21

Я бы попыталась возразить, но в этот момент он скользнул пальцем мне в рот. Вместо внятного ответа я застонала, облизывая. Отчего-то это безумно возбуждало. Заставляло меня покачивать бёдрами вперёд-назад, словно напрашиваясь.

– Неужели ты думала, что у меня в кабинете нет оповещения о незваных гостях?

Следующий стон вышел очень тяжёлым. Что-то я действительно не подумала, а сейчас вообще от всего этого отвлеклась из-за слишком возбуждающих движений в слишком развратной позе.

– Ай-ай, Джинни, – шепнул Юстас, наклонившись ко мне.

Заставив меня чуть приподняться, он дотронулся губами до мочки уха, словно уговаривая всё тело извиваться от нетерпения. Горячее дыхание тревожило нежную кожу невесомыми касаниями. Я замерла, точно пойманная дичь, вот только не от страха, а от предвкушения.

– Я ведь сказал тебе, что мы продолжим наши отношения. Но ты, выходит, не этого добивалась, да? – заподозрил Юстас, а я лишь тяжело дышала, не в силах даже испугаться.

Второй рукой он скользнул вниз, задирая мою юбку. Дотронулся пальцами до намокших трусиков и нарочито медленно начал поглаживать меня через ткань. Нежно, но властно надавливая, отчего и без того опьянённое близостью сознание расплывалось окончательно.

– Ты ведь решила таким образом сдать экзамен, да? – угадал он и в этот момент, чуть сдвинув ткань, резко проник в меня пальцами.

Мой восторженный вскрик можно было принять за согласие. Юстас угадал, и я не видела смысла отрицать. Тем более, что возможности оправдаться у меня не возникло. Указательный палец на одной руке уверенно скользил у меня во рту, а два на другой проникали внутрь лона. Я словно попала в сладкую ловушку, из которой совсем не хотелось вырываться.

– Бессовестная девочка, но такая вкусная, – прошептал магистр и, словно доказывая, принялся скользить языком по моей коже.

За ушком, вдоль по шее, иногда чуть прихватывая губами. Не кусая, не целуя, а будто затягивая.

– Расстёгивай свою блузку, – скомандовал он, и я покорно подчинилась.

Заплетающиеся пальцы с трудом справлялись с пуговицами, но медленно я всё же продвигалась вниз, чуть задевая руки Юстаса, не прикрытые тканью. Очевидно, он примчался ко мне в домашней рубашке с коротким рукавом. Или и вовсе без неё…

– Теперь снимай лиф, – решил он, когда я справилась с первой задачей.

Послушалась я с удовольствием. Грудь к этому времени стала необычайно чувствительной. Не выдержав, я отбросила нижнее бельё и чувственно её сжала. Чуть придавила соски, напряглась всем телом, ожидая, что через несколько секунд кончу…

И тут Юстас вытащил пальцы.

– Ну уж нет, ты так быстро своё не получишь, – с вызовом заявил он и резко заставил меня повернуться.

Наш поцелуй сносил крышу. Язык любовника творил со мной нечто невообразимое, властно исследуя мой рот. Мужские руки теперь ласкали мои груди, чуть снимая напряжение. По венам словно патока разливалась.

Прервалась я с сожалением – не хотела, чтобы поцелуй заканчивался, но у Юстаса оказались другие планы.

– Скидывай блузку и вставай на четвереньки, дорогая, – хмыкнул он, и я сразу поняла его идею.

Послушалась я с затаённым восхищением. Как-то однокурсница одолжила мне журнал с позами для занятий любовью, и я листала его ночами под одеялом в тайне от сестры. Мне всегда хотелось попробовать что-нибудь оттуда…

Прогнувшись, я опёрлась на локти под восторженное с придыханием:

– О да!

Скользнув ладонью вдоль моего позвоночника, Юстас заставил меня нагнуться ещё сильнее. Так, что грудь касалась невидимой прохладной ткани подо мной и от этого набухла ещё сильнее. Юбку он тут же задрал мне до талии и сообщил:

– Кажется, я начинаю понимать эту моду на коротенькие юбочки.

Трусики он стащил с меня резко, заставив по очереди приподнять обе ноги. Я даже не видела, куда он их кинул – тем более, что отвлекло совершенно другое. Чуть надавив, Юстас заставил меня широко раздвинуть ноги – до тягучего возбуждающего напряжения в мышцах.

Его руки уверенно разминали мою попку, иногда проводя большими пальцами по влажным половым губам. Чуть проникая внутрь и тут же выскальзывая. К моему недовольству. Каждый раз, напрашиваясь на ласку, я подавалась навстречу, чтобы насадиться сильнее. Но Юстас лишь дразнился.

– Хочешь меня? – спросил он с издёвкой.

– Да, – выдохнула я.

Только его не устроило.

– Не слышу, – нахально заявил он, размазывая по внутренней стороне бёдер мои соки. – Громче.

– Да, хочу! – ответила я уверенней.

Вот только любовное зелье, как выяснилось, совершенно не мешало ему издеваться.

– Чего ты хочешь? Скажи чётко, чтобы получить желаемое.

– Тебя, – ответила я, нетерпеливо извиваясь от того, как любовник дразня резко начинал меня ласкать, а потом торопливо прерывался.

То поглаживая чувствительный бугорок чуть впереди, то очерчивал половые губы, заставляя лоно сжиматься внутри.

– Скажи яснее, – потребовал он, вдруг скользнув пальцами до предела, а затем оставив меня с зудящей пустотой внутри. – Что ты хочешь, чтобы я сделал?

– Трахни меня, Юстас! – возмущённая произволом потребовала я. – Сию секунду! Сильно! Я сейчас сойду с ума!

Я хотела ещё продолжить, но в этот самый момент меня словно насадили на мужское естество.

– О-о-ох! – выдохнула я, понимая, что мужчина проник в меня потрясающе глубоко.

– Какая испорченная принцесса, – притворно укорил меня Юстас.

– А то ты не знал, что связался с позором королевской семьи, – фыркнула я, давно привыкнув к такому отношению части придворных.

Все мысли выбил резкий толчок. Следом ещё один. Юстас вбивался в меня так, словно пытался выбить из головы все лишние мысли. Не оставить больше ничего, кроме его горячих рук на моих бёдрах и мужского естества внутри.

Я держалась сколько могла, но после ласк была на пределе. Взорвавшись почти сразу, восхищённая происходящим, я уже собиралась растянуться на полу. Но Юстас ещё не кончил. Не прекращая движений, он успел с силой сжать мои груди, а затем вновь приласкать пальцами бугорок. Оставившее меня напряжение тугим узлом вновь начало скручиваться между ног и расходиться по всему телу.

Словно застыв между небом и землёй, где-то в мягком облаке блаженства, мы продолжили движения. Теперь двигался не только Юстас – поймав ритм, я упоённо подавалась бёдрами ему навстречу. Каждый раз сходила с ума, когда меня пронзали насквозь. В какой-то момент я непроизвольно сжалась внутри – мужской стон стал для меня одобрением.

Я словно перехватила инициативу, с каждым толчком чувствуя, как Юстас приближается к финалу. Как ускоряются движения и размеренный ритм превращается в стремительные толчки. Секунда… мгновение… И мы взорвались с разницей в миг.