Глава 26

— Могла бы и платье надеть, — фыркает мама.

— Она итак красавица, — вытирает слезы папа.

— Ну хватит вам! — нервы на пределе. Вадим задерживается уже на добрых десять минут. Какая наглость!

— Расслабься, — с улыбкой шепчет Айла, — они уже едут.

Расслабишься тут. Я ведь не каждый день замуж выхожу! Снова поправляю пиджак и ободок. Бросаю взгляд на туфли в углу. Честное слово, лучше бы я кроссовки купила. Это же просто мучительная смерть для ног. Но лишь в этом я готова была уступить маме и будущей свекрови, ведь на платье я не соглашалась ни в какую.

— Приехали, — кричит мама. Слышу звук клаксона.

— Как я выгляжу? — сразу прыгаю в туфли и поворачиваюсь к родным. — Тушь не потекла? А локоны не опали? А…

— Цыц! — обрывает папа. — Стопочку ей налили бы что ли, может тогда нервишки успокоила и не частила так.

Раздается звонок в дверь. Айла идет открывать. Тут же слышится звук гармони. Это еще что?

— У нас товар, у вас купец! — слышу голос Алексея Петровича.

— Дорогой, по-моему, это не на свадьбе говорят, — смеется мама Вадима.

— Да? — удивленно, — ну и черт с ним! Мы люди простые, друг друга поняли.

Все начинают знакомиться и даже будто забывают, что у нас вообще-то свадьба.

Стою возле окна, от нервов заламываю руки. Еще раз смотрю в зеркало, поправляю рукава.

— Ты прекрасна, — вздрагиваю, даже не заметила, как Вадим подкрался. На нем темно-серый костюм, который идеально сидит на его крепком теле, белая рубашка и фиолетовая бабочка. Он протягивает мне букет из белых пионов, перевязанный лентой в тон его бабочки.

— Ты тоже, — улыбаюсь я.

— Пока вы тут пререкались, молодые уже постарели, — вдруг говорит моя мама, — а до ЗАГСа осталось полтора часа, а ехать до него…

— По коням! — кричит папа, и все устремляются на выход.

А дальше как в быстрой перемотке: гонки по городу, бег по лестницам (и это на моих-то каблуках!), речь регистратора, подписи, обмен кольцами и первый танец. Очнулась я уже в ресторане. Мы забронировали столик в дальнем углу, на восемь человек не составило труда договориться о тихом месте.

Но у меня не может быть все гладко. Примерно к концу вечера к нам пожаловал гость. Незваный гость.

— Мои поздравления, — послышался пьяный голос и звук аплодисментов. — А чего меня не позвали?

— А она что тут делает? — тут же вскакивает Валера.

— Поздравить пришла, — Лера садится за стол как ни в чем не бывало. — А то не скоро еще увидимся, — начинает наливать себе водку прямо в стакан. — А что так тухло? На большее денег не хватило? — икает. — А вот у нас была шикарная свадьба с твоим папашей, твоим мужем, — тыкает пальцем в мою свекровь, — так что может и вправду счастье любит тишину.

— Ты зачем пришла? — выгибает бровь Вадим.

— Поздравить, говорю же, — выпивает стакан водки. — Мужа моего посадили, кстати, — смеется. — Если вам это интересно, оказывается он великий махинатор, — качает головой. — И меня скоро посадят, да, Петрович? Ты же все для этого сделал. И наша дочь останется сиротой и будет жить в детдоме! Спасибо Вам семейка Абрамовых! Черт меня дернул с вами связаться! Я что так много просила от этой жизни? Всего-то обеспеченного мужика. Попался мне ты, — смотрит на Вадима, — да, красавец, все при тебе. Но встречаться я с тобой стала только из-за отца. Думала, он тебя снабжает баблом, фортануло, думала. Молодой, красивый, богатый, — истерично смеется, — комбо! Но это только в сказках у принца три в одном, а реальности… В реальности будешь ебаться со стариком, даже если он и хорошо сохранился. Ну если конечно хочешь жить достойно. Твой папаша меня в тот же вечер оприходовал, пока вы с мамашей пирог на кухне раскладывали. — снова наливает стакан. — Да-да, прям на балконе.

— А ну вали отсюда, — хватает её за руку Валера, она проливает водку на себя.

— Отпусти, — кричит, привлекая внимание, — я не уйду пока все не выскажу. И трахал он меня каждый день, а ты в перерывах! Так что я не знаю от кого моя дочь, может она и твоя, — меня начинает трясти, — так что ты просто обязан её удочерить!

— Я понял, — усмехается Вадим, — ты приперлась сюда, чтобы меня на жалость пробить? Сестра, дочь? Или может, ты хочешь, чтобы мы тебя отмазали? Так вот, Лера, ничего у тебя не выйдет. Она не может быть моей дочерью, хотя бы потому, что она родилась через полтора года после нашей последней близости, этого ты не учла? — Лера сглатывает. — Это во-первых. Во-вторых, твоя дочь будет воспитываться твоими родителями, документы уже все оформлены. Хотя бы в этом я помог сестре, ведь ребенок не виноват. И в-третьих, ты сядешь! Сядешь! Ведь любое преступление должно быть наказано.

Минута молчания. И тут она просто начинает орать не своим голосом, проклинать нас и пытается наброситься. Но Валера и подоспевшая охрана не дают ей этого сделать. Её выволакивают на улицу и вызывают полицию.

— Кошмар, — опускает голову мама Вадима, — простите нас, — обращается к моим родителям.

— Ничего страшного, — отмирает папа. — Давайте лучше выпьем.

Остаток вечера проходит хоть в благоприятной, но уже не такой веселой обстановке. Меня до сих пор трясет от этого представления. Надеюсь, оно было последним в нашей жизни!

— Как же хорошо! — вздыхаю я. Мы дома, и я сняла злополучные туфли. Ноги гудят настолько, что сил нет.

— Может ванну?

— Не-ет, у меня уже нет сил, — смеюсь, даже глаза открыть не могу

— Прости меня, родная.

— Давай не будем, — сглатываю.

— Нельзя замалчивать такое…

— Вадим, — выпрямляюсь и открываю глаза. — Я знала о твоем прошлом. Этот концерт ничего нового для меня не открыл. Что-то подобное я предчувствовала, ведь не бывает все идеально, тем более у меня. Я напряглась только в одном моменте, когда она начала приписывать свою дочь тебе. Но не потому что испугалась. Я была бы даже готова принять её и воспитывать насколько мне позволяет мой возраст. Я напряглась, потому что не знала, как это воспримешь ты. Ведь ты так долго отходил от предательства… А тут еще одно…

— Анька, — смеется, — ты и правда послана мне свыше, — садится на пол и обнимает мои ноги. — Ты появилась в моей жизни и раскрасила её красками. Я стал чувствовать ароматы, вкус… Появился вкус жизни… Мне впервые за долгое время захотелось жить. Я так сильно тебя люблю, — целует колени, — ты даже не представляешь.

— Ну почему же, — глажу его по голове, — ведь я испытываю тоже самое.

Начало июня

— И давно это у тебя? — спрашиваю я у двери в кабинку туалета.

— Дня три, — хрипит Айла, — всё эти суши! Не нужно было заказывать в непроверенном месте! — смывает, выходит и умывает «зеленое» лицо.

— Ну да, — хмыкаю я. — Экзамен сдала?

— Да-а-а, наконец-то мы закрыли сессию.

— Твоя правда, — смеюсь. — Ну, в аптеку?

— Зачем?

— За тестом.

— Ч-что?

— То! Залетела ты подруга! — смеюсь я.

— Нет, не может быть! — пугается и начинает рыться в сумочке. — Какое сегодня число? — открывает приложение на телефоне и там четко написано «десять дней задержки».

— О, Аллах! — зажимает рот и снова вбегает в кабинку.

— Поздравляю! — кричу ей в след.

Мы все же покупаем тест. Айла настолько боится его делать, что приходится сделать с ней за компанию. Мы запираемся в разных кабинках и писаем на тесты. Я не парюсь, ведь обычно мы предохраняемся, а за пару раз вряд ли забеременеешь. Тем более у меня через два дня менструация, да и симптомы все есть: грудь болит, и низ живота потягивает.

Кладу тест обратно в упаковку, чтобы уступить кабинку другим желающим, все-таки проходимость в торговом центре не маленькая. Мою руки и вытираю обсыпавшуюся тушь под глазами.

— Ну как успехи? — смотрю в отражении на бледную Айлу.

— Два полоски, — шокировано. — Валера будет в шоке.

— Так он сам настарался, чему шокироваться? — смеюсь.

— Ну да, — кладет тест в сумочку и моет руки. — А у тебя как?

— Не знаю, — подкрашиваю губы, — по любому одна, — пожимаю плечами.

— Да? А я не была бы так уверена, — смеется подруга.

Поворачиваюсь к ней и вижу тест с двумя полосками у неё в руках.

— Да ты гонишь! Это же твой тест.

— Мой в сумке, — заливается она.

— Покажи, — требую я.

— Вот, — и правда достает тест из сумки и там тоже две полоски.

— Вот жопа!