Глава 28

– Что у вас произошло в раздевалке с Георгием Алексеевичем? – в очередной раз, спросила грудастая Лера.

Надя, наконец-то, запомнила её имя, потому что за целый час занятия она так и слышала шептания: «Лера хватит», «Лера не лезь!», «Лера отстань от неё!».

Надя упорно молчала, игнорировала, но в покое её оставлять никто не собирался.

– Лер, ты не видишь, она притворяется глухой, – засмеялась её подружка.

Надя обречённо вздохнула, решив напомнить одногруппницам:

– Учитель, дал нам задание, и времени на его выполнение осталось пара минут.

Лера, видать, уже совсем потеряла терпение и просто скинула её учебники на пол. В аудитории повисла тишина. Это больно царапнуло Надю в душе. Она вроде ничего не сделала для такого обращения.

– А что такого? Мне просто интересно, – голос её чуть ли не шипел, – ты на колени вставала или…

Надя резко поднялась.

– Дура! – рявкнула она ей.

И в отместку скинула её принадлежности. Достала. Надя знала, что за этим что-то последует, но лучше уж сразу показать, что её не удастся бортовать к стенам своей пышной грудью. Лера взлетела как фурия, вцепившись в её волосы с истеричным криком. Было больно, но лучше уж лишиться парочки волос, чем заискивать перед этой озабоченной идиоткой. Волосы жгло от бешеной хватки Леры, та пыталась даже коленом заехать, и разнимать их не слишком спешили. Надя в долгу не осталась, чуть руки не вывернула грудастой, пока не услышали.

– Это что такое?! К директору захотели!

Надя не хотела. Сразу же нашлись те, кто начал их разнимать. Но в этот момент прозвенел звонок. Закинув в рюкзак свои вещи, Надя ринулась из аудитории, даже забыв о своей работе. Но это её совсем не волновало.

Самое обидное, что прочной этой абсурдной до колик ситуации был никто иной, как Гера.

Надя не переоделась, так и осталась в спортивном костюме. Она убежала из спортзала как ошпаренная. Горячие губы Геры до сих пор как будто след оставили на ней, а запах его горьких духов осел на языке. Она пряталась по углам, то в толпе, то в женских уборных. Но этот наезд в группе стал последней каплей.

Надя сама шла искать Геру, и если уж не влепить ему пару пощёчин, то уж точно обозвать нехорошим словом.

Причина её бед как душевных, так и физических нашёлся возле дверей деканата с какими-то документами. Она быстрым шагом направилась к нему, и Гера словно почувствовал её, поднял голову и широко улыбнулся.

– Нашла свои вещи? – спросил он, как ни в чем не бывало.

Надю это злило. На нём словно ничего не отражается, какая бы ерунда не происходила возле него.

Надя загнанно дышала.

– Я не хочу, чтобы ты подходил ко мне! Сделай вид, что мы не знакомы! – процедила она.

Гера усмехнулся, осмотрев её помятый вид, но её слов будто отскочили от него и не достигли подкорки.

– Свинка, – вздохнул он, делая шаг к ней.

Надя не отводила от него глаз. Даже с разбитым лицом он выглядел мужественно и привлекательно, и хотелось прямо выть от этой безнадёжности.

– А я не хочу, чтобы ты делала вид, что о моих чувствах не знаешь.

Надя от его слов, чуть не задохнулась.

Это он-то про чувства? Она уже хотела припомнить ему, но тут же мысленно прикусила язык. Вокруг них было полно народу. И пусть они стояли возле стены, Гера всё равно не мог быть незамеченным, и все смотрели на них.

– Подожди, свинка, останови своим дурацкие мысли, – умоляюще простонал он, – мне нужно кое-что передать ректору и это займет всего минуту.

– Я не собираюсь тебя ждать, и я всё тебе сказа…

Гера прижал палец к её губам, и Надя вздрогнула, отпрянула, но замолчала.

– А я ещё не всё сказал, у меня нет желания бегать за тобой по всем тёмным углам универа, но если ты хочешь разбудить мой инстинкт хищника, то валяй, только имей ввиду, когда поймаю, и говорить мне уже захочется меньше.

– Ты запугиваешь меня?

– И в мыслях не было, свинка, – обманчиво добродушно улыбнулся Гера.

В этот момент дверь в кабинет ректора открылась и его позвали

– Всего минута, – уверил он и скрылся в кабинете.

Надя так и застыла, глядя в одну точку. Она снова ему подчиняется и делает то, что не хочет. Ждёт как верная собачка. Надя попыталась сделать шаг к бегству, но передумала. А может быть хуже?

Но додумать не успела, Гера вернулся достаточно скоро. Он подхватил её за локоть и повел к выходу.

– Думаю, никто не пострадает, если ты пропустишь последнюю пару.

Конечно, никто не пострадает. Только Надина гордость.

Они пришли в кафе недалеко от вуза. Приятная светлая обстановка давила на Надю, а не успокаивала. Геру тут все знали, а значит, она не первая кого он сюда приводит. Надя не могла бы дать объяснение, почему её так это задевает. Может, потому что ей не хотелось быть «одной из многих» или её просто раздражало внимание, которое им уделяли – в особенности ей.

Гера купил им по напиткам. Себе, судя по запаху, он взял кофе, а ей молочный коктейль и этому выбору Надя удивилась.

– Мне кажется, молоко должно успокаивать в любом возрасте, – подмигнул он, присаживаясь напротив.

Настроение у него явно было игривое. Надя не ответила, втянула несколько глотков через трубочку. Признав, что вкус прекрасный и не слишком сладкий.

– Из-за твоей выходки, у меня проблемы, – пожаловалась она, – в моей группе только и говорят о тебе и о…

Надя осеклась, поймав пристальный взгляд Геры.

– Тебе не следовало убегать, а просто обнять меня в ответ.

Надя покраснела. Гера говорил об этом так просто, что ей становилось смешно.

– С чего бы мне это делать? – процедила она.

– С того, что мы друг другу нравимся, – обнажил правду, как лезвие, которое резануло по живому. – Но я, если честно не об этом хотел поговорить о… родителях.

О маме? Надя словно ещё больше напряглась. Гера, наконец-то, решил узнать о ней, узнать о ребёнке?

Гера как будто специально сделал паузу, читая все её невысказанные вопросы, а потом вдруг усмехнулся.

– Я не спал с твоей матерью.

– Что? – Надя, готовясь ко всему ужасному, совсем не ожидала услышать именно это.

– У нас было знакомство… которое ничем не закончилось, а потом просто недопонимания и моя поруганная гордость ловеласа.

Надя молчала, перемалывая всё то, что он сказал.

– И что?

– А то, что отец тоже уже в курсе, что это было недоразумением.

– Поэтому он вернулся?

– Он бы вернулся в любом случае, даже если бы всё было правдой, – вздохнул Гера. – Ему плохо без Ники.

Надя хмыкнула.

– Я не заметила, его страданий, когда он прижимал, вашу любимую секретаршу к своему столу.

На слове «вашу» Надя особенно сделала акцент. Гера её понял и поджал губы.

– Мой отец, человек мало эмоциональный, в некоторых вопросах, он дубовый как застарелое дерево. Рита эта женщина…—Гера на секунду замолчал, и тяжело вздохнул, – ладно исповедь так исповедь. Я сам начал с ней отношения ещё буду подростком. Она уже тогда подкатывала к отцу, но появился я, и она изменила чуток курс направления. Мне она нравилась. Нам было с ней хорошо. Но я не собирался отношения углублять, а она этого хотела.

Надя отпила коктейля, и, воспользовавшись паузой, спросила:

– Значит, морочил ей голову?

Гера высунул кончик языка, слегка прикусив его губами.

– Только не надо этой женской солидарности, – скривился он, – я же не святой и на добровольный целибат не подписывался. К тому же, свинка, всё это было до тебя.

– Ты тоже не приплетай меня ко всему этому. Твой отец всё равно изменил моей маме, а ещё хочет, чтобы она сделал аборт, когда знает, что это его ребёнок, – выпалила Надя.

– Я хочу сказать, что Рита воспользовалась ситуацией, – развел руками Гера, – стечение обстоятельств, случайность. Помнишь тот день, когда ты убежала ночевать к Сергею?

Надя кивнула, опуская глаза на стол, где отражались лампы на потолке.

– В тот день я порвал с Ритой, – спокойно продолжил Гера, – из-за тебя.

Надя подняла на него полный недоверия взгляд.

– Не надо так смотреть, – уголок губ Геры дёрнулся, – если бы не убежала и не заставила тебя искать, всё бы знала и видела.

Надя сглотнула, снова отпила, чувствуя, как стало неуютно и жарко. Это выходит она идиотка?

– После этого Рита решила вновь обратиться к отцу, как она говорила вызвать ревность, но отец тоже не стал с этим мириться. Возможно, вы зашли в апогей её соблазнения или ещё чего, но отец точно не из тех, кто будет трахать секретаршу на рабочем столе. Так что, потом Рита раздобыла фотки нашей с твоей матерью встречей и понеслось.

– А почему ты сразу ничего не сказал? – удивилась Надя, вспоминая, сколько времени, ушло на развод.

– Потому что твоя мать мне всё равно, не нравится, и я до сих пор считаю её не парой отцу, но теперь её отказ ему немного добавил ей баллов.

Надя прижала руки к щекам. Господи, как же всё глупо и запутанно. Всё вообще могло бы быть не так если бы… не прихоть Геры.

– Ты хоть понимаешь, что испортил людям жизнь?

– О том и речь, – игриво улыбнулся Гера, явно не испытывая неудобства, – помоги мне их помирить.

– Твой отец, требует аборта! Он выгнал её беременную без средств к существованию, это для тебя шутка?

Напомнила Надя очевидную вещь.

– Уверен, все её карты уже разблокированы и проверьте баланс, там, скорее всего, плюс за моральный ущерб, думаю, он бы и квартиру оплатил, но не будет, потому что считает, что вы должны переехать обратно, как можно скорее.

Надя промолчала, она знала, что карточки работают, потому что мама уже вовсю ими расплачивалась, а ещё внесла сумму за квартиру.

– Всё равно, мама его не хочет прощать.

Гера вздохнул, протянул руку, накрывая её пальцы своей ладонью.

– Отец не ненавидит детей, он боится.

– Чего? – Надя дрогнула, ощущая тепло рук бывшего сводного брата.

– Моя мама забеременела, а затем появилась её болезнь начала прогрессировать из-за этого, в итоге мы потерял обоих. И у отца, похоже, от этого сдвиг произошел.

Надя застыла. Она никогда не спрашивала, что случилось с матерью Геры. Но Надя могла бы догадаться, а ещё понять, что именно смерть женщины повлияла на обоих.

– Ты из-за этого ушёл из дома… в путешествие?

Он кивнул, но больше ничего не сказала. Верить ему или нет, Надя не знала и боялась сделать выбор.

Но от одного стало легче: Геру и её мать ничего не связывало. Или…

– Я видела тебя выходящим из спальни мамы полуголым, – напомнила она эпизод своего приезда.

Гера усмехнулся, сжал её руку.

– Можешь не верить, но это тоже вышло случайно, и ничего такого не было, ни тогда, ни раньше, ни потом.

У него на всё был готов ответ, что это напрягало. Надя выдернула руку, делая вид что пьёт коктейль, а на самом деле он ей в горло не лез.

– И…– она откашлялась, – что ты предлагаешь?

Старательно избегая разговора о них.

– Подготовить отца к тому, что он вновь станет папашей и смягчить твою мать.

– У тебя есть план?

На лице Геры появилась победоносная улыбка.

– Предлагаю нам всем сходить в детский мир.

Надя чуть не поперхнулась, потому что как раз опять собиралась попить.

– У твоего отца, – она покрутила пальцем у виска, – психические проблемы, а ты хочешь его с размаху в стену шарахнуть.

– Иногда именно так и лучше, – как ни в чем не бывало, вздохнул Гера, – для него ребенок, сейчас это просто слово, а что там и как он знать не знает, какой, кстати, месяц?

– Почти шестой.

Гера нахмурился и тряхнул головой, видать, понимая, что аборт тут не просто поздно делать, а невозможно.

Детали плана были простыми, и всё зависело только от инстинктов бывшего отчима и настроения её мамы. Надя кивнула, отмечая, что от неё требовалось немного, просто привести маму в нужное место.

– А если не получится? – закономерно спросила она.

– Тогда придумаем план «В», а потом и «С», и так далее по нарастающей… Ты заметила, что так долго, не ругаясь и не огрызаясь, мы с тобой никогда не говорили?

Надя поняла, что всё это выворачивает на линию «о них». Она поднялась, подхватывая свою сумку.

– Думаю пора заканчивать, чтобы не начать снова.

Гера перехватил её, но Надя успела увернуться. Похоже, рефлекс начал вырабатываться.

– Я пойду.

– Могу отвезти.

– Не хочу… – она вздохнула, – просто, мне нужно обо всём подумать.

Гера не стал останавливать или идти следом. Надя вздохнула с облегчением, оказавшись на улице.

Наде нужно было всё обдумать.

Гера вывалил на неё информацию одним скопом, и она до сих пор не могла её усвоить. Слишком много всего, слишком много открытий, но от этого как будто ничего и не изменилось. Земля не перестала вращаться, а её сердце не перестало бить тревогу в его присутствии. Она не могла упасть в его объятия со словами «как хорошо» несмотря на то, что Гера чуть ли не через каждое свое слово говорит о том, что испытывает к ней чувства.

Домой Надя буквально приползла, от тонны мыслей и Гериных издевательств над телом на физ-ре.

Бабушка и мама были на кухне, и первая давала ценные указания по тому, как готовить вкусную солянку. От запаха даже желудок скрутило, как хотелось попробовать. Они её не замечали, пока Надя не поздоровалась.

– Судя по всему вас там, на учителей физкультуры учат, – заметила бабушка, посмотрев на её спортивный костюм и вид, будто она стометровку бегала на время целый час.

– Ага, – Надя буквально повисла на шее у матери, от усталости.

– Надя ты меня раздавишь, – усмехнулась мама.

После того как Надя рассказала, что Гера признался ей в чувствах, она ничего не говорила, кроме того, что и раньше: «От Геры нужно держаться подальше!», а бабушка только удивилась и посоветовала просто наблюдать.

Всему этому можно было бы следовать, если бы Гера не путался под ногами. А он всё делал специально, наверняка и лёг бы перед ней, чтобы она об него споткнулась, поэтому изображать каменное лицо и игнорировать не получалось. Нигде. Ни в голове. Ни в сердце. Но отчего-то маме и бабушке она об этом рассказать не могла.

Мама Геру не переносит, а бабушка недостаточно хорошо знает.

– Кстати, Сергей не отвезет меня завтра в аэропорт? – напомнила бабушка.

Надя прикрыла глаза, она забыла, что бабушка не могла остаться с ними. Она уже неделю ныла о своих фиалках на подоконниках. Даже мама, казалось, что не хотела, чтобы бабушка уезжала. А Сергей не отвечал на её звонки, что немного обижало.

– Может, ещё на неделю задержишься? – умоляюще спросила Надя.

– Нет, – вздохнула бабушка, – надо ещё дела дома сделать, и может, к новому году приеду, или лучше вы ко мне. Все втроем.

Надя не сразу поняла, что за «трое» и Геру примеряла и Сергея, но видя, как мама напряглась – поняла.

– Он к вам не имеет отношения Зинаида Прокофьева, так что не нужно…

– С возрастом, Ника ты становишься только хуже, – качнула головой бабушка, – я же не со зла, ну тебя.

Махнула она рукой, и повисло напряжение. Надя вздохнула, присаживаясь рядом. Она и сама как бывший отчим, о ребёнке только на словах знала. А ведь и правда в доме ничего не было, словно и не готовились к появлению малыша. Занятые своими проблемами даже не заглядывались на детские вещи. В чем-то Гера и прав, им всем нужно понять одно – скоро появится новый человечек. Который будет требовать и тепло, и ласку, и любовь.

Бабушка мешала суп, когда мама вдруг отмерла и произнесла:

– Я хочу, чтобы Миша вновь появился в моей жизни.

Надя приоткрыла рот, желая, сказать что-то ободряющее, но бабушка её опередила.

– Имя хорошее, – полуобернувшись, отметила она.

Надя кивнула. Конечно хорошее, потому что это имя папы.

– Это я к тому, чтобы вы потом. Зинаида Прокофьевна меня ни в чем не обвиняли.

Бабушка вздохнула.

– Миша отличное имя для парня, и означает – подобный Богу, это лучше, чем модное нынче, Святогор или Ярополк.

Надя поймала взгляд мамы, которая будто искала одобрения. И она вновь подскочила, чтобы обнять её.

– Давай завтра сходим в магазин и что-нибудь выберем для него?

– В магазин…

Надя пальцы за спиной скрестила:

– Я провожу бабушку и не пойду на занятия, а сходим с тобой в «детский мир» и посмотрим, может нам что-то понравится.

Мама выглядела озадаченной и в тоже время взволнованной. За эти шесть месяцев она ещё ни разу не выглядела счастливой, а сейчас будто оживилась.

И разговор сразу перетёк в оживленную тему, про беременность. Бабушка делилась своим опытом, а мама своим про неё. Слушая, их Надя уверялась в мысли, что рожать, точно никогда не будет.

После ужина, она немного поработала над заказами, а потом снова решилась позвонить Сергею. Почему-то о Гере хотелось поговорить именно с ним.

Надя потерла руки о домашние брюки и запарившись в ванне набрала номер Сергея. Тот ответил не сразу, она даже подумала, что снова не дозвониться.

– Привет, Наденька, – услышала она его заспанный с хрипотцой голос.

– А, привет, ты не отвечал, я думала… прости, если помешала.

Невнятно тараторила Надя. Ей в эту секунду вдруг показалось, что она сама делает, что-то неправильно.

– Да нет, всё нормально, а ты как? Наш Ромео тебя не заездил?

Надя нервно хохотнула. Значит он в курсе? Значит, он понимает?

– Да, Гера берет тараном, если по-другому не получается.

Сергей вздохнул и словно засмеялся, но может ей показалось. Надя подумала, что слишком остро хочет почувствовать его эмоции. Нет, она не хотела его любви, но ей хотелось знать, что друга она не теряет.

– Что-то случилось? – наконец-то, Сергей первым спросил, то, что Надя никак не могла сформулировать.

– Бабушка завтра уезжает и я… в общем ты мог бы помочь мне её отвести или… если не можешь. То ничего страшного…

– Надя, а тебе точно нужен я?

Она замялась. Ну, уж точно не Гера.

– А кто?

Сергей усмехнулся.

– Ладно, хорошо, я заеду завтра, во сколько?

– В двенадцать, но нужно за час приехать.

– А как же твоя учеба?

Надя скривилась в отражении зеркала, вспоминая о своих одногруппницах. Прогуляет один день, ничего не случится. На собрании говорилось, что разрешено до двух прогулов без уважительной причины, на всё остальное требуется подтверждение.

– Прогуляю.

– Только начало, а ты уже отлыниваешь, – шутливо пожурил Сергей, – хотя если бы я не прогуливал был бы сейчас, строителем.

Надя засмеялась и немного успокоилась. Именно это ей было нужно.