Глава 19

Первое время родители обижались на меня, что я выбрала остаться в городе и подрабатывать летом. Но спустя несколько дней поняли, что подработка это лишь предлог. Разумеется, я осталась из-за Вадима. Мысль о том, чтобы все лето быть вдали от него, сводила меня с ума.

А так я устроилась в небольшое кафе официанткой, два дня работала с десяти утра до четырех, и два с четырех до десяти, затем два дня выходных. Платили неплохо, хватало на продукты, коммуналку. Даже отложить получалось. Немного, но хоть что-то.

Вадим устроился на работу по специальности. Ему нравилось, хоть приходил он поздно и вымотанный, но довольный.

И все вроде бы было хорошо, но какая жизнь бывает без трудностей?

— Ты сегодня позже обычного, — в три часа ночи встречаю его в дверях.

— Почему не спишь? — разувается. В нос ударяет запах сладких духов, женских. Горло стягивает спазм. Мозг рисует самые страшные картины.

— Тебя жду, — пытаюсь рассмотреть лицо.

— Зачем? — проходит мимо, на ходу стягивает рубашку.

— А не стоило? — продолжаю стоять на месте.

— Не стоило, — берет полотенце из шкафа и идет в ванную.

Не даю закрыть дверь, врываюсь следом за ним. Слезы подкатывают к глазам, но я не даю им выхода.

— С кем ты был и где? — кричу.

Он замирает, вижу как напрягаются мышцы на его сильной спине.

— На работе, где мне еще быть? — поворачивает лишь голову в бок.

— Не знаю, где обычно изменяют своим девушкам? — голос не хочет идти на понижение.

— Хм, я тоже не в курсе, Ань! — наконец поворачивается ко мне.

— Да ладно? — ехидно.

— Да ладно! Что за истерики?

— Не делай из меня дуру! Ты приходишь в три часа ночи, и от тебя разит духами, как из магазина парфюмерии…

— Значит, я был с телкой?

— А как еще это понимать? — тушуюсь под его взглядом.

Он вздыхает. Ерошит волосы.

— Ань, давай я приму душ и мы поговорим. А еще я очень голоден.

— Хорошо, — выхожу, хотя внутри меня все клокочет от ярости.

Что, на блядках не кормят?!

Иду на кухню, достаю сковородку с котлетами и кастрюлю с картофельным пюре. Накладываю в тарелку и грею в микроволновке. Мою овощи, режу, выкладываю на тарелку, достаю хлеб. Ставлю все на стол. Сажусь и жду.

Он выходит минут через пять. Полотенце замотано вокруг бедер. Влажные волосы взъерошены. Стараюсь не смотреть на него. Ведь мне настолько хочется слезать с него одинокую каплю, которая капает с его волос и лаская его прекрасное тело спускается по груди.

— Приятного аппетита.

— Спасибо, — начинает с жадностью есть. И правда, голодный. Что же за женщина такая, что накормить после траха не могла?

Молча доев, собирает посуду и моет. Притоптывая ногой от нетерпения, жду.

— Пойдем, — выходит в общую комнату. Ждет, пока я тоже выйду.

— Ну, — встаю напротив него, складываю руки на груди. Усмехается.

— Ты ревнуешь?

— А есть повод? — вздёргиваю подбородок.

— Ань, — обреченно, — прекрати. Я верен тебе, потому что люблю. Я бы никогда так не поступил с тобой.

— Тогда объясни, — слышу слова о любви и сдуваюсь.

— У нас важный проект, мы все пашем на него уже несколько недель. Сегодня был последний день и нам пришлось остаться дольше обычного.

— Дальше? Откуда этот тошнотный запах? — указываю на его вещи, так и лежащие в прихожей.

— Мы освободились полвторого, я вызвал такси и ждал у входа машину. И тут откуда не возьмись появилась Лера… — трет лицо, устал. — Начала снова свою шарманку, что ей плохо с моим отцом. Что он ей изменяет и не любит. Что она поняла, что я любовь всей её жизни. Начала лезть ко мне, чтобы обнять и поцеловать, отсюда и духи.

— И что ты?

— Я сказал, что знать её не желаю и оттолкнул. Сел в машину и уехал. Но у водителя пробило колесо, мы меняли его еще минут сорок, потому что болты заржавели. Поэтому я так поздно.

Долго смотрю на него. И верю, или хочу верить. Но вроде все разумно. Просто его популярное прошлое не отпускает меня, и я до сих пор не верю, что он только мой.

— Солнце моё, — зовет меня ласково и дергает на себя. Сажусь на его колени. — Только ты мне нужна, Ань. — говорит на ухо. — Только тебя хочу. — толкается бедрами и я чувствую каменную эрекцию.

— Я так боюсь, — трусь о его щеку своей.

— Чего?

— Что ты бросишь меня, разве не очевидно?

— Глупая, — улыбается. — Никогда не сомневайся во мне.

Утром просыпаюсь от поцелуев в живот. Морщусь от солнца падающего прямо на лицо. Открываю глаза, и вижу шевелюру Вадима. Подсвеченный солнцем он выглядит как ангел.

— Доброе утро, — выгибаю спину.

— Доброе, — мурлычет он, стягивает с меня трусики. — Какая ты сладкая…

Горячий язык касается клитора, и непроизвольный стон срывается с губ. Прикусываю палец, чтобы не кричать громко. Впиваюсь пальцами в его волосы, и сама задаю темп. Бесстыдно трусь об его лицо и вот когда я уже практически на пике, он резко отрывается и входит резко во всю длину. Наш стон сливается воедино, губы соприкасаются, а руки путешествуют по телу друг друга. Шлепки тел настолько сильные, думаю, слышно даже соседям. Но мне все равно, разрядка настолько близка, что я тоже подаюсь навстречу его телу, лишь бы быстрее кончить. Вадим от моей инициативы выдыхает сквозь зубы и увеличивает темп, хотя куда еще сильнее. И я взрываюсь, впиваюсь ногтями в его спину и выгибаюсь под ним. Чувствую как он дрожит и теплая сперма стекает по моему бедру.

— Ты же в курсе, что прерванный половой акт — это не контрацепция?

— Конечно, — целует меня, — поэтому тебе нужно к врачу, — перекатывается на свою половину.

— Зачем?

— Подобрать противозачаточные, — ложится набок и гладит мое плечо указательным пальцем, — хочу кончать в тебя.

От этих слов я снова возбуждаюсь, сажусь на него сверху и трусь о полулежащий член.

— Ты меня убиваешь, — стонет он и опускает руки на мою попу, сжимает её.

Но резкий звонок в дверь меняет наши планы на второй заход.