Глава 35 Ольга

- Вить, как я полечу? – Я сидела на кровати, сцепив пальцы в замок. – У меня ни документов, ни вещей, ни черта нет!

Он стоял около шкафа, спиной ко мне. Натянув рубаху, Виктор обернулся. Взгляд холодный, жесткий. Движения нервные.

- Твои паспорта у меня: и российский, и загран. – Хрипло процедил он. – Вещи? О каких вещах ты говоришь, Оль? Всё, что тебе будет нужно, купишь уже там. С собой всё только самое необходимое. Давай, собирайся. Времени почти нет.

- Мне нужно в душ. – Я покраснела и судорожно вздохнула, отводя глаза.

- На хрена? – Вскинув голову, он посмотрел на меня, прожигая взглядом. – Оль, времени нет!

- Ты издеваешься? – Обхватив себя руками, встала и, обмотавшись в простыню медленно пошла к двери.

- Стоять! – Рыкнул он, цепляя край простыни и дергая меня на себя.

Тело по инерции разворачивает, и я со всей силы впечатываюсь в него, хватаясь за плечи, чтобы не упасть.

- Ты что творишь? – зашипела я, пытаясь вырваться, упираясь в его грудь, поднимая лицо.

- Твою мать! Ты долго будешь мои нервы на кулак наматывать? – Процедил Вик, наклоняясь к моему лицу, опаляя своим дыханием. – Ты, блядь, думаешь, мне пиздец как легко отправлять тебя к нему? Да меня всего наизнанку выворачивает! Все жилы, сука, выкручивает! Глаза закрою, а ты с ним! И мне, блядь, ни хера с этим не сделать!

Больно так, что внутри всё разрывается. Становится тяжело дышать. Чувствую, как его пальцы впиваются в меня, оставляя синяки. Дыхание тяжёлыми рваными толчками вырывается из груди, обжигает щёки, прищуренные глаза горят ненавистью.

- Так оставь меня здесь! – сквозь зубы говорю я.- Не отпускай меня! Что тебе мешает?

Мои слова ударяют его плетью. Его низкий стон больше похож на вой раненного зверя.

- Не могу, Оль!- хлестко, рвано, вскрывая ножом, загоняя под сердце,- Сука, не сейчас!

Он упирается лбом в мой лоб. Глаза так близко, что я могу пересчитать все золотистые вкрапления вокруг зрачков, которые начинают расширяться.

- Одевайся. – Хрипит он. – Немедленно, иначе я за себя не ручаюсь.

Я сглатываю и пытаюсь сделать шаг назад, вырваться из его объятий, но он ещё сильнее сжимает руки. Черты лица заостряются, губы вытягиваются в тонкую ниточку, под кожей начинают ходить желваки.

- Вить, отпусти. – Голос уходит на октаву вниз. – Слышишь?

- Не могу, Ляль, – хрипло шепчет он. – Прости, но не могу.

Его губы накрывают мои, язык врывается в мой рот жестко, завоёвывая. Это не ласка, это почти насилие. Руки грубо, властно скользят вниз, обхватывая мои ягодицы, поднимая меня вверх, стискивая со всей силы.

- Обхвати меня ногами. – Зло шепчет он, касаясь губами уха. – Немедленно. Ты меня слышишь?

Он стонет, руками подхватывает меня за бедра, заставляя обхватить его торс ногами. Пальцами отодвигает в сторону трусики и проводит ими по складочкам, раздвигая их, скользя внутрь и обратно, увлажняя их внутренним секретом, которого уже и так слишком много. Грубо касается клитора, заставляя меня вскрикнуть от боли, обводит его подушечками, массируя, сжимая, отчего моё тело выгибается, и с губ срывается низкий громкий стон. Он делает несколько шагов вперед, прижимает меня спиной к двери, упираясь в неё одной рукой.

Дыхание становится прерывастым, тяжёлым, ноздри трепещут, над верхней, закушенной, губой выступили бисеринки пота, влажные волосы прилипли к вискам, грудь вздымается жесткими рывками.

- Достань его. – Хрипло шепчет он. – Давай, малыха!

Его желание полностью парализует мой здравый смысл, отключая его. Мои руки скользят вниз, между нашими телами. Непослушными дрожащими пальцами я расстёгиваю пуговицу на его джинсах и дёргаю вниз молнию. Этот звук заставляет всё тело завибрировать. Ладонь ныряет вниз, проникая под боксеры, и касается горячей пульсирующей головки.

Он стонет, упирается лбом в мою голову. Я чувству его напряжение. оно передаётся мне, заставляя тело отвечать на каждый его взгляд, вздох, движение. Возбуждение волнами проходит через его тело, заставляя мышцы бугриться, дыхание вырываться рваными толчками из груди. Все вены на руках, шее вздулись. Пот крупными каплями катился по коже, вызывая непреодолимое желаение слизнуть его и ощутить солоноватый вкус на кончике языка.

- Твою мааать! – Хрипло шепчет он. – Обхвати меня за шею, немедленно.

Дыхание обжигает. Я вскидываю руки, обхватывая его за шею.

- Держись.

Он убирает руку с моих бёдер, и я висну на нем, обхватывая его ногами и прижимаясь к нему всем телом. Виктор одним движением стягивает джинсы вместе с боксерами, медленно выдыхает и поднимает голову.

- Посмотри на меня, родная, – срывающимся голосом шепчет он. – Посмотри и скажи мне. Скажи, что ты хочешь меня.

Я поднимаю глаза и замираю, растворяюсь в нём.

- Маленькая моя, – он через силу улыбнулся уголком рта. – Я не могу больше ждать.

Движение, и пульсирующая головка начинает тереться о влажный набухший клитор, разгоняя по телу белые молнии удовольствия, заставляя меня тихо постанывать и двигать бёдрами, умоляя его о продолжении.

- Ольга, твою мать! – Его зубы больно прикусили мочку уха, и я вскрикнула.

Руки нырнули под рубашку. Я ногтями скользнула по его плечам, срывая кожу, чувствуя, как он вздрогнул от этой боли. Медленно наклонив голову, горячим языком лизнула ушную раковину и хрипло шепнула.

- Дааа.

В ту же секунду он ворвался в меня до самого основания. Он согнул одну ногу и уперся коленом в дверь, позволяя мне расслабится.

- Дааа, – вскрикнула я.

- Тихо, родная. – Шикнул он, бросая на меня горячий взгляд, подхватывая рукою под ягодицу, поднимая и вновь с силой опуская меня на себя.

Комната наполнилась влажными звуками соединяющихся тел, его тяжёлым дыханием и моими тихими резкими выдохами. В нос ударил сводящий с ума запах секса. Движения стали ускоряться, он глухо стонал, опуская и поднимая меня, вколачиваясь до упора. Я встречала его каждое движение, тело выгибалось, пуская его ещё глубже, обхватывая ещё плотнее. Первая горячая струя семени, и я замираю, выгнувшись дугой, расстворяюсь в бешенных волнах, накрывающих меня одна за одной. Голова откинута, рот открыт в беззвучном крике, пальцы впиваются в его спину, разрезая ногтями кожу. Внутренние мышцы резко сокращаются, обхватывая его, сжимая, доводя до исступления, выжимая до последней капли. Он сжал руки в кулаки, вены канатами вздулись под кожей, казалось ещё чуть-чуть, и они просто полопаются.

- Блядь, пиздец, Лялька. – Хрипло прошипел он сквозь зубы – Ты из меня точно скоро психа, повернутого на сексе, сделаешь. Дурею от тебя. Полный гребанный крышеснос.

Он оттолкнулся рукой от двери и подхватил меня на руки второй рукой. Моё тело ещё сотрясалось от волн экстаза, и я просто повисла на нём, как тряпичная кукла, ничего уже не соображая. Оставаясь во мне, он донёс меня до кровати и сел на неё, поглаживая меня по голове, целуя в шею.

- Моя девочка.- срывающимся голосом прошептал он,- Вся моя. Везде.

Чуть отстранившись, скользнул по мне глазами, задержавшись взглядом на губах, груди и опустил взгляд вниз, туда, где мы были одним целым. Чуть приподнял и снова опустил, медленно, тихо постанывая.

- Охуенный вид, родная. Вот так, детка, бери меня всего. - сквозь зубы процедил он, поднимая и снова насаживая, медленно-медленно, отчего я просто начинаю сходить с ума, чувствуя малейшее движение его члена внутри себя.

Жар залил меня всю. Щёки аж горели. Губы пересохли, и я нервно облизнула их, опуская глаза вниз.

- Ты моя, поняла меня? - он продолжал свою пытку, медленно опуская и поднимая меня, наблюдая за тем, как его член погружается в сочащееся соком и семенем лоно, постанывая от сдерживаемого желания.

Я чувствую, что он опять наполняется силой, наполняя меня, растягивая только-только успокоившееся после сумасшедшего экстаза лоно.

- Да, солнышко, иди сюда.

Его рука опускается вниз и начинает ласкать клитор сильными, уверенными, болезненными из-за возбуждения движениями крепких пальцев. Я вздрагиваю, не в силах сдержать стон, откидываю голову, закусываю до крови губы, выгибаюсь, подставляя под его рот грудь с торчащими сосками. И тут же чувствую его губы на них. Он поочередно втягивает каждый в рот, прикусывая и катая их между зубами, поколачивая по вершинкам языком. Я начинаю раскачиваться, двигаясь вперед и назад.

Он тихо шипит, резко шлёпает ладонями по ягодицам, впиваясь в них пальцами. Отчего внутренние мышцы сильно сокращаются, сжимая его до боли, вызывая утробный стон.

- А-а-а... - стонет он. - Сейчас, малышка-а-а... А-а-а...

Он разводит колени, и моё тело ухает вниз, позволяя ему войти в меня до боли. Слёзы брызнули из глаз, я всхлипнула и вся сжалась.

- Вить,- задыхаясь от боли, от пробивающего спазма, судорожно сглатывая, прошептала я,- больно. Больно.

- Тссс... - зашептал он на ухо, прикусывая его, посасывая губами мочку, собирая солёные дорожки - Расслабься, родная, сейчас будет хорошо.

Он смотрел на меня, оглядывая лицо, нежно смахивая прилипшие волосы, давая мне время привыкнуть к тому, насколько он глубоко, а потом его рука опять накрыла влажные складочки, пальцы сильно сжали клитор, отчего тело буквально начало трясти крупной дрожью. Я стиснула руки в кулаки и, обхватив его ещё крепче, впилась в его плечо зубами, чувствуя на языке металлический солоноватый привкус. И в этот момент в голове вдруг прозвучал другой голос, который шепотом пронесся по телу:

- Ласкай себя, солнышко, отпусти себя, слышишь?...