Глава 20

Консул Таке Оливе еще раз сверил две голографии. Одна была записана недавно, другой было несколько тысячелетий. И на обеих была запечатлена одна и та же женщина. Эта загадка была вызовом для него. Гораздо серьезным, чем мятежники, этих можно отловить и поместить в криостаз, до лучших времен. Что делать с ней?

Он еще раз просмотрел отчеты генетика с Синей. Вспомнил ее удивленно-покорный взгляд и резкий переход от игры всевозможными эмоциями к ровному всепоглощающему фону безучастности. Необходимо еще одно генетическое исследование лучшими специалистами и под его патронажем! Это первое, что надлежит сделать. Но просто так Лартс свою игрушку не отдаст. Насколько он привязан к ней, видно даже дефектному клону. Подарить целую планету! Зачем? Чтобы оставить ее в карантине, несомненно. И если с Элдором можно было договориться. То с дикаркой? Придется.

Консул еще раз взглянул на голографии и хмыкнул. Курьез, но она сама себя ему предложила. Естественно, не осознавая, что делает. Но формальный повод, тем не менее, дала!

— К госпоже Виктории, — подтвердили клоны.

Она покачнулась, потом взяла себя в руки:

— Ведите. В гостиную для переговоров. Официальных…

То, что девушка была пьяна, консул заметил сразу, о чем и сообщил, вместо приветствия:

— Виктория, ты пьяна.

— Да господин Таке, я пьяна самым наичудеснейшим образом. День такой выдался. Хочешь?

Она протянула ему один из своих стаканов, из второго начала цедить маленькими глотками.

— Ты здесь, господин консул так же, чтобы просветить меня: насколько не хорош Элдор?

— Не хорош? О нем я другого мнения. Он был моим учеником. Наш дом зарабатывает, в том числе, обучая отпрысков древнейших родов. Элдор, поверь уж, худшим никогда не был. Скорее наоборот.

— Вот как. Значит ты не по его душу.

Виктория хихикнула и повторила:

— Душу… как славно, что переводчик знает это слово. У вас тоже есть душа?

Господин Таке опешил. План, которому он решил придерживаться в разговоре, пошел на слом. Беседу вела она. И это было для него непривычно. А еще от нее не шли никакие эмоции. Словно она накрепко закрылась, что совершенно невероятно. Или была пуста.

— У нас есть душа.

— Расскажи, — попросила Виктория, — А потом я тебе. Про свою загадочную, синюю душу, нет! Вот скажи, почему он переводит так дрянно, я ведь имела другое в виду. Ладно. Попробую так: я расскажу тебе про свою загадочную грязную душу. Не совсем то…

— Я тебя понял. Про душу невозможно рассказать. Показать могу.

— Душу? Ты? Мне?

— Показать, да. То, что передается из поколения в поколение, от учителя к ученику, который потом, в свою очередь становился учителем. Если настроить твое сознание.

— Я тебя боюсь, — неожиданно сказала Виктория.

— Не здесь…

Она приложила руку к своей груди.

А потом к голове:

— Здесь я тебе я боюсь.

Консул ей не поверил:

— В тебе нет страха.

— Никогда не было, — согласилась она, — Только с тобой.

— У тебя пытливый ум. Восприимчивый. Гибкое сознание…

— Комплименты, комплименты, ими сыт не будешь. Дружище, Кури! — вдруг закричала она.

Слуга проявился незамедлительно.

— Я слегка растерялась. Где тут у нас гостиная для официальных переговоров?

Консул с изумлением наблюдал, как госпожа Виктория, прихватив под руку слугу, твердым шагом рванула вперед. Ему оставалось лишь следовать за ними. В «официальную», для переговоров! С опытным образцом дикой планеты!

По пути следования Виктория пару раз обернулась. Чтобы убедиться, что глаза ее гостя вращаются на своих орбитах и брови не осыпались, лишь торчком встали… Эмпатом быть не надо, чтобы понять, что господин Таке пребывает в легком таком ужасе.

Расположив гостя на ему определенное место, в этом огромном зале с обилием мягкой мебели, что больше подошла бы для будуара, она наконец-то выронила из себя:

— Безмерно рада возможности лицезреть тебя, многоуважаемый господин Таке.

А мысленно пропела: «Он сказал: «Поехали!». И взмахнул рукой!».

— Взаимно, госпожа Виктория. Как Ореол? Элдор ознакомил тебя с местами нашего достоинства?

«Даже со своими местами достоинства не удосужился!» — хотела пожаловаться, но вовремя передумала.

— Не нашел время, у него оказалось много дел. Но при перелете я заметила, что планета весьма искусно упрятана от любопытных глаз. Много растительности. Это красиво.

— У Элдора великое будущее, он и сам еще этого не понимает, но уже движется в верном направлении. Неужели он успел за столь малый срок добиться твоего нерасположения?

— Рада за него, — бросила девушка игнорируя последний вопрос.

— А что ты думаешь о своем будущем? Здесь, на Ореоле или, может быть, на твоей Земле?

Земле? Он сказал — Земле? Теперь ее тупой переводчик, наконец-то уяснит правильное слово.

— Земля! — сказала она и еще раз с восторгом повторила.

— Твоя? — вкрадчиво и тоже повторил консул.

Виктория с удивлением вскинула глаза на него и попала в ловушку.

Вопросы исчезли. Мысли тоже.

— Хочешь вернуться домой? Ты сможешь жить на Земле и быть ее наместником. Это большие полномочия. Статус. Возможности.

Виктория постаралась сконцентрироваться:

— Наместником? Земля, как колония? Вы же начнете все переделывать под себя. И нам придется жить по вашим законам. И за все это я буду нести полную ответственность? Или я буду лишь «вывеской»? А в перспективе — Земля станет копией Ореола?

— Это невозможно, каждый мир уникален. В некотором смысле Ореол искусственная планета. Климат, растения, животные. Оригиналов уже не осталось. Искусственно выведенная каста слуг и чернорабочих. Законов у нас не много. Но чтят их свято. В рамках семьи, дома, рода — старший. Все остальные возникающие проблемы решает совет. Только в случае необходимости выбирается консул.

— У вас сейчас, видимо, неприятности, сколько лет, господин Таке ты занимаешь эту должность?

— Более десяти.

— Крупные неприятности, похоже, — наконец-то ей удалось отвести от него взгляд.

И сказать, глядя в переносицу:

— Я не сниму карантин с планеты. Должность наместника меня не прельщает. Мне достаточно того, что Земля является моей собственностью, собственностью дома Орлов и будет передаваться по наследству. Это не противоречит вашим законам?

— Нет. То, что зарегистрировано в реестре — незыблемо.

— Значит, мы поняли друг друга?

— Девочка, я тебя понял. И мне импонируют такие качества, как отвага, упорство…

Договорить, что еще там у него «импонирует», консул не успел.

В зал вошел Элдор.

«Наконец-то!» — подумала Виктория.

«Рано», — пришел к мысли консул.

«Что он тут делает?» — начал было размышлять Элдор. Но от девушки шла настолько восторженные эмоции в его сторону, что он невольно поддался ее веселью.

— Приветствую тебя, господин Таке, в моем доме. Даже рад видеть. Тебя привело сюда, несомненно, неотложное дело?

— Несомненно, и неотложное! Встретится с тобой, возникла необходимость.

— У меня тоже. Я весь день провел в совете и ожидал тебя там.

— Жаль, что мы разминулись, — улыбнулся консул, лукаво.

Элдор эту улыбку оценил:

— Виктория! Выйди, пожалуйста.

Как домашнему питомцу приказал! Девушка молча прихватила не использованное консулом успокоительное и направилась медленно к выходу. Потом, совершенно случайно, вспомнила о манерах:

— Хорошего тебе вечера, Таке, надеюсь, еще увидимся?

Зря вспомнила. Потому что:

— Обязательно, Виктория, и не раз…

Обольстительная улыбка в глаза, вслед…

— Что ты хотел от меня? — наконец произнес старший дома Лартс.

— Забавно, ты опередил меня с тем же вопросом. Пусть так и будет. Расследование о смерти твоего отца закончено. Оно у меня с собой. Желаешь ознакомиться сразу или мне уйти?

— Господин Таке… сейчас. Я готов.

— Рад, что ты настроен решительно, но скажу заранее: не совершай поспешных действий, о которых будешь жалеть. Информация уже на твоем ручном комме.

Чтобы дать Элдору необходимое время, господин Таке встал, полюбовался единственным здесь излишеством — статуей "Звезда" и вновь задал себе вопрос: «Почему его друг, гениальнейший скульптор творит свои шедевры не из современных прочных, практически вечных, материалов, а из камня? И убеждать бесполезно».

— Этого я не ожидал, — вырвал его из раздумий Элдор.

— Я тоже не сразу в это поверил. Квесторы проверяли и перепроверяли. Все верно.

— Господин консул, — начал четко и медленно выговаривать хозяин дома, — Семейные дела не дают мне возможности в данный момент обратиться к тебе с предложением. Интересным предложением. Но через два дня надеюсь найти тебя в зале совета.

— Но не в этом доме? — легко улыбнулся консул.

— Я чувствую твою поддержку, она для меня огромная ценность, благодарю. Я справлюсь…

Господин консул уже покинул поместье Лартс.

Госпожа Виктория уже спала.

Бриол лежал рядом, изредка касаясь языком ее глаз и снимая лишнюю влагу.

Отключив орошение сада, отрегулировав терморегуляцию почвы, Элдор Лартс терпеливо ждал, когда высохшие рыжие листья начнут один за другим падать. Мысли его текли неспешно, и все они убеждали его в мимолетности бытия. Лишь одна выбивалась из строя, не давая раствориться в покое безмятежности, хоть на время.

Мысль была о том, что стаканов с ядом, что подал клон, было два.

Из одного отпил отец.

К другому, предназначавшемуся ему, он не притронулся.

Тот, кто убил отца, желал смерти и ему.