Глава 54

- Аслан?

Я села на кровати, до конца не веря в то, что он стоит передо мной.

- Оля, мне нужно тебе сказать. - хриплым голосом шепчет он, беря меня за руку.

- Что ты тут делаешь? Я же всё тебе сказала. - стараясь прийти в себя, стараясь проснуться, тихо сказала я.

- Вставай, давай пойдём. - он тянет меня за руку, обхватывает за талию, прижимает к себе.

- Прекрати. Да что с тобой! - я начинаю вырываться, но он лишь ещё сильнее прижимает меня к себе, вытягивая из детской.

- Оля, пожалуйста, ты слышишь, мне надо…

Мы стоим уже на самом краю лестницы, я в коротких шортиках и прозрачном топе, через который отчётливо видны торчащие, возбужденные соски, которые от прохладного воздуха сжались ещё сильнее, и высокий, широкоплечий Аслан, рядом с которым я выгляжу, как Дюймовочка.

- Чёрт! - вскрикиваю, подвернув ноги. - Аслан, больно.

- Твою мать! - шипит он, наклоняясь, подхватывая меня на руки.

- Аслан, отпусти меня немедленно! - вырываюсь я из его рук.

- Ты можешь успокоиться? - рычит он, сжимая меня ещё сильнее.

- Я тебе уже всё сказала, ты слышишь? Аслан!

- Мне глубоко плевать, что ты мне сказала.

Мы уже на первом этаже. Он идёт вниз, к лестнице, ведущей в тир.

- Аслан, пожалуйста, мы об этом пожалеем. Я не люблю тебя!

Тяжёлая металлическая дверь бесшумно открывается от его толчка. Он включает свет и, удерживая меня одной рукой, закрывает дверь на замок. Меня трясёт от ярости, от страха, от полной беспомощности. Он может сделать со мной всё, что угодно, и никто даже не услышит нас.

- Аслан, ну пожалуйста, не делай этого. - шепчу я.

- Не делать чего, Оль? - устало спрашивает он, подходя к дивану, глядя мне в глаза.

- Не трогай меня. Он не простит, я не прощу тебя.

- Оля, я сам себя не прощу, если не сделаю этого.

Аслан медленно наклоняет голову, его губы обрушиваются на меня, сминают. Язык врывается в мой рот. В голове бьётся только одна мысль: «Я не хочу, не хочу».

Он опускает меня на диван и склоняется надо мной, нависает, продолжая удерживать и целовать, не давая мне даже отвернуться. Его рука шарит по моему телу, оглаживает грудь, сдавливает пальцами соски, спускается ниже и останавливается у резинки шортиков. Я начинаю вырываться, извиваясь всем телом, пытаясь выползти из-под него.

Он вдруг замирает и отшатывается от меня. Его глаза горят тёмным огнём, лицо напряжено. Мужчина медленно отходит, продолжая прожигать меня взглядом.

- Прости, Оль. Прости меня. - срывающимся голосом говорит он.

Я медленно сажусь, вытирая рот рукой. Меня трясёт так, что зубы стучат. Ярость расползается по телу, вышибая все предохранители. Встав, я подхожу к нему и, размахнувшись со всей силы, даю пощёчину. Волна от удара проходит по руке, запуская сердце в бешеный ритм. Удары начинают сыпаться один за другим.

- Как ты посмел! Как ты мог только подумать! Как тебе это в голову пришло! - кричала я, продолжая хлестать его по щекам до тех пор, пока он медленно не поднял руки и не перехватил мои запястья.

- Успокоилась? - улыбнувшись, спросил он.

И меня начинает накрывать. Слёзы брызнули из глаз, меня начало колотить, я ревела навзрыд, пока он прижимал меня к груди, гладил по спине и целовал мои волосы.

- Всё, всё, давай, Оль, успокаивайся. - тихо говорил мужчина. - Прости, сорвался. Не смог, не смог удержаться. Не смог.

Я ещё всхлипывала, когда он, подхватив меня снова на руки, отнёс на диван и усадил. Сам сел рядом на корточки и взял в горячие ладони мои ледяные руки.

- Не злись на меня, я и сам в бешенстве от того, что сделал. - тихо сказал Аслан, глядя мне в глаза. - Но я должен был…

- Зачем ты вернулся? - всхлипнув, я вытерла пальцами слёзы и прикусила губу.

- Я не знаю, как тебе это сказать, Оля, - начал он, опуская голову. - Но тут такое дело…

Он замолчал. Я чувствовала, как он напрягся.

- Аслан, я не могу, пойми меня. Я просто не могу. Ты хороший. Ты очень хороший, но я не могу.

Слова давались с трудом, они вязли на моих губах, застревали в горле.

- Спасибо, Оль. - подняв голову, он ухмыльнулся. - Но я пришёл не за этим. Хотя ни о чём не жалею, разве только о том, что напугал тебя. Ты была права. Одного тела мало. А всю тебя я никогда не получу. Так что... - он пожал плечами. - Так тому и быть.

- Прости меня.

- Ты ни в чём не виновата. Ты никогда ничего не обещала, ты никогда не давала мне шанса, да ты даже не знала о том, что я испытываю к тебе, а это так, блажь. Последнее желание приговорённого.

- Тогда зачем?

- Скажи мне, Оль, за что посадили Виктора?

Я вздрогнула от этого неожиданного вопроса.

- Какое это имеет значение? - севшим голосом спросила я.

- Огромное. - глухой голос разнёсся по тиру.

- За убийство моего мужа. - меня начинало снова колотить.

- Да. - кивнул Аслан. - Именно за убийство. Только вот какое дело... - прикусив губу, он оскалился. - Не было никакого убийства, Оль.

Я замерла, пытаясь вникнуть в то, что он только что сказал.

- Как не было? - низкий хрип резал горло, в котором вдруг образовался душащий меня ком. - Как не было? Я же сама видела. Ты там был.

- Оль, убийства не было. Тебе не за что ненавидеть Татарского. Он не убивал Тагира.

- Этого не может быть. Следствие, его брат. Мы его похоронили. - слова просто бессвязными чёрно-белыми буквами высыпались из меня, как в том страшном сне. - Аслан, это же неправда.

- Правда, Оля. Это правда.

- Как же так? Господи, этого не может быть?

Вытянув ладони из его рук, я встала с дивана и, обхватив себя руками, стала ходить из угла в угол, сгрызая ногти до мяса, пытаясь осознать то, что он мне сказал...

- Тагира в машине во время взрыва не было. Там не было никого. Тогда у леса горел пустой внедорожник. Всё было подстроено и срежиссировано твоим мужем, Татарским и его людьми. Всё было просчитано до мелочей. Именно поэтому Тагир так не хотел, чтобы ты садилась в машину. Он боялся, что с тобой что-нибудь может случиться.

- Это же бред! - шепчу я, чувствуя, что голова начинает раскалываться, что желудок скручивается узлом.

- Это правда, Оль. Тагир жив. Ему нужно было исчезнуть. Обвинения были очень серьёзные, он знал, что, скорее всего, до суда он не доживёт, слишком много на нём было завязано, и это даже если принять во внимание его связи на самом верху. Но он боялся даже не за себя, он боялся за тебя, Оль, и за детей.

- Нет, нет, нет. - обхватив голову руками, я раскачивалась из стороны в сторону, не желая слушать, не принимая эту ужасающую ложь, которая разрушила мою жизнь, разнесла её вдребезги, разделив в очередной раз на до и после.

- За две недели до взрыва Тагир стал получать угрозы от очень высокопоставленного человека, который был тоже замешан во всём этом дерьме по самые уши. И эти угрозы касались именно тебя и дочери. Тагир был единственным человеком, который мог его утопить, и, как ты понимаешь, это не Карский. Карский, по сравнению с ним, так, мелкая сошка. Расстрел твоей машины это именно его приказ. Если бы Тагир не исчез, сейчас бы никого из нас уже в живых не было. А Татарский со всеми своими ребятами или сидел, или... - он замолчал.- У него не было выхода. Нужен был «жертвенный баран», чтобы остановить это безумие и вывести вас всех из-под удара. Пойми, если бы...

- Где он? - прохрипела я. - Где он? Ответь мне?

- Оля! Его нет! Для тебя его больше нет! Он мёртв! Я сказал тебе это только для того, чтобы ты не винила Виктора в его смерти.

- Винить? - смех разнёсся по тиру, резкий, злой, холодный. - Ты прав, я теперь их ни в чём не виню, я их ненавижу! Обоих! За то, что они сделали это со мной! А ты? Как давно ты узнал?

Развернувшись, подошла к нему вплотную и посмотрела прямо в глаза.

- Оля!

- Ты знал с самого начала, да, Аслан? - прошипела я, размахиваясь и обжигаясь рукой о его щёку. - С самого начала? - ещё удар. - Вы предали меня! Вы все сделали за меня выбор! Разыграли, как в карточную игру, поставив на кон мою жизнь.

- Это был единственный выход, идиотка! - крикнул он, хватая меня за руки.

- Единственный? - издевательский смех разрывает горло. - Не смеши меня! Я могла уехать с Дашкой! Я могла...

- Ты бы даже до аэропорта не доехала. За домом следили. Всё было напичкано прослушкой. Все отвлеклись на войну с Карским. Только после обстрела твоей машины стало понятно, насколько всё серьезно. Хотя Тагир и Виктор уже к тому времени обговорили детали его исчезновения. Дашу несколько раз чуть не похитили, а ты даже не знала об этом! Это уже была не игра и не войнушка с Карским! Это было в разы серьёзнее. Он спас всем жизнь!

- Уходи! - прошипела я, отходя от него, отворачиваясь, обхватывая себя руками.

- Оля!

- Уходи! - крик метался, отражался от стен, закладывая уши.

- Чёрт! - его рык раздался за моей спиной, ударяя между лопаток.

Слёзы текли из моих глаз. Боль раздирала меня на куски. Я словно через вату услышала звук открывающегося замка и грохот двери, эхом разнесшийся по дому.

Опустившись на пол, разрыдалась от полного опустошения, от глубины предательства, от того, что они оба раздавили меня, сломали, прокрутив в этой адской мясорубке.

Мне даже не нужно было поворачиваться, чтобы понять, что он уже стоит за моей спиной, что он уже здесь, рядом.

- Ты счастлив, Вить? - глухим, срывающимся голосом спросила я.