Глава 11

В коридоре нас настиг Француа, копошащийся на ходу в бумагах и бубня:

- … 2054, дождь, 1082, звезды… Что? - резко остановился он, чуть не врезавшись в меня. - Ах да, ты уходишь. Себастиана взяла? - спросил он будто дело идет о собачке.

- А где он?

- В кабинете же был, только не говори, что ты не заметила? – и, нахмурившись, продолжил бубнить, - так, 2088 форели и русала. Откуда б его еще достать, будь она не ладна.

- Что все это значит? - задала я вопрос многолетней давности, учитывая, что семь лет пришлось провести вне отеля.

- А? Что? - Француа явно был растерян, ну или все еще подшофе. Таким я его не припомню, а может и просто редко сталкивалась.

- С тобой все в порядке? - спросила, уже боясь, что он тронулся умом.

- Да. Нет. 2088 русал, русал, - прошел он к стойке регистрации.

Я громко хлопнула по столу.

- Что происходит? - уверенная, что резкий звук вернет его в реальность, я последила за его реакцией.

- Господи, что ты к нему лезешь, женщина, - фыркнул Керуб. - Я всего лишь слегка его вразумил.

- Что ты сделал? - вспыхнула я, где-то в глубине осознавая, что я пребываю в таком состоянии слишком часто, учитывая, как я жила отшельником последние несколько лет, не сильно выражаясь в эмоциях.

- Наложил заклятия, - ответил, как ни в чем небывало, Керуб.

- Как? Зачем? Когда? - я до того была растеряна, что просто не знала, как реагировать.

- Скользкий он тип, милочка. Он мне сразу не понравился. Вот я и решил его проверить. Однако находясь внутри тебя, моя магия слегка видоизменилась и как-то неправильно на него подействовала.

- Что ты натворил, животное! - будь Керуб реальным, я бы бросила в него эту чертову вазу, подаренную Француа Моррис, а возможно еще и пнула бы в придачу.

- Да все с ним в порядке, смотри! - пренебрежительно бросил Керуб. - И не смей тут оскорблять меня. Я высшее существо, я – святое создание, сотканное из света… - разглагольствовал он.

- Господи, мне все равно! Отвечай уже на вопросы, пока я тебя не прожгла изнутри! - пригрозила я.

- Ведьма! Если бы не мои боги…

- Их здесь нет! А я могу уничтожить тебя за секунды! Отвечай, что ты сделал с Француа? - который в это самое время начал распевать песни. Божечки, его можно было пристрелить за это, чтоб не мучался.

- Я делал все, как всегда. Направил магию, хотел «прочесть» его, однако энергия вышла не белой, а иной. Наверное, слегка смешалась с твоей и вот вместо того, чтоб узнать о нем, я помутил его рассудок, и учитывая, что я заскрежетала зубами, он добавил, - да все с ним хорошо, смотри, он поет.

- Он не поет в обычное время, тупое ты не-до-животное! - я схватила Француа за руку и взглянула в глаза. Взгляд его был расплывчатым, будто он был и пьян, и одновременно безумен.

Я обратилась к внутренней магии, воззвала все силы, что были во мне и сосредоточилась на руках. Вязкая энергия выплывала из меня и перебиралась на руку Француа. Некогда я так лечила Мадженту, нага, с которым оказалась неожиданно на поле боя, с разницей, что ее я залатала физически, а метрдотеля ментально.

Когда я открыла глаза, то увидела, что Француа во всю ширь своих маленьких глаз-пуговок рассматривает меня. Этот взгляд испугал меня до дрожи в руках, неужели я перегнула палку.

- Ты забыла Себастиана, - сказал он в обычной манере.

Фух, кажись пронесло.

- Чем ты занимаешься? – все же повторила я вопрос.

- Решаю проблемы в номерах, - просматривая бумаги в руках, как в первый раз, ответил он. Видимо, метрдотель и сам не заметил, как некоторое время пребывал в состоянии беспамятства.

- И что там?

- Эмм, ничего не понимаю, - проговорил он, почесывая подбородок. – Не помню, чтоб меня просили доставить русала в номер 2088, еще и с форелью. А в 1054 дождь. Месье Ришаль видимо забыл, что это обычная погода Страгона, ибо сам решил заселиться в самый дешевый номер.

Хм, ответ был весьма очевиден. Помнится семь лет назад номер Таруна был обозначен чемоданом. Помнит ли об этом Француа?

- Да, помню, - ответил неожиданно он. Похоже все же магии слишком было много, раз он еще и решил разоткровенничаться, уловив ход моих мыслей. – У господина Саагаши был очень тяжелый чемодан, который он просил попридержать до его следующего прибытия в наш отель.

Вот так новость! У Таруна сохранился некий чемодан?! Здесь? Меня прям окатило холодным градом пота. Сердце забилось так сильно, что, казалось, вот-вот выпрыгнет из груди. В одно мгновение я напрочь забыла, как минутами ранее направлялась в Марамбу, искать мост и ведьму. Все мысли, все планы, все тревоги, связанные с проклятием и моим будущим, отступили на задний план, растворились в тумане.

Тарун. Мой принц, которого давным-давно уже нет в живых. В это мгновение, он словно вновь ожил и оказался рядом со мной. Его имя, словно магическое заклинание, вернуло его из небытия. Я почувствовала его присутствие так ясно, так осязаемо, что мне показалось, будто я могу протянуть руку и коснуться его. Его улыбка, его взгляд, его голос – все это вспыхнуло в моей памяти с такой яркостью, что перехватило дыхание.

Чемодан. Что в нем? Какие тайны он хранит? Может быть, это его личные вещи, его дневники, его письма? Или, быть может, это просто старые безделушки, забытые им в спешке? Но даже если так, даже если это просто пыльные воспоминания, они все равно бесценны для меня.

- Попридержи коней, деточка, - прогремел голос Керуба. - Слишком уж глубоко лезешь в свое подсознание. Я бы на твоем месте побоялся застрять там надолго. Прошлое еще ни для кого не было спасением.

Естественно, его слова мне ничего не дали. Я не собиралась к ним прислушиваться.

- Мне нужен его чемодан, Француа! - выпалила я, сотрясаясь от одной мысли, что смогу вновь соприкоснуться со своим любимым.

Метрдотель расхохотался.

- Держи карман шире, глупышка! Эй, Сьюзен, принеси мне доску из моих покоев, живо! - крикнул он мне за спину, явно обращаясь к одной из горничных, но мне было все равно. Сейчас я готова была отвалить любую сумму ради вещей Таруна.

- Что ты хочешь в обмен? - чуть ли не взмолилась я.

- Спаси моего брата! У тебя мало времени. До полуночи осталось чуть больше девяти часов. А потом можешь глянуть на то, что лежит в чемодане.

- Но…

- Господин Саагаши мертв, да, я знаю. А следовательно, чтобы не лежало внутри его чемодана – собственность отеля, - Француа вернулся полностью в свой образ меркантильного мерзавца.

- Хочешь я еще раз «почитаю» его, - предложил мне Керуб, и я готова была согласиться на это при других обстоятельствах, однако худосочная горничная Сьюзен принесла мне доску, которая словно завывала. Себастиан то ли был рассержен, то ли ему не терпелось выйти в свет. Я пока не научилась определять гамму его эмоций.

- Я выполню твою просьбу. Но и ты не забывай о том, что обещал, - с этими словами, я резко развернулась, на ходу выхватив доску, поспешила на выход.

Учитывая мое состояние, я аж вздрогнула, когда за дверью меня чуть не сбила велорикша. Гомон, что стоял вокруг был как удар по моим ушам, как и солнечные лучи, что ослепили меня в одночасье.

- Будь аккуратнее, цветочек! - недовольно выкрикнул мне Керуб.

«Боже!» - взмолилась я.

Марамба была удивительным местом, как мираж, возникший на солнце, сотканный из волшебных сказаний и древних легенд, наполненный ароматами пряностей и таинственных трав! И едва я разлепила веки, то узрела само сердце самой безбрежной пустыни с ее змеящимися реками-улицами, уходящими в бесконечные лабиринты средь невысоких глиняных домов.

Громкие голоса купцов перекрикивают звуки ветра, что достигают эти места из империи Миртов, а смех и крики детей смешиваются с треском барабанов и мелодиями лютней, что так противоречит жизни в Лонгстоне.

Казалось, что каждый уголок Марамбы полон красоты и всевозможных звуков: яркие ткани развиваются на ветру, словно флаги, приветствуя путников из далеких стран, в особенности не просто людей, а всевозможных существ.

Здесь можно встретить человека с кожей, переливающейся как опал, и существ с глазами змеи, как и рослую обезьяну, что говорит на местном языке, ибо его собеседник вполне понимает его, хоть и совершенно иной расы. Кентавры, фавны, эльфы и гномы – жили здесь в мире и согласии, торгуя и развлекая друг друга.

Тут и там присутствовали мудрецы и поэты, что делились историями с зачарованной публикой, развлекая их удивительными историями о древних богах и забытых мирах.

- Равэн, один из слуг госпожи Иссари, однажды пришел к ней с плодами и всевозможными дарами из дна моря Блаше, - заливал один из стариков, седая борода которого была замотана в несколько оборотов и все равно касалась пыльной земли, а тюрбан был до того высоким, что предоставлял тень предстоящим людям аж на несколько метров.

- Все он врет, - буркнул Керуб, - он притащил лишь гранат и рыбку в бутылке. Тот еще скупердяй был этот Равэн.

«Значит ты знаешь всех приближенных богов?» - спросила я про себя, заворожено оглядываясь по сторонам.

Я заметила, что торговцы предлагали не только материальные товары, но и тайные знания, зелья любви или удачи, прям чувствовала нутром, как в воздухе витает волшебство, словно сама столица пустыни Сахаби была эпицентром зарождения магии.

Себастиан продолжал вибрировать. Но на этот раз я поняла, что он так же, как и я, вбирает в себя все то, что происходит вокруг, эту энергию, гул и аромат, магию и таинство местного народа.

Я просто шла вперед, восторженная и завороженная, даже не заглядывая в карту, будто сама судьба должна была подать мне знак. И судя по бурлящей жизни всех вокруг, я в мгновение ока стала частью этого мира.

Необычный транспорт на всевозможных колесах, проезжал мимо, звеня и крича, чтоб ненароком не сбить кого-нибудь, в частности таких же зевак, как я.

- Осторожнее, тупица! Ты нас обоих грохнешь своей рассеянностью! - вопил Керуб, когда очередное железное строение чуть не переехало меня.

Так я больше часа гуляла по улицам Марамбы, заглядываясь на людей и иных созданий, в поисках знака судьбы, прислушиваясь к их непонятному говору, историям, слухам и новостям.

И тут стемнело! Резко! Будто солнце исчезло в одночасье, погрузив Марамбу во тьму.

«Что ты наделала?!» - выпалила я существу внутри меня.

- Это не я, глупая ты женщина! Я не способен погасить солнце! Ведь я его создание! Его искра…

«Прекрати хвастаться!» - в ужасе выпалила я, ибо момент был действительно страшный. И если бы не Себастиан, что тихо шептал мне «Сейчас ты лицезреешь воистину чудо» - то я бы упала в обморок.