Глава 26

Галину прооперировали, и она находилась пока в больнице под следствием. Натан под подпиской о невыезде.

— Все, Ань, никаких курортов на новогодние праздники. Будем дома отмечать вдвоем. Ребята, конечно, поедут и будут нам фото высылать. Ты расстроилась? — положив руку на хрупкое плечо, вглядываясь в шоколадные доверчивые глаза.

— Нет. Все к лучшему. Маша после операции восстанавливается. Ей лучше будет на одном месте, — наклонив голову, потерлась щекой об шершавую тыльную сторону кисти ласковой кошечкой.

— Хочешь, снеговика слепим? — его зрачок расширился, затопив радужку. Запутанный взгляд по лицу ее мечется. — Елочку поставим. Хочешь? — от голоса с хрипотцой мурашки по телу, будто Натан не про елку спросил, а очень даже другое, личное.

Анна приоткрыла губы, собираясь что-то ответить, но вслух только непонятные звуки выходили.

— Давай елку, такую, чтобы пахла лесом, настоящую, — наконец, сказала. Стараясь не попасться на крючок возникшего влечения, отошла, делая вид, что хочет чай заварить.

Пачка листового тряхнулась сильнее, чем следовало и чаинки посыпались мимо заварника. Аня знала, что он стоит рядом и смотрит за каждым ее действием.

— Игрушки еще нужно и гирлянду. У тебя, может, старые остались? — стала заметать рукой просыпанное, и кинула в горсти в мусорку.

— Новые игрушки купим, Ань. Все у нас будет новое. Только общее и только наше, — пальцы прошлись вдоль позвоночника, заставив замереть, будто парализованную. — Этот дом задышал заново с твоим появлением. Думаю, ему не помешает новый ремонт. Хочу, чтобы ты все здесь устроила по своему усмотрению.

Белович умолчал, что его драгоценная снохушка выдала тайну ее сомнений «под пытками». Натан нашел ахиллесову пяту у Малой, что та боится щекотки. Ольга поступила мудро, решив, что они еще долго будут водить хороводы и на откровения Аня не сразу пойдет. Что делать с разговорами во сне, Натан пока не знал. Он, вообще не знал, что базарит ночами.

— Настолько мне доверяешь? Вдруг, у меня нет вкуса, и здесь будут розовые обои в ромашку? — обернулась через плечо, хитро сверкнув глазами.

Чайник гудел, булькая вскипятившейся водой, выпуская из носика пар. Васнецова залила кипятком заварку, смотря, как за прозрачным стеклом танцуют чаинки. Отошла к холодильнику, чтобы достать порезанный кружочками лимон.

— Да, хоть желтые лютики, — Белович присел за кухонный стол, продолжая ее рассматривать.

— А жена твоя… Какие цветы любила? — сорвалось у Анки с языка.

— Я дарил ей разные, даже не спрашивая. Дурак был, Ань. Много ошибок совершил. Но, если у меня есть хоть малейший шанс узнать тебя, я бы хотел… — он схватился за чашку и сделал глоток.

— Горячий же! — воскликнула Аня. — Дать холодной водички? — завозилась на стуле.

— Нет, нормально, — отмахнулся Белович. — Когда закончат ремонт в твоей квартире, мы можем там пожить, пока здесь будут стены ломать.

— Зачем, ломать? — девушка моргнула, перестав жевать печенинку.

— Кухню давно хотел расширить и соединить с гостиной, — он откинулся на спинку стула и постучал указательным пальцем по стенке рядом с собой. — Ты будешь что-то готовить на кухне, а я тебя видеть даже с дивана. Спальню тоже переделаем. Надо дизайнера — архитектора нанять.

Натан говорил и говорил о планах на многие месяцы вперед, и в каждом из них фигурировала Аня. Девушка заслушалась, и ее недоверие рассеивалось, как дым под уверенным напором этого красивого и сильного мужчины.

— Там и свадьбу сыграем…

— Прости, что? — у нее чуть чашка из рук не выпала от последней фразы.

— Нашу. С тобой. Свадьбу, Ань, — проговорил каждое слово. — Если ты согласишься выйти замуж за мужчину, находящегося под подпиской. Мне еще не предъявили обвинение в непредумышленном применении огнестрельного оружия… Но, это будет. Так что ты мне ответишь, Анечка? Выйдешь замуж за побитого жизнью старика с комплексом вины?

— Ничего не старика! — она заволновалась, не зная, что добавить.

Запустив руку в волосы, стала приглаживать каштановые кудри, пытаясь осознать этот судьбоносный момент.

Белович, сказал все так обыденно, будто не замуж звал, а в магазин за хлебом предложил сходить. Как резко он переключился с обсуждения ремонта на предложение руки и сердца…

— Так «да» или «нет»? Надо успеть кольцо тебе подобрать до закрытия ювелирного, — дожимал, загоняя в угол так, как умел брать нахрапом матерый волчара.