Глава 14

На следующее утро тоже кипела работа. Суету наводили сборы товаров. Итого получилось сто банок сгущенки, тридцать банок пломбира, тридцать банок сыра, пять банок майонеза, шесть творожков и четыре желе. Между уровнями и рядами мы выкладывали ткань, хотя сохранность обеспечивали и сами сундуки благодаря заговору. Не даром же в прошлую поездку у нас ничего не разбилось.

В другой сундук сложила одежду Эрмина, пару корсетов и нижних юбок, а сверху поставила коробы со свечками. Вчера вечером после ужина я десяток хвойных успела сделать в рюмках, ещё и две формы наполнила. Правда место стыков у формовых свечей пришлой ножиком выправить, но вышло вполне симпатично. Сама я принарядилась в кремовое платье для того, чтобы выгодно подчеркнуть ажурный рисунок черной жилетки. Волосы заплела в греческую косу, украсив кончик цветочной композицией, которую я наскоро собрала из того, чем раньше были украшены шляпки. Вот только сумку я так и не успела обновить норкой. А может сшить уже новую из бархата? Вечером подумаю. Связанные митенки, я сложила в сумку, вместе с кошелем с монетами.

Сегодня в качестве охраны со мной поедет Дитрих, тот здоровый детина, который хорошо умеет пользоваться кулаками. Где уж Тим достал ливрею и на него, ума не приложу, но нашел же. Лукаш же до самой отправки проводил Дитриху инструктаж по охране моей персоны. Меня же интересовал другой момент: поместится ли он на облучке с Тимом? Но мои опасения не оправдались.

К появлению Бернарда мы уже завершали сборы. И пока мужчины впрягали рысаков в ландо, закончили. Я оставила последние инструкции домашним и устроилась в повозке. Как и в прошлый раз по дороге туда расспросила о некоторых моментах, в том числе и о ланолине из жиропота овец. Но на этот счет пасечник смог только посоветовать обратиться к аптекарю или к оптовым продавцам. А вот это хорошая идея! Может, предложить им сгущенку и пломбир для распространения и в других краях нашей страны? Насколько я поняла из рассказов пасечника, всеми грузовыми порталами заведуют крупные купцы.

Подумав, решила в городе в первую очередь развести сладости по магазинам, чтобы точно знать, сколько я смогу положить на счет в банке. И в первом же кафе, которое было практически на главной площади Виардо, меня ожидал неприятный сюрприз. А именно глава гильдии кулинаров, мэтр Эган Шарби. И едва владелец кафе нас представил друг друга, как он начал на меня давить. Дескать, почему не запатентовала рецепты новых кулинарных блюд.

– Не успела я в субботу к вам заехать, – с вымученной улыбкой возразила я.

– Поэтому я решил упростить вам задачу, – известил Эган.

Вот засада! Не тот тон я выбрала с главой гильдии. Не тот. Этот мужчина привык к власти, что дает статус главы. И договориться по-хорошему с ним не получится.

Я кинула выразительный взгляд на владельца кафе: это он меня сдал Эгану. Зря я сообщала владельцам, что буду в городе во вторник. И кивнула Бернарду на дверь, чтобы он отнес короб с продукцией обратно.

– Как… предусмотрительно, – с многозначительной паузой произнесла я и снова натянуто улыбнулась. – Только вот я в вашей гильдии не состою и пока плохо понимаю, что я от этих патентов выиграю.

– Процент за использование вашего рецепта, – сказал Шарби пренебрежительным тоном. Будто бы удивился моему вопросу.

– И всё? – спросила я разочарованно. – Всего один процент за уникальные рецепты? – Глава недоуменно молчал, а я продолжила. – К тому же я должна заплатить за вступление в вашу гильдию и за патентирование. Какой-то невыгодный обмен получается.

Я пожала плечами, всем своим видом демонстрируя скепсис.

– Как член гильдии вы будете защищены…

– От чего? – наигранно заинтересовалась я. – Вы мне охрану для усадьбы предоставите?

Шарби отчетливо скрипнул зубами.

– В случае стихийного бедствия или грабежа мы поможем вам беспроцентной ссудой.

Не сдержавшись, усмехнулась. Щедрое предложение, ничего не скажешь.

– Ваше предложение меня не заинтересовало, мэтр Шарби, – коротко сказала я, разворачиваясь к выходу.

– Вы не сможете продавать продукцию. В этом городе у вас никто её не купит, – выдал Эган. А я смерила его ещё одним оценивающим взглядом.

– Броссара – большая страна. Думаете, я не найду покупателей в других городах? – поинтересовалась я с приторной улыбкой.

– Можете, конечно, попробовать, но, боюсь, результаты вас не порадуют. – Шарби ухмыльнулся. – Да и не советую вам заводить себе врагов на ровном месте.

– Вы смеете мне угрожать? – уточнила я, уже всерьез удивленная его наглостью. – Мне – виконтессе де Арманди? Главе рода Арманди?

Шарби аж взбледнул от такой постановки вопроса.

– Ни в коем случае, я только совет позволил себе дать, – пришел он в себя поразительно быстро.

Я же выдохнула зло, заставляя себя успокоиться. И чего я так взбеленилась? Я же в субботу сама думала о патенте. Впрочем, я знала, отчего такая реакция: ненавижу, когда на меня давят!

Ещё один глубокий вздох и я мило улыбнулась. Зачем, действительно, усложнять себе жизнь? Хотя я планировала акцент делать на сгущенки и пломбире, но война с гильдией мне сейчас не по зубам.

– И я, наверное, даже послушаюсь его, но только с одним важным условием, – я «смущенно» опустила глаза, обдумывая, как это лучше подать. Но из-за гнева думалось плохо. – Я готова отдать вам рецепт сгущенного молока и пломбира, но больше в мою деятельность вы не будете вмешиваться.

– И сыра с зеленью, – встрял неожиданно владелец кафе.

– И рецептом сыра с зеленью тоже, – подтвердила я. – Также я оплачу членский взнос и патентирование этих трех рецептов. Но если вдруг придумаю новые сладости или другие блюда, буду патентовать их по собственному желанию. – Шарби оценивающе посмотрел на меня, будто пытаясь спрогнозировать насколько удачными будут мои новые рецепты. И я поторопила его. – Договорились?

– Хорошо, – согласился он. А я посмотрела на умирающего от любопытства владельца Сеппа Томази и поинтересовалась у него с легкой улыбкой.

– Можно воспользоваться вашим кабинетом, чтобы никому из посетителей не мешать?

Томази поморщился, но под тяжелым взглядом Шарби вынужден был согласиться. И значит, моя догадка верна: он хотел узнать рецепт на халяву. Вернувшийся Бернард последовал за нами. В принципе, с записью рецептов я правилась быстро. И да, маленькую пакость я все же сделала: про ваниль не заикнулась ни разу. Да, и сгущенка и пломбир и без них будут вкусные, но…

Отдала серебряные монеты за членство и за патентирование. Шарби же поставил печати на патентах, внеся мое имя в реестр изобретений.

– С вами приятно иметь дело, виконтесса, – с поощрительной улыбкой сказал Эган.

– По пятницам я буду заезжать за своим процентом в ратушу, – сказала я напоследок и направилась к выходу. Но когда уже была на пороге кафе, меня окликнул Сепп.

– Виконтесса, вы же говорили, что привезете новую партию товара сегодня, – напомнил он.

– Но я подумала, что вы сами возьметесь изготавливать десерты по рецептам, – возразила я с приторной улыбкой. – Хотя если есть желание, то могу и свою продукцию вам продать. Вас устроит цена в четыре серебряника за банку?

Вообще я планировала за три отдавать. Но теперь как бы мне не пришлось снижать цену до двух серебряников. Сепп скрипнул зубами, но кивнул.

– Бернард, будь добр, принеси десять банок сгущенки, пять пломбира и пять сыра с зеленью. Господин Томаззи, отдадите плату моему помощнику. Всего доброго.

Пасечник справился быстро, так что вскоре уже садился рядом в ландо.

– Куда теперь? – уточнил Бернард негромко, понимая, что мои планы после такого должны измениться.

– В торговую гильдию, – решительно сказала я.

Бернард уточнил, в какое именно представительство лучше ехать: главное в торговом квартале или небольшое в ратуше. Выбрала первый вариант.

Здание произвело двоякое впечатление: этакий бизнес-центр девятнадцатого века. Резные перила на широкой раздвоенной лестнице, отделка из дерева и кожи. Как объяснил пасечник, здесь можно заключить конторки на поставку любого товара. Складские же помещения находились по всему кварталу. Не желая терять время, попросила секретаря на рецепшене о встрече с главой гильдии. И мэтр Джерред Бенар не отказался от встречи с главой рода де Арманди.

– Добрый день! – поздоровалась я при входе в кабинет. Бернард с коробом в руках проследовал за мной. Представилась сама и представила спутника. Глава гильдии доброжелательно поздоровался и представил мне своего заместителя и помощника. Окинула их магическим взглядом, чтобы убедиться, что ни агрессии, ни зависти они не испытывают. У Шарби часто мелькали зеленые всполохи в ауре, от кислотного оттенка до грязно-коричневого. Поэтому я ему совсем не доверяю. Здесь же помимо легкого любопытства, было ещё какое-то легкое веселье.

– Чаю, виконтесса? – предложил Бенар. Покачала головой в ответ, собираясь с мыслями.

– Я к вам приехала с деловым предложением, – решила я перейти сразу к сути дела. – Я изобрела эти уникальные сладости, – дождавшись, когда Бернард поставит на стол короб, достала из него несколько банок: одну со сгущенкой, одну с пломбиром, одну с желе и с творожком одну. И после паузы продолжила, доставая по баночке с разным творожным сыром и майонезом. – А также этот мягкий сыр и соус. И хочу предложить вам заняться их распространением по всей нашей стране.

– И так как на них оформлен патент, мы можем договориться с любой кондитерской на сладости и…

– Нет, – перебила я Бенара. – Патент оформлен только на сгущенку, пломбир и вот этот вид сыра. А также у меня есть договоренность с Шарби, что патенты на остальные свои изобретения я могу и не делать.

И мои слова уж заинтересовали Бенара.

В этом мире патент, который оформляется в гильдиях, дает изобретателю неисключительное право пользование им. То есть если отдал рецепт гильдии, имеешь право сам производить этот продукт и получать процент с продаж, когда другой член гильдии им пользуется. Чтобы добиться исключительного права пользования нужно обращаться к высшим органам власти на местах или к самому монарху. Но для подобного обращения изобретение должно представлять огромную ценность для города, области или страны. Сладости к такой категории явно не относятся. Смысл в такой политике был. Обычно именно в гильдиях обучались специальностям, а, значит, последующие изобретения были как раз достоянием данной организации. Но я-то в гильдии кулинаров не обучалась. Так что наезд Шарби не имел под собой оснований.

Бенар задумчиво перебирал банки, открывая и нюхая содержимое.

– Это я вам оставляю на пробу, – объявила я. – Соусом можно заправлять салаты, добавлять в готовые блюда для вкуса. Или, например, намазать на хлеб и положить сверху кусок колбасы.

– А цена вопроса? – спросил Джерред.

– В розницу я буду продавать по три серебряных за баночку всё, кроме соуса. Он за четыре, так как объем больше. А насчет опта мы уже будем обговаривать условия. И на будущее у меня есть ещё несколько рецептов блюд, полученных в результате особенно удачных моих экспериментов. Так что…

– А если мы откажемся?

Я пожала плечами и легкомысленно сказала.

– Открою свой фирменный магазинчик или кафе. Возможно, в будущем даже организую собственную сеть.

Нет у меня на это времени, но им об этом знать не обязательно. Мужчины переглянулись с непонятными улыбками. И это мне не понравилось, выразительно приподняла брови, глядя в глаза Бенара.

– Вы слишком молоды для подобного дела.

– У меня отличный стимул и бездна энтузиазма и уверенности в себе, – возразила я. Да уж, вот о возрасте Кати я постоянно забываю. – Оставляю вас для дегустации и обсуждения моего предложения. Заеду после обеда. – Я уже развернулась к выходу, когда неожиданно вспомнила об одной из расписок. – Ах, да, мэтр Бенар, – я достала расписки и быстро нашла нужную. Протянула её и отсчитала десять золотых монет. – Хочу погасить расписку брата.

– Она до двадцатого числа, – возразил Бенар, пристально глядя мне в глаза. Я снова пожала плечами. Мужчина перечеркнул её крестом и на обратной стороне написал «погашено» и поставил подпись. Достал и свой экземпляр из стола и проделал ту же процедуру. Я тоже расписалась на обоих экземплярах и забрала свой.

– Будете ли вы столь любезны, чтобы проводить меня к купцу, который выкупает обычно шерсть овец у моих вилланов?

– Конечно. Манфрид проводи виконтессу к Уго Веберу, – распорядился глава гильдии. Помощник тут же подскочил и направился к выходу.

У Вебера был собственный кабинет в гильдии, и он как раз находился там. Зачем мне он нужен? Во-первых, предупредить, что в этот раз к нам не надо приезжать за шерстью. А во-вторых, я подумала, что он может знать о ланолине больше остальных, ведь он постоянно общается с владельцами заводов по обработке шести. И оказалась в этом права. Уго даже смог ответить, как добывают ланолин: обрабатывают сточные воды от промывки шерсти. Также он сориентировал меня по цене ланолина, который активно используют в лечебных мазях и даже в косметике. Ого! Пятьдесят грамм за семь серебряных монет. А сколько его получится добыть? Ну если учесть, что от первичной массы шерсти остается примерно половина. И из утерянной половины треть или даже больше грязи и мусора, выхлоп все равно получится неплохой. А значит, нужно заморочиться с тем устройством. Поблагодарила Вебера за информацию и попросила проводить меня к поставщику пряжи. Раз я здесь, надо присмотреть нити из хлопка и шелка для летних митенок и прочих аксессуаров. Как я и подозревала, образцы были в одном из соседних кабинетов. Отобрала с десяток вариантов разных цветов и попросила доставить по килограмму пряжи каждого варианта к двум часам дня.

А после направилась к артефактору. По пути снова напрягала память о прежней жизни, но так и не вспомнила ничего толкового. Ладно, пойдем от другого. Вот мы растапливаем жиропот горячим воздухом, а дальше нам надо его как-то отделить от шерсти и собрать. Отжать? И тут другое воспоминание мелькнуло: в детстве я еще застала стиральную машину – полуавтомат, в которой для отжима белья использовалась центрифуга. Вот он выход!

Артефактор порадовал меня готовыми изделиями: у миксера сделал даже три скорости, вафельница тоже не разочаровала. Я, не отходя от кассы, заказала ещё один миксер. Нарисовала и описала принцип действия блендера, договорившись всё на те же полпроцента за изобретение. А вот насчет устройства для добычи ланолина думали вместе. Я нарисовала центрифугу, обговорив, что объем нужен не меньше пяти-шести литров. И уже в процессе решили, что надо два накопителя на два разных артефакта: один будет раскручивать барабан, другой подавать горячий воздух 50-60 градусов. Ни Цельсия, ни Фаренгейта здесь не было, но система была мне привычна. То есть за нуль местные ученые взяли температуру замерзания воды, за сто градусов температуру кипения воды. Насчет времени такой обработки я тоже долго думала, ведь главное ещё и не пересушить шерсть. И в этот раз память откликнулась: дед как-то говорил, что таймер полетел на одном из приборов, а он строгий. Тридцать пять или тридцать семь секунд? Возьмем сорок.

В процессе обсуждения подала идею, где ещё можно использовать центрифугу, а именно расписала вариант стиральной машины – автомат. Вот только рано я поставила мысленно знак равенства между электричеством и магической энергией. Последняя стоит гораздо дороже. И если я всегда могла подзарядить артефакты своей энергией, то для остальных необходим будет более объемный накопитель. Поэтому мэтр Обье усомнился в окупаемости подобного изобретения. Ручная стирка здесь привычна и не требует таких затрат. Да и стиральные доски пользуются спросом. Но сразу отказываться от этой идеи не стал. Решил сначала прикинуть примерную стоимость этой «машины».

– А какие у вас ещё есть идеи? – уже с любопытством спросил он.

– Система отопления для многоквартирных домов, – тут же выдала я. – А впрочем, она и для усадеб может пригодиться, – подумала и продолжила список. – Утюги на магической энергии. Плойки для кудряшек и фены для сушки волос. Переносные холодильники. Ах да! Мне как раз они и нужны. Необходим будет короб с ручкой, как большая корзина с плотно прилегающей крышкой. И в одну из стенок вставить охлаждающий артефакт средней или слабой мощности.

А для больших агрегатов, нарисовала более удобную для меня схему, то есть что-то похожее на наши холодильники. За разговорами не заметила, как пролетело почти два часа, но глянув на настенный хронометр, хлопнула себя по голове и торопливо попрощалась с мэтром до вечера.

Заехала ещё в одно кафе, где отдала сорок банок сгущенного молока, десять банок пломбира и пять банок знакомого сыра по три серебряных за банку. Все остальное дала по баночке на пробу, так же как и в прошлый раз по себестоимости, то есть по одному серебрянику. И после заехала к сестрам-близняшкам Ирме и Хельме. Заметив, как я сглотнула слюну при виде свежих булочек, они тут же предложили нам с Бернардом чай. И я не отказалась. И уже за чашечкой травяного напитка обсудила с ними мою идею. Я хотела организовать у них что-то вроде фирменного кафе. Пообещала научить их готовить все вкусности, что знаю, и поделиться идеями насчет сезонного расширения кафе, то есть как проще и лучше сделать летнюю веранду.

– И сколько это будет нам стоить? – осторожно уточнила Ирма.

– Ирма, я предлагаю вам долгосрочное партнерство. Если нужно, могу даже организовать поставку молочной продукции. И все это вдобавок к уникальным рецептам. Так что это будет не разовая выплата. Я хочу тридцать процентов от прибыли. Не от выручки, а именно от прибыли. И сразу предупреждаю: я отлично разбираюсь в приходно-расходных книгах, так что даже не думайте меня обмануть. – Близняшки переглянулись в растерянности. Я же протяжно выдохнула и, допив чай, предложила. – У вас есть время подумать. Я до вечера буду в городе, после двух часов ищите меня в торговой гильдии. Около пяти буду у артефактора Эгона Обье. Когда в следующий раз приеду в город, я ещё не знаю. А пока могу предложить купить у меня сгущенку и пломбир по три серебряных за баночку.

Не желая терять ещё время на поиск новых покупателей, продала всю оставшуюся продукцию здесь. А после, наконец, отправилась к ювелиру. Разговор с ним был коротким. От сопровождения отказалась, кивнув на вошедшего в помещение Дитриха. По дороге в банк заехали к ещё одному кредитору, которому Эрмин тридцать золотых задолжал. Погасила и эту расписку. Так что в банке я положила на счет всего сто золотых. Остальное пойдет в дело.

Я довольная уже шла обратно к вешалке, на которой оставила свое манто, когда произошла неприятная встреча. Волдо дель Соро заступил мне дорогу.

– Катрин, какая приятная встреча! – так громогласно объявил он, что многие посетители обернулись в нашу сторону.

– Для вас виконтесса де Арманди, – поправила я его и решила сразу распрощаться. – Доброго вам дня, барон дель Соро.

И попыталась обойти Волдо, но он ухватил меня за запястье.

– Куда же так спешишь, моя невестушка?

– Не была ею, слава Богам, – парировала я, пытаясь высвободить руку. Крепко держит, гад.

– Катрин, – понизив голос, прошипел он. Но тут же приторно любезно улыбнулся. – До меня дошли слухи о причине твоего отказа от брака со мной. И я готов закрыть глаза на твой проступок. Так что мое предложение в силе.

Сволочь! Специально устроил эту сцену в общественном месте.

– Единственная причина моего отказа: вы мне противны, барон дель Соро, – уверенно ответила на это я. Он ещё сильнее сжал мое запястье, уже причиняя мне боль. – И этого, увы, не изменить. Поэтому прошу меня отпустить…

– Я ведь давал тебе шанс спасти свою репутацию, Катрин, – неожиданно спокойно сказал он. Я скептически хмыкнула и посмотрела на Бернарда и Дитриха, которые маячили неподалеку, но пока не решались вмешаться. Не хотелось доводить до открытого конфликта, но, видимо, этого уже не избежать. – А теперь я тебя просто уничтожу…

– Волдо, что вы себе позволяете? – герцог де Ревиль появился, как никогда вовремя. – Отпустите Катрин. Немедленно.