Глава 13

Правда, недалеко, а всего лишь за порог, чтобы впустить в пекарню шерифа, мэра и почетного гостя города. Все трое вошли нарочито спокойной походкой, но взмокшие лбы и тяжёлое дыхание выдавали – они бежали сюда со всех ног.

Облегченный выдох Софии сообщил мне причину их «пробежки».

– Что за крик, а драки нету? – сощурив глаза, поинтересовался страж порядка.

Мэр был более конкретен. Окинув взглядом: сбившихся за прилавком в кучку меня, Софию, Лети и Ивко, толпу с кулаками и слезами и разбросанные на полу круасаны, он упер руки в бока и властно поинтересовался:

– Что здесь происходит? Эдит, Марта, вы решили устроить революцию в пекарне? Или просто соскучились по хорошему скандалу?

София тихонько тронула меня за локоть и прошептала:

– Эдит Крейн была близкой подругой Лаванды, а Марта – подруга Эдит.

Эдит меж тем опустила глаза и, нервно теребя край траурной шали, попятилась назад. Её губы задрожали, и она тихо пробормотала:

– Я... я просто... Она заняла её место… – голос Эдит сорвался.

А вот с Мартой мэру не повезло. Эта, в отличие от своей подруги, не собиралась отступать. Она выпрямилась, вскинула подбородок, сделала шаг вперед.

– Революцию, мэр? Мы всего лишь пытаемся спасти наш город! От неё! – она ткнула в меня пальцем. – От той, которую вы привели сюда! И назвали берегиней!

– Нашел берегиню! – фыркнула Паддл. – Единственное, что она «сберегла» – это место Лаванды! Точнее, не сберегла, а прибрала к рукам! Бедняжка ещё остыть не успела, а эта – вновь ткнули в меня пальцем, – уже тут как тут! Мэр должен защищать свой город, а ты обрушил проклятие на наши головы!

– Да! – поддакнула Титтл. – Мы требуем, – скользнув взглядом по мэру, шерифу и карающему клинку, обратилась она ко всем троим, – чтобы вы закрыли это проклятое место и изгнали эту женщину из города! Она приносит одни несчастья!

Ройс, всё ещё тяжело дыша после пробежки, шагнул вперёд, подняв руки в примирительном жесте. Его лицо, обычно дружелюбное и круглое, как свежий крендель, сейчас было строгим, но не злым – скорее, как у отца, разнимающего расшалившихся детей.

– Эдит, милая, присядь-ка, – мягко сказал он, обратившись к самому «слабому звену» этого стихийного бунта. – Воды? – добавил он кивнув Софии, которая тут же засуетилась за прилавком, ища стакан. – Мы все скорбим по Лаванде, – продолжил он, теперь уже обращаясь ко всем, и к «бунтовщикам» и оставшимся, узнать, чем всё закончится покупателям. – Она была частью нашего города, нам всем её очень не хватает… Но устраивать погром… – Он кивнул на валяющиеся на полу булочки. – И обвинять нового человека в городе в том, что он навлек на наш город цунами и землетрясение?.. И первое, и второе это стихии. Не человек их вызывает…

– Конечно, ты её защищаешь! – перебила его Титтл, яростно тыча теперь уже в него пальцем. – Ты же её и привёл! – Подпрыгнув на месте, она развернулась к покупателям, раскинув руки: – Но мы-то знаем!.. – она ударила себя в грудь кулаком. – Мы знаем! Сколько лет жили – и ни одного цунами! – она загибала пальцы, размахивая рукой перед лицами зевак. – Ни одного землетрясения! А ОНА явилась, – Титтл резко развернулась ко мне, её палец дрожал от возбуждения, – сразу в один и тот же день, и волна до небес, – она вскинула руки вверх, изображая высоту волны, – и землетрясение! Случайность?! – она истерично рассмеялась, запрокинув голову, потом резко наклонилась вперёд, уперев руки в бока: – Ха! Совпадение?! – подскочив к прилавку, она хлопнула по нему ладонью. – Ха! – повторно выкрикнула она, вслед за чем обвела взглядом притихших покупателей: – Что дальше будет, а? Я спрашиваю вас, что дальше будет? Пожар? Чума? Саранча-а?!!

– Хейзел права! – шагнув вперед с воздетыми к потолку руками, привлекла к себе внимание Паддл. – До неё всё было спокойно! СТОЛЕТИЯМИ!!! А теперь, – она рубанула воздух ладонью и понизила голос до зловещего шёпота: – каждый день жди беды!

– А потому не надо нам тут про стихии рассказывать, Ройс, – вставила свои пять медней также и Марта. – Мы не малые дети, – постучала она себя пальцем по лбу, после чего обвела рукой толпу. – Знаем мы, что к чему! Есть люди, которые беду за собой тянут, – она сделала паузу, медленно повернулась к покупателям, понизила голос до драматического шёпота: – ПРОКЛЯТЫЕ ЛЮДИ!!! – выкрикнула она внезапно, заставив нескольких человек вздрогнуть. – И она – одна из них! – резко развернулась она ко мне, вытянув руку с дрожащим от праведного гнева пальцем. – ПРОКЛЯТАЯ!!! – победно вскинув подбородок, провозгласила она, оглядывая толпу с видом человека, только что изрекшего непреложную истину. – И вы с ней заодно! – сузив глаза, прошипела она, ткнув пальцем сначала в мэра, затем в шерифа.

Шериф и мэр переглянулись, «совещаясь», как быть дальше? Что на это ответить?

– Проклятая, говорите? – усмехнулся до этого молчавший карающий клинок. – Не спорю, волна была и она шла на город. Но не дошла. И землетрясение в горах тоже было и камнепад шел на город. Но… – взял он театральную паузу. – Тоже не дошел. Вы когда-нибудь слышали о таком? Чтобы стихия сама себя останавливала?

Он обвел толпу взглядом.

– Оба несчастья, обрушившиеся на ваш город были ОСТАНОВЛЕНЫ, прежде чем пострадал хоть один человек!

Логика в его словах была железной. И люди, почти уже поверившие в то, что я и правда проклятая, облегченно выдохнули.

– Но мой сын! Он чуть не погиб! А овцы… – начала было возмущаться Марта.

– Я говорю от имени Императора! – слегка повысив голос, перебил её герцог. Возможно, если бы Марта не знала, кто перед ней, её (и тем более, Титтл и Паддл) эти слова не остановили бы, но в маленьких городках слухи распространяются быстро. – Вы сами сказали «чуть»! – продолжил карающий клинок во вновь восстановившейся тишине. – То есть, он жив. Ваш сын жив. И все жители этого города живы! Повторяю еще раз! Кто-то защитил ваш город! Кто-то не позволил стихиям стереть его с лица земли. И это был не я. И подозреваю не вы, – посмотрел он на Марту. – И не вы, – перевел он взгляд на Титтл с Паддл.

– Пытаетесь сказать, что это она?! – скептически поинтересовалась Титтл.

Покупатели зашептались, и некоторые из них даже закивали в знак согласия.

Паддл и Марта, ожидая ответа, фыркнули. Эдит всхлипнула.

Карающий клинок пожал плечами.

– Пока-аа-ам… – переведя на меня задумчивый взгляд, протянул он, – просто констатирую факт. Два стихийных бедствия и при этом ноль жертв. Элементарная математика. – Он выдержал паузу, затем отвел на меня взгляд и сделал несколько шагов в направлении Титтл. – Даже для тех, кто умеет считать только на пальцах, – наклонившись к ней так, словно собирался сказать ей что-то секретное «на ушко», с явной насмешкой в голосе добавил он.

Титтл открыла было рот, чтобы возмутиться, но карающий клинок продолжил, не дав ей вставить и слова:

– Разумеется, я имел в виду не вас. Так, просто, к слову пришлось. Но, если всё же я вас вдруг обидел, прошу прощения. К слову, об извинениях, вам бы тоже, уважаемая, не помешало их кое-кому принести. Как, впрочем, и вам, – перевел он взгляд сначала на Паддл, затем на Марту, Эдит и всех тех, кого они привели с собой, а затем на меня.

– Принести извинения?! – взвизгнули Титтл и Паддл, побагровев до цвета вареной свеклы. – Ей?! – синхронно указали они на меня пальцами. – За что?! За что мы должны перед ней изви...

– За оговор! За порчу имущества! – кивнув на валяющиеся на полу круассаны, жестко оборвал их карающий клинок. – За разжигание паники и организацию общественных беспорядков! Шериф, я правильно перечисляю статьи обвинения?

Конрад кивнул и подтвердил:

– Более чем, Ваше Сиятельство.

– Обвинения?! – взвизгнула Титтл так, что в окнах задребезжали стёкла. Её лицо побагровело, глаза выкатились, а руки затряслись мелкой дрожью.

Паддл схватилась за сердце и покачнулась:

– Люди добрые! Вы свидетели! Вы это слышали?! – она воздела руки к потолку, словно взывая к небесам.

Шериф закатил глаза и пробормотал:

– О боги, опять начинается...

Мэр и карающий клинок, покачав головами, закатили глаза к потолку вслед за ним.

– ИЗВИНЕНИЯ-ааа?! – продолжала меж тем Титтл. – Я-ааа должна извиняться?! Да что же это делается?! ЧТО ЖЕ ЭТО ДЕЛАЕТСЯ?! – она развернулась к покупателям и зевакам, толпившимся у двери, воздев руки в театральном жесте. – Люди добрые, милые, родные! Этой, – снова ткнула она в меня пальцем, – значит можно нас и травить, и убивать, а мы, значит, и слова поперек сказать не смеем! Имущество мы ей, видите ли, подпортили! С каких пор защитить родных и близких от отравы – стало называться порчей имущества?!!

Паддл тем временем упала на колени прямо посреди пекарни, заламывая руки:

– Мы ещё и виноваты остались! Люди добрые, милые, родные! Вы видите, что делается: МЫ ещё и ВИ-НО-ВА-ТЫ ОСТАЛИСЬ!!! – слёзы потекли по её щекам, размазывая румяна. – А всё потому, что они все тут ЗАОДНО!!! ВСЕ ОНИ ТУТ В СГОВОРЕ!!!

София фыркнула и пробормотала себе под нос:

– Ага! Прям все и с первого дня!

Я слабо улыбнулась.

Марта подхватила истерику, схватившись за голову:

– Ла-ава-анда! О горе нам! О несчастье! Про-ооости нас! Мы пытались наказать твою убийцу, но её покрыва-ааааают! К ней не подпуска-ааааают! – она завыла так пронзительно, что даже стоящие за дверью зеваки поморщились.

Не осталась в стороне и Эдит, она рухнула на пол рядом с Паддл, рыдая в голос:

– Лава-ааанда! Подру-уууженька! На кого ж ты меня покинула?.. Ой-ой-ой... не стало хозяйки в дому светлом! Потускнели окошки, притихла печурочка! Где ходила ты – травушка примята, да шагов уж нет... – била она себя в грудь, причитая. – Как же я без тебя?.. Как же мы без тебя?..

Лети прислонилась к стене и, слегка наклонившись к Ивко, шепотом прокомментировала:

– Интересно, они заранее репетировали или это чистая импровизация?

Ивко кивнул и буркнул:

– Угу! В цирке бы им выступать.

– С каких пор! – выла тем временем Титтл, хватаясь за косяк двери типа для опоры. – С КАКИХ ПОР потерявшие близкого человека должны извиняться перед её убийцей?! Где справедливость?! ГДЕ?!!

Карающий клинок вздохнул и посмотрел на часы.

Заметив это, Паддл поползла к нему на коленях и, цепляясь за полы его сюртука, взмолилась:

– Ваше Сиятельство, услышьте нас! Умоляю! ЗАЩИТИТЕ НАС!!! Иначе они нас всех тут перетравят да перебьют! Сегодня Лаванда и Долорес...

Брезгливо поморщившись, он отступил на пару шагов назад.

– …и мои бедные овечки, и мой маленький мальчик, – всхлипывая и типа вытирая слезы, вставила Марта.

– Вот-вот, – энергично закивала Паддл. – Сегодня Лаванда, Долорес, овечки и Лука, а завтра – мы все! МЫ ВСЕ УМРЁМ! Защитите! ЗАЩИТИТЕ НАС, Ваше Сиятельство!!!