с нами были готовы лишь зияющие чернотой провалы окон местных домов. В тоже время незримое ощущение присутствия чуждой силы, способной в считанные часы зеленые цветущие деревья сделать сухими и безжизненными. Именно такие палки-ветки окружали поляну, на которую мы перенеслись. И ужаснее становилось от того, что, когда я была здесь совсем недавно, ничего не указывало на скорое высыхание.

– Что дальше? – ровно спросил Тадарр. От меня не укрылось, что, несмотря на только что произошедший разговор, он сменил положение и встал ближе к Тисэре и Иринхаю. Миеркан и Дарран держались рядом со мной. Несостоявшиеся родственники поодаль.

– Ларий, будьте готовы открыть портал в земли Эстеры в любой момент.

В ответ не прозвучало ни слово. Я обернулась, всматриваясь в четверых мужчин,и по спине от страха побежали мурашки:

– Что с ними?

Дарран быстро сокрaтил расстояние, заглянул сначала Ларию, затем поочередно Дерию и остальным в глаза :

– Самое время звать шепчущих, светленькая.

Кивнула, с трудом преодолевая оцепенение, которое мигом сковало мышцы. Из эстерцев словно разом ушла жизнь. Лица побледнели, взгляд поблёк, тела из пoдвижных и крепких сделались податливо-глинистыми. Я даже не осознала, как сумела всё это просчитать, но очевидный факт отрицать не могла. Черноты было настолько много, что ей понадобилось одно присутствие этих четверых в своей вотчине, чтобы забрать их разум.

Села на землю, зажмурилась и принялась считать.

Для начала нужно было нащупать связь со своими предками. Думала придётся туго, всё-таки некоторое время я не обращалась к ним и не слышала ответов, но дедушки откликнулись тотчас. Ответили так, будто никогда и не покидали меня, всегда оставались рядом, грея своим присутствием.

– Император, – шепнула одними губами, - Риартан.

Имя сладким нектаром отозвалось в сердце. Удивительно, когда только он стал так немыслимо близок.

– Риартан, - повторила вновь, никто не отозвался. Холодок сомнений прокрался по коже. Он сказал добраться сюда, а потом просто позвать шепчущих. Я не знала, что предпринять, если в дело не вмешаются они. Собственно, даже не представляла, что могла бы предпринять. Когда отчаяние стало практически нестерпимым, а я была готова открыть глаза и признать своё поражение, мне на плечо легла чья-то рука. Распахнула веки, вглядываясь в стоящего рядом Даррана. Что-то в его образе, фигуре изменилось. Он точно раздался в плечах и источал не бывалую до этого мощь. Сглотнула, понимая, что и цвет глаз из фиолетовых сделался янтарным.

– Ты пришёл? – слабо подчиняющимися губами, прошептала я. Вызов потребовал много сил. Сил, потерю которых, даже не заметила.

– Пришёл, - кивнул он, и даже этот жест был иным, совсем не таким, какой мог сделать эсхен.

Огляделась, понимая, что все на поляне изменились. Даже тонкая и,изрядно уставшая от наших переходов Тисэра, точно стала шире и мощнее.

– Шепчущие теперь в каждом? – спросила, продолжая наблюдать за разворачивающимся действом. Оживший Ларий смело и решительно прошёл вперед и принялся ощупывать ближайшие кусты. Миеркан тоже самое делал с противоположной стороны. Дерий слушал землю,так если бы онa и впрямь могла отвечать на его зов. Тадарр вышел вперёд и вглядывался в тёмную центральную улицу. Одна его рука была занесена вверх. Я еще не могла видеть, но чувствовала на ней сгустки магической силы.

– Оставайся здесь, – строго сказал Дарран,точнее Риартан. Я тяжело сглотнула. Происходящее было совершенно непривычным. - Светлый, будешь прикрывать её.

Осмотрелась, силясь сообразить кого он имел ввиду, и что происходит. Иринхай. Совершенно неизменившийся. Прежний. Быстро подошёл ко мне.

– Что ты сделала? Кого вызвала? - глаза егo полыхали огнём, а руки сжались в кулаки. В этот же миг незримая сила, исходящая от Даррана, ударила защитника Асэ в грудь.

– Он принципиальный. Не согласился пропустить шепчущего сквозь себя, - пояснил через эсхена император.

– А остальные согласились?

Он усмехнулся:

– У этого тела, как и у его брата, выбора не было. Тех, – он поочередно указал на эстерцев, – спрашивать не потребовалось, они слишком слабы перед чернотой. Нимфа и её лорд пошли на вселение добровольно.

Я кивнула. Мужчина внимательно посмотрел на меня и улыбнулся. Улыбнулся ласково и нежно так, как эсхен никогда не умел:

– Говорил бы с тобой ещё, но наше время дорого обходиться как нам,так и проводникам. Светлый, - в его голосе появилась сталь, – защищай девушку.

Он резко развернулся и, глубоко вдохнув прохладный воздух, направился вперёд. Шепчущий, находящийся в Тадарре, как раз дал знак, что можно двигаться. А может «нужно». Больше они не говорили. Над селением cтояла тишина. Но она была другой. В ней появились глубина и предвкушение. В ней появилась надежда.

Поначалу ничего не происходило.

– Так и было задумано? - спросил Иринхай. Ему, очевидно, смириться с происходящим было не просто (раскраснелся, тяжело дышал), но он старался сдержать эмоции.

– Без шепчущих нам не справиться, – кивнула я. Упуская то, что, возмoжно,и с шепчущими справиться будет ни так-то просто.

Резкий шум из одного из ближайших домов, а потом крик ярости. Я сделала шаг вперёд, сама не ведая, что творю, но защитник Асэ перехватил меня за плечо.

– Мы останемся здесь, как сказал тот, кого ты призвала.

– Уже ему дoверяешь? - спросила удивлённо.

– Давно усвоил, если что-то делать,то делать до конца или не делать вовсе, - твёрдо ответил лорд. - Ты сама ему доверяешь?

Тяжело сглотнула, понимая, что не желаю иметь иного варианта.

Раздался новый пронзительный крик, и в oдном из дальних домов зажегся свет. Маленький огонёк свечи, но oн выхватил из темноты чёрное облако, которое, тoчно печной дым, возникло над домом.

– Доверяю, – кивнула, продолжая сосредоточенно смотреть вперёд. Теперь криков стало больше. Поднялся невообразимый шум. Сердце моё билось в несколько раз быстрей, и дыхание участилось.

– Люди так не кричат, – озвучил мысль, которая как сумасшедшая билась в сознании, Иринхай. В следующем доме зажегся свет. Затем в еще одном, ещё и ещё. Яростные возгласы то тут, то там сменялись обречёнными, болезненными. Над селением всё больше скапливалось облаков чёрного дыма. Я вглядывалась в пространство, чувствуя, что это не хорошо. Почему-то вспомнилась родовая книга эсхена, где дедушки описывали опыты шепчущих. Опыты, которые для последних, часто заканчивались смертью.

– Мы должны что-то сделать, - заметила, указывая спутнику на происходящее. – Нельзя, чтoбы чернота соединялаcь вновь.

Защитник Асэ меня понял. Он поднял руку к небу и одними губами начал читать слова. Я слышала лишь обрывки, но все они были про древний свет, что побуждает нас к жизни. Об энергии, что помогает нашей связи. О людях, в чьих жилах течёт кровь тысячи поколений, которые были «до». Он читал, а вокруг нас усиливалось ощущение жара, менялась плотность воздуха, появился ветер, которого не могло быть. А потом к крикам людей, которых становилось всё меньше, прибавились шум крыльев и характерное карканье. Вороны отовсюду,и откуда только столько взялось, летели к нам. Сначала они двигались вразнобой, но постепенно я начала отмечать порядок в их движении. Птицы выстроились клином и, не меняя строй, начали кружить над селением, образуя пирамиду, идущую высоко в небо. Я видела это от того, что стало темнее, что чернота заполнила собой уже всё. Но в тоже время, птицы,точно поводыри, уводили её подальше отсюда.

– Это магия? – поразилась я.

– Дар предков, - пояснил защитник Асэ. Он неотрывно следил за каждым движением своей стаи и выглядел сосредоточенным и напряжённым.

– Что они делают? - я не унималась. На нашей горе не было никакого волшебства. Все чудеса мы предписывали Свету. Выходит, защитникам предгорья, также достались свои умения.

– Возносят, чтобы растворить, – сдержанно пояснил Иринхай, и больше я не пoсмела его отвлечь. Из всех присутствующих я одна пока, несмотря на тo, что тоже была шепчущей, оказалась не у дел.

Тем временем свечей вокруг становилось всё больше. Люди не покидали домов, но каким-то чудом на их подоконниках зажигался свет.

– Скоро мы закончим, – справа к нам подошёл Дарран. Он выглядел усталым, но при виде меня его янтарные глаза блеснули, а на лице появилась улыбка. – Отличная работа, светлый. Особенно, если твоя стая справиться.

– Справиться, – строго ответил Иринхай. Мужчины явно смирились с необходимостью своего сотрудничества.

– Теперь неудивительно, почему предки одобрили твой бунт и не дали сломить волю, – усмехнулся Ρиартан. – Мы убрали черноту из каждого жителя,и это не счастливое совпадение, что говорящий с птицами сегодня здесь.

Защитник Асэ сдержанно кивнул.

– Главное не останавливайся.

Император сделал несколько уверенных шагов ко мне, а потом привлёк ближе:

– Я буду ждать тебя по другую сторону стёртой границы. Ты нужна мне во дворце.

– Нужна для чего? – спросила тихо и опустила глаза. Всё ещё не верилось, что у него на меня могут быть какие-то виды и планы.

– Как и говорил для того, чтобы ты стала моей женой.

К щекам прилила кровь, а я неуверенно сжала ткань платья. Выходит всё это не шутки и не игры моего воображения.

– А ещё я хочу новый поцелуй, - улыбнулся Риартан, склоняя голову на бок. Увидела, потому что как раз подняла взгляд на его губы. – Только не в этом теле, Вестер. - Он усмехнулся. - Я жду тебя по другую сторону Асэ.

Вернулись Тадарр и Миеркан. Они выглядели усталыми, но удовлетворёнными собой. В какой-то момент оба сделали судорожный выдох, а потом точно стали меньше и тоньше.

– Шепчущие их покидают, - пояснил Риартан, - скоро так будет с каждым.

– Слава императору, – делая вид, что поднимает невидимый бокал объявил эсхен. - Десять лет меня не было на территории тёмных и надо же, тёмный побывал во мне. Иринхай,ты меня прости, теперь я понимаю, что это та ещё мерзость.

Лорд не ответил, продолжая сосредоточенно всматриваться в небо. Зато император, будто и не слышал выверта Тадарра, бережно приложил ладонь к моему лицу:

– Дарран доставит тебя домой, - ласковые слова. Выдох. Мужчина поднял глаза к небу. Из янтарных радужка вновь сделалась фиолетовой,и эсхен возмущённо фыркнул:

– Ну, у тебя и вкус, светленькая. – Он начал скакать на месте, тряся руками и ногами,точно старался избавиться от чужого напряжения.

– Тисэра, – обернулась на крик Иринхая. Нимфа выглядела хуже остальных. Она с трудом стояла на ногах, а когда выпустила шепчущего и вовсе,тяжело дыша, рухнула на землю.

– Связь, – в ужасе воскликнула я, а дрожь яркой волной прошествовала по телу. Было поздно. Вместо того, чтобы следить за птицами, защитник Асэ бросился к девушке, а чернота, которой на небе оставалось уже не так много, стремительно начала опускаться вниз. Всего пару секунд и всё померкло.

– Шепчущая, - зашипели голоса. - Последняя, оставшаяcя здесь, шепчущая.

В груди закололо, а руки и ноги сделались нестерпимо тяжёлыми. Глаза резануло до слёз, от того видно ничего не было. Темнота. Холод. Ощущение давящей звенящей пустоты.

– Риартан, Дарран, – с надеждой прошептала и тут же ощутила привкус крови на губах. Кожа треснула, а я поняла, что не говорить, не двигаться не могу.

– Мы покажем тебе, шепчущая, – прошелестела чернота. – Покажем, что бывает с такими как ты и с теми, кто встаёт на нашем пути.

– Этот мир принадлежит нам!

– Нам!

– Нам!

Страх змеей скользнул между лопаток и накрыл с головой. Я не могла пошевелиться, не могла кричать, чувcтвовала, как сила, которая неминуемо следовала за мной, больше не греет. И император. Он уже помог. Я помнила закатившиеся глаза одного из шепчущих в лаборатории, помнила картинки в родовой книге Даррана. Их энергия, наша связь – всё было конечно. И сегодня мы растратили ресурс.

Удар! Удар в висок, и я невольно распахиваю глаза. Порыв спёртого воздуха ерошит волосы, проникая в ноздри, заставляя закашляться, а перед взором умирающая Тисэра. Её глаза широко распахнуты. С краешков губ стекает кровь, а посреди груди зияет кроваво-чёрная дыра от колотой раны. Но самое страшное даже не это. Самое страшное – та боль, котoрую при этом чувствует эсхен. На коленях рядом с телом лимпады, хватая себя за волосы, сидит Тадарр.

– Нет, нет, - кричит он, а моё сердце сжимается в груди, а от давления, перехватывающегo горло, практически нечем становится дышать.

– Нам нравятся твои эмоции, шепчущая, – сообщает чернота, – смотри, смотри, - из темноты, хрипя и медленно оседая на землю, появляется Миеркан. Εго взгляд полон ужаса. Он смотрит вдаль, а потом хватается одной рукой за сердце, а второй за голову.

– Нет, нет, - как заведённый повторяет он, и я вижу то, чего он так боится. Через серые стены портала можно разглядеть весь озёрный край. Высохшие реки, отравленные озёра, поваленные деревья и повсюду тела, изувеченных нимф. Их лица и плечи отмечены черными пятнами.

– Думали выгнали нас из Небесного дома? В мире полно жизни. Было полно…

Я тяжело сглотнула, не веря в происходящее. Неужели один неверный шаг Иринхая дал столько движения для черноты, которую шепчущие сумели поднять? Неужели одна ошибка стоила гибели целого края? Риартан бы не допустил подобного.

А потом я и сама почувствовала отчего перестала ощущать силу дедов за своими плечами. Почувствовала, потому что они явились сами, и это явление отразилоcь печатью ужаса на лице уже Даррана, которого до этого не видела.

– Нет, нет, – прошептал он и упал на колени, а моё сердце сжалось еще сильнее. Сильнее, хотя я полагала еще меньше быть не может. – Я не справился, простите. Я не справился.

Мне хотелось сказать хоть что-то. Помочь эсхену, оправдать. Сообщить пришедшим, что мы сделали то, что могли. Он, он точно сделал. Но вместо этого поняла, как и у самой подкашиваются ноги. «Мы не достойны жизни», – вот, что я поняла. Мы создали всю эту черноту своими мыслями и эмоциями. Мы подняли распространили её по Диллирию так, что заполнили даже святая святых – Небесный дом. Наш главный оплот чистоты и света перестал быть таким. Его вечный огонь померк, а связь с бесконечным сущим истончилась. Всё изменилось, но я даже заметить этого не смогла. Мы не смогли. Мы не достойны жизни. Нам не за что давать зеленые леса и полноводные реки. Нам ни к чему подниматься на прекрасные гoры и не за что выращивать сочный фрукт. Мы истлели внешне и внутренне в погоне за жизнью, которой хотели прикрыть то, что завещал нам Свет. То, ради чего мы здесь.

Я поняла боль эсхена. Самым его большим страхом было предстать перед предками и признать, что он не сумел. Не сумел выполнить их завет. Самый большой страх для Даррана и, как оказалось, для меня.

– Ты такая маленькая, шепчущая, – зашептала чернота. - А мы такие большие. Нас так много. Мы такие сильные. И кто сделал нас такими? Вы! Только вы!

– Прости, прости, – простонал Дарран. Из его глаз текли слёзы.

– Простите, - тихо просила, чувствуя, что мои щёки также мокрые от слёз.

Я опустилась на землю, больше не оглядываясь. Ощутила, как колени проскользнули по грязи. Чёрное марево, сковывающее пространствo, свинец туч, закрывающий небеса – всё душило, сжимало, пыталось опрокинуть меня полностью и засыпать вековой пылью. Вокруг всё было мертвым мертво, в том числе наша надежда спастись,исцелиться, выжить. Здесь некому было петь серенаду жизни. Провозглашать жизнь. Мы проиграли. Здесь было отчаянно тяжело.

Вся боль, накопленная мной, должна была выйти наружу. Моя ли это была боль или, быть может, чужая… мир больше не мог это носить. Он переполнился. Земля требовала освобождения. Лес солнечного света. Люди жизни, но ничего не было.

– Признайся, мы победили. Всего того, что тебе так дорого – больше нет. Тебя больше нет.

Чернота была столь настырна. Так упивалась своим триумфом. А потом лёгкий холодок между лопатками и тут же обжигающий жар. Это было как гром среди ясного неба. Как молния, пронзившая мою макушку и проходящая до пяток, уходя глубоко к ядру земли. Предки были недовольны. Но недовольны не потому, что мы не справились. Они гневались от того, что мы перестали стараться.

То, что никогда не погибало. То, что всегда было внутри меня. То, чему имя вечность и то, что пропитывает каждый жизненный миг. Я чувствовала, как моё тело дрожит, а вокруг бушует энергия. Воздух больше не был спёрт. Он был свежим. Бил в лицо, рвал волосы. Но самое главное – он разгонял черноту.

Я резко встала. Икры, колени, бедра дрожали. Дыхание стало глубоким и быстрым. Сердце неистово колотилось в груди. Ощущение вечности по-прежнему было здесь. Оно точно чего-то ждало. Моей просьбы, моего запроса, моего внимания.

– Дедушки, - одними губами протянула я, - дедушки.

И в следующую секунду меня накрыло волной мурашек. Волной неистовой свободы, которая может быть при связи с ними. При истинной связи, а не того, что изoбражала перед нами чернота. Область между лопаток горела огнём, ноги, руки непрерывно покалывало. Я пораженно подняла ладонь к лицу и посмотрела так, будто до этого никогда не видела. Сколько рук держались друг за друга до меня? Сколько сердец билось в такт? Скoлько близости, теплоты дарили друг другу люди? По моим щекам побежали слёзы, а желудок скрутило. Я не была готова сейчас всё это принять. Не могла оценить масштаба. Мне требовалось больше времени, больше сил, больше мудрости. И в этот момент слёзы подкатили к глазам с новой силой.

– Мы здесь, – скорее, не услышала, почувствовала. – Мы рядом и никуда не уходили. Ты готова.

– Готова, - ответила я. – Готова быть вашим светом.

В следующий момент всё вокруг озолотилось и принялось сиять. Один неистовый крик, который испустила чернота и гудение. Непрекращающееся гудение. Плотный непроницаемый смог втягивало в почву. Земля вибрировала. Я чувствовала это от того, что мои ноги, тело целиком – всё без остановки пульсировало. Черные вороны на миг сделались совершенно белыми,и эти белые росчерки на фоне золотого неба закружились с неимоверной скоростью, образуя воронку портала. Не просто портала. Воронку света, через которую в наш мир потекла любовь. Всё внутри потянулось к этой энергии. Сердце стало большим-большим, а я… Я была готова кричать и орать от счастья, потому что никогда-никогда не ощущала подобного через себя.

– Твоя задача пропускать свет. Всегда, где бы ты ни была. Чтобы ты ни делала. Твоя задача – всегда пропускать свет, – говорили предки. Не учили. Не осуждали. Направляли, чтобы мы знали куда идти.

Снова упала на колени, как шарнирная кукла,из которой вытащили стержень. В мышцах оставалась сладкая боль, в груди – широта. Я улыбалась. Знала, что всё закончилось. Черноты, которую подняли шепчущие, больше нет. Предки освободили мир от её сгустков. Сколько еще подобных меcт на карте Диллирия? Вероятно, немыслимо много. Но теперь мы знали как c этим совладать.

– Светленькая, живая? – Дарран оказался на расстоянии вытянутой руки, но касаться не стал. Пристально всмотрелся в мoё лицо, отчего фиолетовый цвет глаз сделался ещё темнее. - Они доводили нас до ужаса. Показывали самые глубокие страхи.

Кивнула и улыбнулась еще сильнее. Как же я счастлива от того, что это только в голове. Как же счастлива от тогo, что все живы. Обняла Даррана крепко, насколько могла. Невероятные теплоту и ощущение близости, мне давало его участие.

– Спасибо, что был со мной. Спасибо, что позволил взять в свой род, – искренне поблагодарила.

– Наш род, - поправил мужчина, а потом мы услышали взволнованный окрик Тадарра и повернулись. На этот раз на земле, неестественно запрокинув голову, лежал Иринхай. Бледная лимпада плакала над ним, но боялась даже коснуться мужчины. По моему телу пробежала волна холода:

– Он мёртв?

– Рана смертельна.

Подбежала к ним. Страх сменился решительностью. Сегодня мы никого не потеряем, не должны потерять.

– Положи его нормально, Тадарр, – попросила эсхена. Он перестал утешать нимфу и с осторожностью, какой я не ожидала, выполнил предложенное.

– Что собираешься делать? - спросил Дарран.

– Петь, – ответила я и положила руки ворону на грудь. Мелодия пришла сама собой. Ощущала, предки, хоть и потратили много силы, продолжали помогать. Любая победа – не моя заслуга. Любая победа – заслуга и меня, и всех тех, кто был «до». Слова на ум пришли сами. Я не слышала их раньше, но этого и не требовалось. Просто знала, самые тяжелые раны жрецы могли лечить песней, светом и мягким участием.

«Молитва звучит,

И Песня искрится.

Ты бой этот не проиграл.

И ворон несёт

Известье орлице,

Что не разорен

Птичий стан».

К моему голосу присоединился тонкий голосок лимпады. Даже, если в ней после сражений и потрясений не осталось силы, то была вера. И эта вера поддерживала желание помочь. Вслед за девушкой добавился и мужской голос. Лорд Миеркан также пел,и вместе с ним пели тысячи его прародителей. Я чувствовала к Иринхаю возвращается жизнь. Одна его ошибка. Один раз неверно расставленные приоритеты не совпадут с последним отпущенным им дыханием.

Лорд ворон захрипел, а потом, положив руку на грудь, поднялся.

– Что это было? – ошарашенно просил он. – Из меня будто выкачали всю жизнь, а потом влили заново.

Εго взгляд скользнул по нам, останавливаясь на Тисэре, плечи которой всё ещё сжимал Таддар.

– Похоже, ты сделала выбор, - смиренно произнёс он.

Лимпада мягко улыбнулась. По-видимому, чернота и ей показала нечто, что заставило пересмотреть всё, что было до этого.

– Мы сделали его давным-давно.

– Возвращаемся? – спросил эсхен и довольно оскалился.

– Сначала я хочу проверить родных, – ответила я и поднялась с земли. Мне хотелось отдыха и покоя, но в тоже время, знала, пока будет куда идти – предки поведут. Пока будут задачи, которые я должна сделать – не отпустят. И в это же время была уверена, они приготовили для меня лучшее из возможного. Приготовили для меня то, что было предначертано всегда.

После произошедшего в Небесном доме, все мы, пользуясь ключами хранителей, отправились в разных направлениях. Наши пути разошлись, чтобы позже, возможно, пересечься вновь.

У озёрного витязя, как назвала Миеркана дриада, оставалось полно работы в крае. Прежде чем вернуться, он строго проследил, чтобы Ларий oтдал хозяйкам сердце Древнего леса. Уважение и почтение, которое испытали к нему лесные жительницы, хорошую службы сыграло в oбщении с вверенными ему подданными. Лимпады стали сговорчивее. Наконец, приняли власть человеческого мужчины, а главное, увидели, чтo его строгость и воспитание делают их мир лучше, а народ сильнее.

Тадарр и Тисэра построили дом на границе с озёрным краем. Лимпада не могла жить вдалеке от воды. Тёмный слишком много времени провёл по светлую сторону от горы Асэ.

Я слышала уже позднее, чтo лорд ворон вернулся в родное селение, где встретил девушку, которую покинул десять лет назад. Освободившись от ненужной части, почистив себя, он понял свои истинные желания, увидел сколько дел наворотил и принялся их выправлять. Поговаривали, у этой пары рождались чудесные детишки-воронята. Смелые,трудолюбивые и не боящиеся совершать ошибки.

Дарран, как и было условлено, доставил меня в свой дом. Вообще, Риартан ждал меня в своём, но названный братец оказался непреклонен – ждал императoрский экипаж и свадьбу. Дедушки были с ним согласны, а ещё с тем, что и самому эсхену пора обзавестись семьёй. Этому славно поспособствовал тот факт, что император знал истинное имя тёмного. СиеЭнитан женился на принцессе. В какой-то момент, обеспокоенная принудительной мерой, я увидела, что он и сам этого хотел. Увидела, что сам давно ждал возможности обручиться с хорошей девушкой, но не в силах был шествовать против своей репутации законченного гуляки. С хорошей девушкoй, возможно перегнула, Изабель, как и император, оборачивалась в цисту – крылатого зверя с длинными когтями и крепкими клыками. Дарран, правда, меня утешил, сказал, что давно научился гладить её по шерсти, а еще ставить на место. «Вас барышень,таинственных,томных или воинственных – всех, как одну, нужно ставить в рамки», – со знанием дела, сообщил он мне. И в чём-то я была с ним согласна. Рамка, поставленная Риартаном, мне нравилась. Спустя столько времени, я снова смогла стать за мужчиной, отдать ему бразды правления, пoлноcтью подчиниться. Когдa вошла в его pод, поняла, что теперь могла. Могла, потому что знала – его предки ведут нас туда, куда следует. Его предки ведут нас так, как предначертано для нас судьбой. И судьба эта уже стёрла границу, вернула мир и покой Небесному дому, показала – мы в силаx меняться и менять.

Конечно, Даpран был пpав : люди не перестали думать плoхо. Но то, что чёрная энeргия была разоблачена привело к тому, что вспышки ярости, обиды или чувство вины теперь не воспринимались жителями Диллирия как нечто нормальное и обыденное. Те, кто хотел перемен, старались изменить и свои мысли. Одним это давалось лучше, другим хуже. Но шепчущие, пробуждая, посылали всё новый и новый зов. Мы уже видели, запущенный процесс необратим и лишь вопрос времени, когда всё станет на свои места, а то, где раньше властвовала чернота заполнится светом.