Глава 2

- Ну чего, малая, здесь?

Он остановился в самом конце улицы, почти перед лесом, около старенького, но добротного дома, который был окружен ухоженным садом. Крышу недавно перестелили новым ондулином ярко-зеленого цвета.

- Да, спасибо. - Она улыбнулась. - Зайдешь? Мама будет рада.

- Да нет, малыха, как-нибудь в другой раз.

Он поставил байк на подножку и снял шлем, вдыхая чистый воздух полной грудью.

- Ну что, давай выгружаться?

Открыл кофры и стал быстро доставать весь её хлам. Она ловко складывала всё на скамейку у калитки, напевая что-то под нос. Последнюю стопку книг он резко дёрнул. Бечёвка лопнула, и они кирпичами рассыпались по дороге.

- Бля! - Выругался он, присаживаясь и поднимая их.

- Я помогу, Вик. - Она присела рядом.

Они одновременно потянулись к книге, и их пальцы переплелись.

- Ой, прости.

Лялька попыталась вырвать пальцы из его ладони, но он только крепче сжал их и поднял на неё глаза. Ну хотел поднять, если быть откровенным. Однако они словно прилипли к вырезу майки, где вид открывался поистине шикарный. Спелые дыньки, тёплые, розовые, с тёмными ареолами сосков, они буквально просились ему в рот. Глубокая ложбинка между ними. О-о-о! Какое применение он бы ей нашёл. Просто сдвинул их руками, и всё, готовый сладкий тоннель для его горячего парня.

- Вик?

Он с трудом отвёл глаза от этого волшебного зрелища и переместил их выше, споткнувшись о её губы, которые она нервно облизнула. Воображение буквально издевалось над ним, рисуя картины, где бы он хотел видеть эти пухлые губки. Она наклонила голову и поймала его взгляд.

- Эй! Отомри! - Улыбнулась она, вытягивая книгу из его рук.

Он потряс головой. Приводя мысли в порядок. В паху пульсировало так, что вопрос о сегодняшнем купании решился сам собой. На речку, сию секунду, пока он не угваздал джинсы своим же семенем.

- Спасибо, что подвёз.

Она протянула ему руку. Руку! Бля! Взяв маленькую ладошку, он поднялся, поднимая за собой и её, и резко дёрнул на себя. Лялька потеряла равновесие и упала в его объятия. Не давая ей опомниться, он пальцами поднял её лицо за подбородок и накрыл её губы своими, раздвигая их языком, проникая в сладкую, горячую пещерку её рта. Сплетаясь с её языком, лаская небо. Она застонала и упёрлась кулачками в его защиту, пытаясь отстраниться.

Он положил руку на её попку и прижал к себе, позволяя прочувствовать всю силу своего желания, чтобы сразу недвусмысленно заявить о своих планах относительно неё.

Перестав терзать её рот, он отстранился и хрипло прошептал:

- Малая, окна не закрывай, я сегодня к тебе приду.

Звон от пощёчины заложил уши.

Он прижал руку к щеке и подвигал челюстью. В глазах зажегся недобрый, совсем недобрый огонёк.

- Любишь пожёстче, малыха? - Прошипел он, глядя ей в глаза. - Отлично, я тоже это люблю.

Схватив её руку, он недвусмысленно положил её на свой пах, придавливая, заставляя почувствовать бешеную пульсацию.

- Иди ты к чёрту, придурок!

Лялька, не долго думая, коленом зарядила ему в пах со всей дури. Вик отпустил её руку и сложился пополам.

- Сука! - сквозь зубы выплюнул он. - Убью, гадину!

- Попробуй! - она развернулась и опрометью бросилась во двор, закрыв на замок калитку. - Чтобы я тебя здесь не видела, извращенец озабоченный! - крикнула она из глубины сада.

Он ещё пять минут стоял, хватая ртом воздух, не веря в то, что она его так бортанула. Он же всё верно понял, все эти её улыбки, движения. Это ни с чем нельзя было спутать. Она его хотела! Точно!

- Ну сучка! - сквозь зубы цыкнул он, потирая ушибленного солдата, который вообще не мог понять, за что ему прилетело. - Значит, крутить динамо собралась. Ну-ну! Ни хера у тебя не выйдет, Ляля. Я знаю, как устроить тебе обломинго, стерва!

Он натянул краги, шлем и, убрав подножку, выкрутил ручку. Харри резко взвыл, крутанулся по кругу и рванул вперед, выплёвывая из-под колес гравий.

Через десять минут Вик уже был на речке. Заехал на своё место. Тихое, уединенное, скрытое от любопытных глаз густым ивняком. Он раньше с дедом сюда ходил рыбачить, до безумия наслаждаясь этими моментами. Когда он чувствовал, что его мысли и проблемы кому-то интересны, когда над его шутками смеялись и выслушивали, как он с умным видом нес какую-нибудь несусветную ахинею.

Вот и сейчас он слез с байка, разделся и с разбегу нырнул в прозрачную, обжигающе холодную воду, надеясь, что она принесет ему облегчение и выбьет всю дурь из головы. Он два раза переплыл реку, наслаждаясь чувством свободы.

Но если на тело вода и произвела нужный эффект, с головой всё обстояло куда хуже.

Она завела его, как никто до этого. Он не помнил, чтобы хоть одна тёлка его так выбесила. Он знал, что просто так этого не оставит. Вик вышел на берег. С его кожи стекали струйки воды, повторяя рисунки тату на руках и груди. Он сел, достал из пачки «Мальборо» и затянулся, задумчиво глядя на воду, по которой ещё шла рябь.

- Я тебя выдрессирую, маленькая стерва. Ты ещё есть из моих рук будешь, и по одному только моему взгляду будешь готова меня принять так, как я этого захочу. Я побываю в каждой твоей дырочке и везде оставлю о себе отметину.

Воображение тут же нарисовало ему эту картину, на которую тело среагировало моментально тяжестью и болью.

- Твою мать!

Выкинув окурок, Вик сделал пару глубоких вдохов в надежде успокоиться, понял, что это ни хера не работает, и опять пошел к воде. Он уже знал, что сегодня нанесет первый визит к Ляльке, и будь он проклят, если уже сегодня не отведает её милых прелестей.

Нужно только дождаться темноты. Он был уверен, что она не станет поднимать шум. Зачем же беспокоить маму? Он был согласен, если её милый ротик, из которого будут вылетать крики, в этот самый момент будет терзать его рот. Забирая каждый её вздох, каждый вскрик.

Единственное, не забыть бы в аптеку заехать, резины прикупить, да побольше. Лучше пусть останется, чем не хватит.

В куртке завибрировал телефон. Отец.

- Ну? Какого надо? Да, я уехал! Я сказал, что никуда не поеду! Пошли вы оба на хер, и ты, и она! Надо, значит, приезжай и сам забирай меня от деда. Надеюсь, адрес не забыл? Сам ты мудозвон!

Отключился и закурил ещё. Ему нужна разрядка. Скорей бы вечер.