Глава 45

Ноябрь 2024г.

- Ну вот и всё, мой сладкий. Ещё немного, и мы приземлимся.

Сын завертел головой, прижимаясь губами к иллюминатору.

- Не стоит, зайка!

Я постаралась отвлечь его от такого увлекательного занятия, как облизывание стекла.

- Ма!- Развернувшись, он надул губы и насупился.

- Дамир, оно грязное.- Вздохнула я, доставая из сумки печенье.

- Смотри, что у мамы есть.

- Нет!- Хмыкнул он, демонстративно выхватывая его из моей руки и бросая на пол.

- А машинка? Где твоя машинка?- Оглянувшись, увидела его на сидении напротив.

- Дай!

- Ммм. Леночка, вы не могли бы подать нашему принцу Дамиру машинку?- Улыбнулась я стюардессе.

- Конечно, Ольга Валерьевна.

Она быстро взяла машинку и, присев около нас, протянула её ребёнку.

- Дамир, смотри, что есть у тёти.

- Тити! У тёти тити!

Пухлые ручки потянулись вперёд, мимо машинки к вырезу блузки.

И я, и стюардесса стали просто малиновыми.

- Господи, совсем как отец. Как вы все с рождения помешаны на титях!- Буркнула я, забирая машинку.

- Спасибо, Леночка.

- Ольга Валерьевна, через пять минут пойдём на посадку. Нужно пристегнуться.

- Конечно.- Улыбнулась я.

- Так, давай, проказник, нам нужно пристегнуться.

- Ууу! Сам-сам. Ууу!

- Угу, самолет летит и говорит: «Уууу»! А Дамир сидит спокойно и ждёт, когда мы приземлимся. Выглянув в окно, улыбнулась. Москва. Целый год, целый год меня здесь не было. Я думала, что уже и не вернусь. Пока на прошлой неделе адвокат не позвонил и не сказал, что Виктор отозвал иск о том, что я украла собственную дочь. Он сделал это не по доброте душевной, а потому что мама заболела. Внезапно. Это стало шоком для Владислава.

Я до сих пор вздрагиваю, вспоминая его голос, когда две недели назад он позвонил и сказал, что моя мать умирает. Она молчала, не говорила про боли, работала до последнего, пока однажды утром просто не потеряла сознание, стоя у плиты. Уже в больнице была обнаружена злокачественная опухоль в матке. Она проросла в кишечник, мочевой пузырь и дала множественные метастазы, поставив жизнь на счётчик. И время исчислялось уже даже не неделями, а днями. Но я не могла вернуться в страну. Сразу по прилету меня ждал арест. Влад искал внука несколько дней. Они не общались почти год, с того самого времени, как я покинула страну, увозя Дашку.

Конечно, как только самолёт приземлился в Ларнаке, в аэропорту нас уже ждали представители российского консульства. Мне было предъявлено обвинение в похищении ребёнка, и дочь забрали, увезли от меня. Она плакала и вырывалась, кричала, но я ничего не могла сделать. Как и обещал, Виктор отнял её у меня, запретив не просто приближаться, но даже въезжать в страну, на основании статьи 126.

Я не видела его целый год. Я ничего о нём не знала. Продолжая любить и ненавидеть, продолжая умирать и воскресать. Это было похоже на бесконечную пытку. Только сын помогал мне забыться. Только он заполнял пустоту в моей душе. И вот сейчас я возвращаюсь, даже не зная, здесь он или нет, свободен или находится там, куда я его отправила. Я оборвала связь со всеми. Никто не знал, что у меня родился сын, я никому об этом не сообщила. Просто вычеркнула всех. Так было легче, так ничто ни о чём не напоминало. До тех пор, пока ночью не ожил телефон. Незнакомые цифры, но знакомый голос:

- Ольга, тебе нужно вернуться. Тая умирает.

И снова с размаху, до боли в костях, возращение в прошлое. Слёзы, страх, отчаяние, вина и принятие.

Лёгкий толчок. Снег валит крупными хлопьями.

- Успели, Ольга Валерьевна!- Улыбнулась стюардесса.

- Мы последний борт, который приняли. Всех остальных перенаправляют из-за погодных условий. Надвигается ураган.

- Леночка, машина уже ждёт?- Одевая возмущающегося Дамира, спросила я.

- Да, Семёну Игоревичу уже сообщили, что машина вас ждёт.

- Вот и ладненько, вот и чудненько. Му-му-му.- Боднув сына головой, прошептала я.

Дам засмеялся, прекратив стягивать с себя шапку.

- Мама! Нет!

- Ну нет, так нет!- Хмыкнула я, натягивая на него комбинезон.

Уже сидя в машине, позвонила Владу.

- Владислав Сергеевич. Добрый вечер. Мы приземлились. Можно я сегодня с сыном останусь у вас, пока завтра подготовят дом?- Устало спросила я, на всякий случай прокручивая варианты размещения в отелях.

- Олюшка, конечно можно!- Тихо сказал он.- Подготовлю сейчас тебе комнату. Погоди, что ты сказала? С сыном? Ох ты ж, боже мой. Когда?

- Четырнадцатого февраля, Владислав Сергеевич.

- А…?

- Я не хочу об этом говорить сейчас. Но скажу сразу, это сын Тагира. И Виктор это знает… Знал…- Жёстко обрубила я, давая понять, что развивать эту тему дальше я не намерена.

- Хорошо, детка, как скажешь.- Тут же согласился он.- Скажу, чтобы из сарая принесли всё, что осталось после Дашутки. Там и кроватка и манеж и игрушки.

- Спасибо.- Смахивая слёзы, прошептала я, прижимая к себе уснувшего сына.

* * *

Время словно остановилось. Я поднималась по ступенькам на второй этаж. Ноги сами несли меня в его комнату. Мне это было просто жизненно необходимо. Толкнув рукой дверь, я замерла. Из этой комнаты я ушла полтора года назад. Здесь я стала его, когда вошла, услышав стоны, когда опять вернулась в его жизнь, разогнав дьявольскую карусель, закончившуюся выстрелами.

- Олюшка, я положил его в Дашуткиной комнате.

Влад остановился за моей спиной.

- Ты что-нибудь знаешь о нём?- Глухо спросил он.

- Нет.- Махнув головой, шёпотом ответила я, вытирая пальцами слёзы.- Он вычеркнул меня из своей жизни, как и я его из своей.

- Как же так получилось, Оль?

- Я не знаю.- Пожав плечами, я развернулась и уткнулась в его грудь лицом.- Я ничего не знаю.

Рыдания раздирали меня, вырываясь со словами из горла, срывая голосовые связки.

Просто в какой-то момент всё пошло под откос и остановить это было уже невозможно. Да и не пытался никто это сделать, а просто разгонялись ещё сильнее. До тех пор, пока не сорвались в пропасть, разнеся всё в щепки.

- Оленька, всё будет хорошо. Обязательно.- Он прижал меня к себе, поглаживая по голове большой тёплой ладонью.- Просто вам нужно поговорить.

- Поговорить?- Я улыбнулась сквозь слезы.

Он даже меня не подпустит к себе. Он не позволит даже посмотреть в его сторону. Он ненавидит меня. Я сама себя ненавижу.

- Детка, не думай сейчас об этом. Давай, иди спасть. Завтра утром поедем к матери. Она ждёт тебя.

- А Дамир? Кто с ним останется?- Всхлипнула я.

- Так Аслан же здесь.

- Аслан?- удивленно подняла бровь,- Господи, я думала, он вернулся к себе.

- С чего бы это? Он уже на следующий день после твоего отлёта приехал сюда и с тех пор так тут и живёт в гостевом домике. Мне кажется, Оль, он тебя любит.

- Глупости!- Фыркнула я.- Он мне как старший брат.

- Возможно, для тебя так оно и есть. Но то, как он говорит о тебе, это другое. Будь аккуратна, не давай ему ложных надежд.

- Я поговорю с ним, Владислав Сергеевич.

- Всё, давай ложись спать, завтра рано подъём.

Осторожно прикрыв дверь, я подошла к кровати, села на неё, проведя рукой по покрывалу. Медленно легла, свернувшись клубочком и, закрыв глаза, уткнулась в подушку, глубоко вдохнув запах чистого белья.

- Я вернулась, Вить.- Прошептала я.- Я найду тебя, где бы ты ни был. Я больше не хочу терять нашу жизнь.

А ночью я искала его, шла сквозь туман, по тёмным коридорам, слыша его голос, хватая пальцами пустоту, звала, натыкаясь на стены, и снова искала и не могла найти, но чувствовала, что он рядом, совсем близко, оставаясь недосягаемым, холодным, пустым, чужим.

Утром меня выдернул из сна одуряющий запах свежесваренного кофе, который наполнял дом. Тишина и запах кофе. Я улыбнулась, потянувшись, как в детстве, перевернувшись на живот, закапываясь лицом в подушки.

В дверь тихо стукнули.

С легким скрипом она медленно открылась. На пороге стоял Влад с Дамиркой на руках.

- Мама! - Крикнул сын, ткнув в меня ручкой, в которой держал такой себе приличный бублик.- Спит!

- Вот именно. - Шикнул Влад. - Мама спит, а ты кричишь.

- Мама уже не спит. - Улыбаясь, буркнула я, глядя на них сквозь спутанные волосы.

- Мама не сыт! - Повторил маленький проказник.

- Пока да, но очень хочет. - Хихикнула я, садясь на кровати.

- Ааап! - Сделав большие глаза, провозгласил Мир.

- Кому-то срочно нужно на горшок. - Хмыкнула я, кивая в сторону сына.

- Ох ты ж господи, а я понять не могу, старый дурак, кого это он дрессирует.- Ухмыльнулся Влад, потягивая носом воздух. – Вооот, настоящий дух бойца, привыкшего к танку. Так, Оль, мы на горшок, а ты давай, вставай, кофе уже готов, под полотенцем блины ещё горячие. Завтракаем, и в Москву.

- Слушаюсь, мой генерал. - приложив к голове руку, отрапортовала я.

- Ты это смотри, к пустой голове руку не прикладывают. Там Аслан уже на кухне. Он нас повезёт. Поговори с ним, девочка.

- Хорошо, Владислав Сергеевич. А кто с Дамиром останется? - спохватилась я.

- Сейчас Маринки-соседки дочка подойдет. Она пару дней назад с таким же карапузом приехала, сказала, что ей не в тягость. Где один, там и два. Так что давай, завтракай и на выход.

Дождавшись, пока дверь за сладкой парочкой закроется, я быстро оделась и спустилась вниз.

Аслан сидел спиной к дверям, но как только я вошла на кухню, он замер и медленно повернулся. И вот тогда я это увидела, на одно мгновенье, пока он не успел вернуть своему взгляду обычную непроницаемость.

- Ольга. - хрипло прошептал он, откашлялся и обычным голосом продолжил. - С возвращением.

- Здравствуй, Аслан. - тихо сказала я, обходя стол и наливая себе кофе.

- Как ты?

- Всё хорошо.

- Надолго вернулась?

- Пока не знаю, Аслан. Время покажет, но хотелось бы навсегда. - глядя в чашку, спокойно ответила я.

- Я слышал про Таисью. Мне очень жаль.

- Мне тоже. Я виновата перед ней. Очень. - закусив губу, я отвернулась к окну, чувствуя, как по щеке ползёт слеза.

- Если нужна будет помощь, ты же знаешь, что я всегда буду рядом.

- Аслан, не нужно. Это неправильно. Я не имею права обещать тебе то, что не могу дать. Ты должен понять, что я никогда…

- Оля, не нужно. - глухо отрезал он.

- Нужно! - Я повернулась и протянула руку, касаясь его пальцев. - Я слишком уважаю тебя, чтобы... Это нельзя, это нечестно по отношению к тебе. Ты для меня как старший брат, и прости, но по-другому не будет. Ты же всё знаешь сам.

- Знаю. - он медленно поднял глаза и посмотрел на меня. - Я всё знаю, но ничего не могу с собой сделать. Это сильнее меня. Я люблю тебя, Оля.

- Аслан, я не смогу, никогда не смогу ответить тебе взаимностью, потому что я люблю только его и всегда любила его.

- А если он…

- Даже если он оттолкнёт меня, - тихо прошептала я, - я всё равно буду его любить. Он мой воздух, Аслан. Он моя жизнь. Это сложно. Я сама уже ничего не понимаю, но я без него мертва. Есть только тело, но тебе его будет мало, поверь. Не тешь себя пустыми надеждами.

- Я понял, Оль. И больше никогда не скажу тебе о своих чувствах. Но не прогоняй меня, потому что для меня ты тоже воздух. Я столько скрывал свои чувства, что просто опять их спрячу, и всё будет как прежде.

- Как прежде уже не будет, Аслан. Потому что это соблазн, очень большой соблазн. Это та черта, которую рано или поздно кто-то из нас перешагнёт, использует как таблетку, и тогда это разрушит, уничтожит нас двоих. Тебе придётся уехать, Аслан.

- Оля. - взгляд больной, тяжёлый.

- Не надо.

Он встаёт и обходит стол, садится рядом на корточки и берёт мои руки в свои ладони.

- Аслан, не надо. Просто поверь, так будет лучше. Я сломанная игрушка. Меня уже не починить.

Слёзы текут, капая ему на руки.

- Хорошо. Но если... Оля... Если он никогда…

- Аслан, если не он, то никто.

Тихий вздох.

- Хорошо, Оль. Я завтра уеду.

Он встаёт и выходит, сухо бросая уже из коридора:

- Через пять минут машина будет готова.

- Спасибо. - выдыхаю, закрыв глаза.