Глава 27

Надя расслабилась.

Зря она думала, что Гера будет её преследовать, много о себе думала. В первый день она и так была на нервах, пока знакомилась с группой, с преподавателями, с аудиторией, с тем, как высокомерно смотрели на них ученики ВУЗа. Не хватало внимание ещё и Геры. Надя бы точно умерла.

Пока из предметов у них все были как в школе. Тут тебе и математика и вновь история и зачем-то физика. Её телефон часто вспыхивал о приходе новых сообщений от клиенток по обложкам. Некоторые даже хотели, полные иллюстрации для книги. Надя не слишком-то любила романы, а от эльфов и драконов начало немного мутить. Но как подбадривала её Ленка, всё упиралось в деньги. Благодаря этим бумажкам, она могла платить за квартиру и даже смогла отдать Сергею долг. Он, кстати не звонил и не появлялся, а ещё и на смс не отвечал. Не сказать, что Надя была расстроена, но всё же она надеялась, что тот жив после той встречи с Герой.

– Девчонки, я слышала на последнем курсе учиться парень, который дьявольски красив.

– Георгий Шторм, об этом все знают.

– Я так обрадовалась, когда сказали, что мы будем тут полгода, будет возможность на него посмотреть.

– Да ладно, тебе с твоим-то третьим размером, соблазнишь.

Как водиться в Надиной группе были девчонки, которые уже просканировали весь универ, чтобы найти самого-самого.

Так что Гера хоть и не появился и на второй день, но негласно присутствовал в аудитории. Надя не знала его причин отсутствия, хотя и догадывалась и даже хорошо, что никто не в курсе, что она его знает. Единственным предметом относящая к её любимому рисованию была это – анатомия. Она сразу же полюбила и учителя и всё, о чем он говорил.

И жутко ненавидела физкультуру, но без зачета по ней вряд ли удастся перескочить семестр. В первый день. Старичок выжил из них все соки, Надя пришла домой с жуткой болью во всём теле. И самое ужасное. Что физкультуры у них было больше, чем анатомии.

С девчонками она ещё не сильно подружилась, да и когда было, она всё время на лекция дремала. Потому что вечером рисовала обложки, а на переменах боялась внезапной встречи и старалась проводить это время где-нибудь в туалете или возле аудиторий.

– Сказали, что сегодня вести занятие будет другой, – сообщила одногруппница, но радости никто не испытал.

Какая разница, если им всё равно сегодня не выжить.

Надя надела свой зеленый спортивный костюм с широкими штанами и олимпийкой, пряча под ним такую же широкую футболку. Когда другие девочки оделись, так как будто собрались на йогу. Будь Надя такой же тощей, может тоже могла себе позволить нечто менее унылое. Но вспоминая занятия у Сергея, не хотелось чувствовать себя неуютно.

– Пойдёмте, а то вдруг ошиблись, и этот старикашка сюда придёт.

– Ага, слюнями нас забрызгает, как в прошлый раз.

Надя поддерживала всеобщий настрой и вышла со всеми.

Спортивный зал был огромный и уже не отапливался. Огромные окна делали его светлым и до невозможности холодным. Одногруппницы специально одевались так тонко, чтобы при любой возможности отпрашиваться то за кофтой, то в туалет.

Они выстроились в шеренгу. Парней в их группе отчего-то не было, сказали, что их пока разделили и оставили в старом колледже, чтобы не «утяжелять» принявший их ВУЗ. Поэтому спортивный зал наполнился звонкими разговорами и хихиканьем.

Раздался громкий свисток, и все обернулись в сторону звука. У Нади, так перед глазами и зарябило, когда она увидела Геру, в джинсах и белой футболке, идущим в их сторону. Она даже назад отступила. Потому что встал он напротив неё. Он улыбнулся насколько позволяли ссадины и синяки на лице.

Надя поджала губы, комок напряжения осел где-то в горле, мешая нормально дышать.

Его голубые глаза буквально прожигали насквозь и говорили «попалась».

– Добрый день, девчонки, ваш сегодняшний урок, проведу я, – сообщил он, а Наде показалось, что произнёс её приговор.

Неспроста же он здесь появился, и не ради того, чтобы глазеть на жеманных девчонок.

– Меня зовут Георгий Алексеевич, – он повернулся в начало шеренги и отошёл чуть в сторону.

– А вы теперь всегда будите у нас вести? – раздался писклявый голос из толпы.

– Мы бы не отказались.

Гера снова перевёл взгляд на Надю.

– Всё будет зависеть… – Он сделал паузу, будто намекая, что во всём этом виновата только она, – от ваших результатов.

Но Надя поняла его и не хотела в этом учувствовать. Она не говоря ни слова, вышла из шеренги и направилась в раздевалку.

– Матвеева! – услышала она свою фамилию во внезапной тишине спортивного зала.

Голос Геры как будто приобрел форму меча, ударив ей в голову. Надя затормозила, но ничего не ответила, даже не отреагировала, открыла двери раздевалки, скрываясь за ней.

Отчего-то душило всё, она начала собирать сумку, в тот момент, когда в небольшое помещение вошёл Гера. Надя попятилась назад, чуть не запнувшись о скамейку.

– Зачем подрывать мою репутацию? – немного насмешливо спросил он, облокачиваясь плечом о стену.

– Это женская раздевалка! – напомнила она очевидную истину, и то, что должно срабатывать как «стоп».

– Я в курсе, свинка, – кивнул Гера, – но тебе лучше всего сейчас выйти отсюда, вернуться в строй и провести этот урок в моей компании, – затем он вдруг защелкнул на двери замок, оттолкнулся от стены, остановившись от Нади в двух шагах, – или покажешь мне стриптиз, а потом уйдёшь, если я позволю, ну а как итог, будешь отрабатывать мне пропущенное занятие, и справочку от деканата не принимаю, только натурой.

Надя от его слов остолбенела. Она даже не сразу поняла значение каждой фразы.

– Ты что не в своём уме?

Гера усмехнулся.

– Прости, но ты так реагируешь, что я не могу удержаться.

Надя не поняла шутка это или правда. Гера подошёл ближе положил руки на её плечи, но она дернулась, скидывая их. Он будто играл с ней как с котёнком: то зубы показывал, угрожал, то гладил и успокаивал.

– Хорошо, давай ты вернёшься, мы проведем урок, а потом поговорим.

– Что тебе от меня нужно? – Надя прикрылась сумкой как щитом.

– Узнаешь после урока, а теперь пойдём, иначе подумают, что я тебя здесь…

Надя дернулась, обошла его и быстро открыла двери. Она возвращалась в строй к девчонкам, которые с удивлением смотрели на неё.

– А что вы там делали? – спросила одна имя, которой Надя не запомнила. Но у одногруппницы была самая большая грудь, которую она видела в своей жизни.

– Ты очень любопытна, – весело ответил Гера.

– Может, мы тоже хотим с вами в раздевалку.

Раздался хохот, а Надя отчего-то покраснела. Она стояла, забившись в конце и чуть поодаль.

– Ничего такого, – тихо пробормотала она, но её вряд ли кто услышал.

– Хотите со мной в раздевалку? – нахмурился Гера, как будто не понимал, о чем речь.

А на лице у него была такая ехидная улыбка, что Наде жутко хотелось залепить ему, чтобы стереть её.

– Что же, тогда сегодняшним призом в конце, – Гера хлопнул ладоши, – буду я.

Девчонки завизжали от радости, а Наде чуть не задохнулась от негодования. И этот человек её говорил о десяти поцелуях? О том, что хотел бы с ней жить? Гера не просто ужасный! Он самый отвратительный представитель мужского пола.

– Но, – оборвал их радость Шторм, – для того, чтобы меня получить, надо будет постараться. И так, вначале разминка.

– С вами?

Заигрывали. Жеманно хихикали.

– Я помогу, а теперь легким бегом по кругу.

Вначале все замялись, не веря, в то, что эта правда, но Гера и правда перестал улыбаться. И Надя побежала первой. Быстрее начнёт, быстрее этот фарс закончат.

– Вижу, Матвеевой моя компания понравилась, и она первой идёт к победе, – приободрил Гера, и Наде захотелось сквозь землю провалиться. – Моё уважение!

Она посмотрела на Геру убийственным взглядом, но тот лишь подмигнул. Следом за ней двинулись и остальные. Вскоре и перегнали её, хихикали. Но Гера был на удивление серьёзен и строг, так что вскоре, они уже двигались ровной линией, а разговаривать и хихикать ни у кого не оставалось сил.

Надя потеряла счет кругам, у неё раскраснелись щёки, а шаги стал тяжелый и медленный. Девчонки все тоже запыхались. Раздался оглушительный свисток, и Гера произнёс свой следующий приказ. Одногруппницы вновь заискивали и заигрывали с ним. Казалось, тот вёлся на их комплименты и желания, но по стальным ноткам в голосе Надя понимала, что это только видимость.

Гера издевался над ними как хотел, доводил и, правда, до дрожи в теле и шумного дыхания. Он будто делал это специально, хотя Надя была уверена, что никто это пари не воспримет всерьёз. Но после такой жесткой разминки, девчонки не отстали.

– Похоже, вы пойдете в раздевалку по очереди с каждой.

Надю чуть не замутило. Почему есть люди, у которых в голове одна пошлая каша?

– А кто-то сказал, то урок закончен? – уточнил Гера, снова подняв их свистком.

Надя уже ненавидела его за это.

Они вновь выстроились в шеренгу, но былого радостного настроения уже не было. И, кажется, смерти Гере желала не только одна она.

– И последний этап, – Гера новь остановился рядом с ней, – игра.

– Какая игра? – изумилась самая смелая из них.

– В волейбол, – пожал плечами Гера, – разделимся на две команды, кто победит, тот и рулит.

– Мы все будем играть против вас?

Гера вздохнул.

– Матвеева, шаг вперед.

Надя нерешительно вышла. От его внимания становилось неудобно.

– Вы все будите играть против меня и Матвеевой, договорились?

– Нас же много, а вас только двое, победа будет не честной.

– Вы думаете, что победите, – усмехнулся Гера, как будто уже выиграл, – а теперь по местам.

– Та не честно, – услышала она плаксивые слова.

– И почему этой Матвеевой так везёт?

Надя не знала, что он задумал. Но сама мысль о предстоящей игре навивал на неё непонятный страх. Она в школе вообще не играла, всегда сидела на скамейке, болтала с подружками. Она баскетбол от волейбола мало отличала.

– Ты проиграешь со мной, – зашипела Надя, – я не умею играть.

Гера усмехнулся, натягивая сетку.

– Ты же со мной, свинка, – шепнул он, проходя мимо, мазнул тёплым дыханием кожу на шее, и Надя как током дёрнуло.

До момента как все разошлись по местам, Надя ещё смутно надеялась, что это глупая шутка, но после того, как все заняли позиции. А на всё ещё неприкаянно стояла в углу, ей действительно стало дурно.

Она же жутко не поворотливая, не быстрая и вообще боялась всяких мячей.

– Иди сюда, – позвал Гера, – встань впереди, летит мяч – отбивай.

Эти несложные указания показались Наде страшными.

Она смотрела на толпу девчонок за сеткой и чувствовала себя ужином. Они им проиграют. Они стоят так, что мяч точно никогда не коснётся пола.

– Подавай! – крикнул Гера противоположной команде.

И мяч полетел, да так четко в её сторону, что Надя закрылась руками и зажмурилась. Повреждать запястье ей точно нельзя. Но неожиданно буквально в паре сантиметров от неё бухнуло ударом. Гера оказался, рядом отбрасывая мяч, который сразу и забил им первое очко.

Надя опешила, посмотрела на Геру, с мольбой в глазах, но тот лишь подмигнул. И подал мяч через сетку с такой лёгкостью, что стало и не страшно.

Он ударился об одну макушку, а затем снова упал на пол. Их счёт рос с невероятной скоростью. Одногруппницы бесновались, обещая, что вот сейчас соберутся и выиграют. Но Надя поняла одно – они, так же как и она, не умели играть. А Гера умел, судя по его лёгким прыжкам, быстрой реакции и правильном положении рук, от которых мяч, как будто воздушный, отпрыгивает и приземляется прямо в точку для нового балла.

Сама Надя, невзирая на свой низкий уровень в игре, ему не мешала. Вообще будто для красоты стояла. Гера обегал её, отражал мяч, даже когда, казалось, он упадёт ей на голову. Но ни разу её не коснулся. И Надя чувствовала этот азарт и радость победы, к которой даже не была причастна. Гера всё делал сам.

– Девчонки десять, ноль, что за ерунда? – подначивал он, – неужели никто не хочет со мной на свидание?

И девчонки велись. Наде было смешно от их попыток. Им Геру точно не обыграть и на свидание никто с ним не пойдёт. Почему-то осознание этого распаляло в Наде ревностную радость. И она почти подпрыгивала на месте после того, как Гера забивал очередной гол. Играть в принципе с таким счетом уже было бессмысленно.

Гера сделал новый бросок, и мяч как победная точка угодила в центр. Надя засмеялась, глядя на него и понимала, насколько куча девчонок беспомощны перед тем, кто умеет играть.

– Давайте переиграем!

– Да требую реванша! И Матвееву нам отдайте!

– Нет, – возразил Гера.

И Надя ощутила его руки на своих ладонях, а дальше всё произошло в мгновение ока, когда он уже придвинулся к ней.

– Матвееву не отдам, – его голос стал низким, а дыхание совсем близко от неё, – победителю нужен его приз.

Надя застыла, когда Гера поцеловал её. При всех.