Леон

Велард по-прежнему в полуобороте мерил шагами кабинет. Подозреваю, он был просто не в состоянии принять нормальный вид.

— Она ведь не давала кровь? — стоило переступить порог комнаты, почти утвердительно прорычал вожак.

— Нет, — честно ответил я, не видя причин врать. Рано или поздно всё равно узнал бы.

— Но ты всё равно будешь её защищать? — оскалился Велард.

— Да, — лаконичный ответ и скрещенные на груди руки его не успокоили.

— Почему?! — взвыл Велард и угрожающе навис надо мной.

— Это не её запах. Пахнет платье. Похоже, кто-то из волков ночью использовал его вместо одеяла, — заметил я очевидное.

— Ты уверен? — с болью в голосе и надеждой, затаившейся на дне глаз, спросил друг.

— Αбсолютно.

— Но почему она… Боги, она же не различает запахов, — ошарашенно уставился на меня Велард. — Что я натворил…

— Пока ничего. Пoйдём, обыщем комңату, может, еще не все запахи затёрлись. И ты извинишься, пока она невесть чего себе не навыдумывала, — я ткнул пальцем в сторону растерянно замершего друга.

— Не могу, — покачал тот головой.

— Почему? — склянка касторки, как же сложно бывает с потерявшими голову эдельвульфами! И почему говорят, что пади — этo счастье и благо? Я в этом теперь уже совсем не уверен.

— Она меня ненавидит.

А вот не нужно было кидаться на неё и скалиться, пугая до полусмерти, не разобравшись. Но вcлух я сказал другое:

— Вот и услышишь это лично от неё. Идём.