Глава 29

В зале повисает такая оглушительная и напряжённая тишина, что её можно ножом резать. И я пару минут просто наслаждаюсь произведённым эффектом. Абсолютно таким, как мы и ожидали. А это пьянит, оказывается. Играть реакциями окружающих.

На мне сосредоточены теперь все взгляды. Ошарашенные, изумлённые, и даже… яростные. Дядя тоже показательно и весьма правдоподобно хмурит брови.

– Сандэра?!! – первым не выдерживает покрасневший от возмущения Биарнэ. Он даже упирается ладонями в стол, подаваясь вперёд, словно обратно встать собирается. – Вы, ваше величество, хорошо подумали?! Или издеваетесь над нами? Если отцовская кровь в вас настолько сильна, что вам нужен оборотень в мужьях, так берите вот этого, – он грозно тычет пальцем в сторону Синна. У того даже бровь удивлённо дёргается.

– Позвольте, Биарнэ, – вклинивается явно вспотевший и даже чуток посеревший Хатрил. – Что, значит, берите этого? – он поворачивается ко мне. – Ваше величество, советую не спешить со столь важным решением. Вы замечательно справляетесь со своими обязанностями, мы вас во всём поддержим и поможем. В вашем срочном замужестве нет никакой нужды.

Вот как они интересно заговорили. Сколько всего узнать можно, выбив из колеи своих советников.

– Правда? – склоняю я голову набок. – А не вы ли поддерживали советника Биарнэ, когда он настойчиво рекомендовал мне найти себе консорта?

– Так ведь речь шла о консорте, – дёргает Хатрил щекой, бросая напряжённый взгляд на Синна. – И уж никак не о супруге, который будет править вместо вас. 

– Конечно, – саркастично улыбаюсь я. – Если вместо меня начнёт править муж, как же тогда сможет править Совет? – И прежде чем, задохнувшийся лорд успевает мне что-либо ответить, перевожу взгляд на главу Ковена, уже успевшего почти вернуть себе бесстрастный вид. – Магистр Делберт, а вы что же, не выскажетесь по поводу моего решения?

– Я бы для начала хотел услышать, что по этому поводу думает советник Верр, ваше величество, – довольно спокойно отвечает мне маг. –  Его ваше решение… устраивает?

– А почему оно должно меня не устраивать? – невозмутимо тянет Синн, на котором опять скрещиваются все взгляды. Улыбается саркастично. – У оборотней, конечно, принято бороться за женщину, но выбирает в итоге всегда она. Либо не выбирает… если хочет получить больше.

Это на что он намекает? Я от неожиданности едва сама не теряю положенную моей роли маску. Но мой любимый и бессовестный интриган уже перехватил инициативу, и мне теперь только и остаётся, что держать лицо, слушать и наблюдать за советниками.

– И если уж мне дали слово, – хмыкает младший брат моего предполагаемого жениха. – То я как раз хотел бы сообщить ещё кое-что. Не возражаете, ваше величество?

– Говорите, советник, – киваю я благосклонно, соблюдая серьёзный и важный вид.

– Благодарю, ваше величество, – Синн манит пальцем моего секретаря, и когда тот подходит, осторожно забирает у него ларец, позволив наконец бедняге Кифу выдохнуть с облегчением. – Итак господа советники, ни для кого из вас не секрет, что против королевской власти рода Эббони плетётся заговор, истоки которого идут ещё со времён королевы Милрэт, а главный зачинщик до сих пор не вычислен.

Я вижу, как дёргается что-то сказать Биарнэ, но встречается взглядом с Синном и умолкает, задумчиво хмурясь. Сидящий напротив него Хатрил же явно старается вернуть себе самообладание, но его выдают слегка подрагивающие руки, которые советник даже прячет под стол. Делберт же наоборот не скрывает, насколько обеспокоен услышанным. И лишь Уордэн ведёт себя… неестественно спокойно.

– Только главный? – ровно интересуется глава Ковена.

– Да, – кивает уверенно Синн. – Но прежде чем я озвучу детали расследования, требую от вас, уважаемые коллеги, принести дополнительные клятвы о неразглашении. Ничего из услышанного и увиденного в этом зале, начиная с этого момента, не должно быть разглашено вами никаким из возможных способов.

Он обводит тяжёлым взглядом всех собравшихся и советники друг за другом с разной степенью неохотности вскидывают руки и чертят в воздухе символы магической клятвы, произнося закрепляющее: «Клянусь»

– Благодарю, – поднимается со своего места Синн. – Что ж. Нам с её величеством уже доподлинно известно, что ключевыми действующими лицами в заговоре являются трое магов, сумевшие совместно создать уникальную схему заклинания, вплетённого в своего рода артефакт, позволяющий подчинять нужных преступникам личностей.

Оборотень принимается неспешно проходиться по залу, за спинами сидящих советников, отчего те явно чувствуют тщательно скрываемый дискомфорт.

– Менталист. Артефактор. Некромант, – гранитной плитой роняет каждое слово Синн. – Сбежавший из Академии Драмор определённо является нужным нам артефактором. Личность некроманта уже тоже вычислена благодаря содействующим нам спецслужбам Верриды. Задержание этих двоих – дело лишь времени.

На этой фразе он останавливается напротив меня, в другом конце большого стола рядом с Делбертом и Уорденом, и проходится сканирующим взглядом по лицам всех за этим самым столом.

– А принц? Разве он не задействован? – и снова вопрос прилетает от главы Ковена. Маг заинтересованно смотрит сначала на Синна, а затем и на меня.

– Только, как марионетка в умелых руках, – мрачно сообщаю я, сжимая кулаки. – К сожалению, я не смогла уберечь брата от беды. Преступники подобрались к нему, действуя подло и низко, подложив под юного неопытного принца невинную девушку, и воздействуя через неё на его разум и сердце.

Мне кажется, или веко Хатрила дёргается?

– Как видите, наибольшая проблема состоит в том, чтобы вычислить именно того, кто затеял всё это глупое непотребство со свержением истинных Владык Эббони с трона, – презрительно усмехается Синн. – Нам нужно найти менталиста. Это мерзкое ничтожество, которое ради своих убогих целей не брезгует превращать совсем ещё юных мальчишек в подобие умертвий, того, кто настолько жалок сам, что действует руками глупых девочек, и сотен послушных и сломленных марионеток. Мы ищем того, кто своим безумным умишком не способен понять, на что будет обречён Эббон, если род Эббони исчезнет с лица нашего мира.

При упоминании мальчишек-умертвий Биарнэ сжимает челюсти так, что скрежет зубов я даже отсюда слышу. Его младший сын до сих пор находится в госпитале и целители лишь руками беспомощно разводят.

– Мне кажется, глупо и самонадеянно так говорить о противнике, которого вы даже вычислить не в состоянии, советник Верр, – внезапно подаёт голос Фэлиз Уордэн. Он говорит совершенно спокойно, но выглядит как-то слишком странно. У него даже глаза стеклянными теперь кажутся. Подозрительно знакомое явление. 

Я бросаю короткий взгляд на Синна, чтобы понять, заметил ли он изменения в облике советника по делам финансов и торговли. Но мой главный безопасник в это время наблюдает совсем за другим человеком. Ульрэном Хатрилом.

– Может быть, советник Уордэн, – тянет задумчиво Синн, словно невзначай возобновляя своё движение и направляясь именно к интересующему его советнику. И продолжает вышибать дух из моих вельмож своими откровениями: – В любом случае, это ненадолго. Уже до конца сегодняшнего заседания королевского Совета мы будем знать, кто он.

В этот момент оборотень как раз оказывается позади Хатрила, и его глаза хищно прищуриваются. Тот же усиленно изображает невозмутимость, стараясь даже не шевелиться. И не дышать. Вот только природные реакции организма на переживаемые эмоции так просто не остановить… и не спрятать. Особенно, когда прячешь их от оборотня.

– И чем же обоснованно ваше заявление? – заинтересованно спрашивает Делберт, подаваясь вперёд.

– О, теперь мы переходим к самому главному, – усмехается Синн. – Разыскиваемому нам преступнику до сих пор удавалось скрываться от правосудия лишь потому, что он замаскировал свои неординарные ментальные способности и всё это время пребывал в тени, действуя через своих марионеток и подельников. Все мы знаем, что ментальный дар работает несколько по-другому, чем другие магические умения. И его усмотреть в магической ауре сложнее всего. Но есть один способ совершенно точно определить не только наличие ментальных способностей, но и их уровень.

– Это какой же? – всё-таки не выдерживает Хатрил и оборачивается к стоящему позади него хищнику.

В ответ главный безопасник Эббона лишь зловеще и клыкасто ухмыляется, заставив всех, кто на него в этот момент смотрит, опять нервно поёжиться. Особенно Хатрила.

– В моей семье всегда приветствовались разнообразные магические изыскания, – принимается рассказывать мой оборотень, оставив Хатрила в покое до поры до времени и направляясь к своему месту за столом. – Особенно среди младших братьев и сестёр главного наследника. Так тысячелетия назад была изобретена методика создания доспехов-артефактов, одним из которых является Зирх рода Эббони. Так было создано множество других мощных и поразительных артефактов, которые тайно хранятся в роду Верров, и служат на благо народу Верриды.

Синн опускает руки на ларец, задумчиво поглаживая тёмное дерево. И все советники теперь уже напряжённо буравят взглядами эту вещицу, вовсю гадая, что же в шкатулке, и внимательно слушая представителя этого самого рода Верров.

– И вот мы возвращаемся к решению, принятому её величеством, – продолжает он. – Мой брат очень обеспокоен тем, что кто-то желает убить его невесту. И он, как глава рода Верров, поручил мне воспользоваться одним из наших родовых артефактов, дабы выявить предателя среди окружения своей будущей жены и императрицы Верриды, её величества королевы Эббона Аеталь. Этот артефакт находится в этом ларце. И он доподлинно определит, кто из присутствующих здесь в зале, тот самый менталист.

– В этом кабинете? – вскидывается Биарнэ, грозно приподнимаясь в кресле. – Ты уверен, Синнард?

– Абсолютно, Вайерд, – отвечает ему Синн мрачно. – Тот, кто управлял ещё королём Вальдаром, совершенно точно находится здесь, в этой комнате.

– Это неслыханно! – взвивается Хатрил. – Вы пробрались в совет, втеревшись в доверие нашей молодой и неопытной в любовных делах королеве, склонили её к этому вопиюще-неприемлемому решению и теперь пытаетесь очернить добрые имена тех, кто служил Эббону верой и правдой долгие годы. Я протестую! Ваше величество…

– Молчать! – обрываю я на полуслове разошедшегося советника, от души хлестнув пространство своей силой, поднимаясь на ноги и напоминая, с кем они имеют дело. – Неслыханно, советник Хатрил, то, что вы позволяете себе сомневаться в слове своей законной королевы. И оспаривать мой приказ. Против чего вы протестуете? Против вполне закономерной проверки? После того, как принц попал под воздействие и сбежал? После того, как меня едва не взорвали в мирном городе Ладвике, а возле артефакта в Хейне была устроена целая засада?

– Что-то ты, Ульрэн, действительно сильно разошёлся, – наблюдая исподлобья за Хатрилом и сжимая огромные кулачищи, произносит мрачно Биарнэ. – Не отвалится у тебя ничего, если пройдёшь ты эту проверку. Как и у остальных нас. Я вот не боюсь, мне нечего скрывать. Давай Синнард этот свой артефакт, разберёмся наконец, кто есть кто за этим столом.

– Поддерживаю, – спокойно кивает Делберт.

– И я, – роняет дядя.

– Как видите, советник Хатрил, даже если бы я выносила этот вопрос на голосование, вы были бы в меньшинстве. Поэтому именно вам и проходить эту проверку первым, – мрачно усмехаюсь я. – Советник Верр, можете приступать.

Невозмутимо кивнув, Синн открывает ларец. Опускает в него руки, обхватывая лежащий на подушке мерцающий льдистым сиянием венец, будто сплетённый из стальных колючих лоз.  

И в этот момент советник Уордэн отодвигает стул и медленно поднимается.

– Убей, – шипит Хатрил, и Фэлиз, ощерившись и рыча, как обезумевший зверь, стремительно бросается ко мне через всю комнату.

А следом нас накрывает ментальной ударной волной такой силы, что даже с защитными артефактами Синна, и нашими совместными щитами, я всё равно ощущаю её сокрушительную мощь.

– С Урдэном справлюсь, – гаркаю дёрнувшемуся в мою сторону Синну и встречаю обезумевшего советника купольным щитом, на который он налетает со всего разбегу. Чтобы через миг получить в лоб разряд молнии и безжизненной тушей осесть на пол у моих ног.  

В это же мгновение падает на колени позади меня Киф. Я слышу, как рычит раненным медведем Биарнэ, вижу, как дрожат вскинутые щиты бледного но поднимающегося на ноги магистра Делберта, как заваливается на стол дядя Торалд, зажимая ладонями уши, из которых ручейками струится кровь. 

А эта тварь, которую мы так долго не могли вычислить, уже стремглав несётся к выходу.

Заклинание Синна настигает его в паре шагов от двери. Хатрила отбрасывает от неё, припечатав о стену с такой силой, что тот сползает наземь поломанной грудой костей. И всё равно пытается встать, харкая кровью.

– Ульрэн Хатрил, вы задерживаетесь по обвинению в государственной измене, – чеканит глава госбезопасности, стремительно приближаясь к поверженному менталисту. – Если проявите благоразумие и сдадите своих подельников, ваша казнь будет милосердной.

В ответ слышится лишь безумный хриплый смех.

– Так я тебе и сдал всех, мерзкое животное, – скалится разбитым ртом Хатрил. – Думаешь, ты победил и будешь править вместе со своей ручной Эббони? Аха-ха-ха, ты проиграл Верр. Вы все проиграли. Моя смерть ничего не решит. Это уже не остановить! Эббон утонет в крови.

– Посмотрим, – фыркает Синн, вздёргивая его за шкирку на ноги.

Хатрил кривит губы, бросает на меня ироничный взгляд, а в следующий миг странно прикусывает щёку. Конвульсивно вздрагивает всем телом и уже через секунду бесчувственной тушей повисает в хватке оборотня, роняя кровавую пену из перекошенного рта.

– Бесы! – рявкает Синн, встряхивая бывшего советника, но тот уже само собой никак не реагирует. Лишь голова безвольно запрокидывается, являя нам синюшное и одутловатое лицо.

– Что, сдох подонок? – мотая головой, подходит к ним Биарнэ. Осматривает хмуро тело Хатрила. – Ну, туда ему и дорога. Голову змее вы наконец отрубили, – вояка поворачивается ко мне, вскидывая густые брови. – Занимательное заседание Совета сегодня получилось. У вас больше никаких новостей нет, ваше величество?

– Есть одна, советник Биарнэ, – устало опускаюсь я в своё кресло. – Насчёт императора Сандэра я пошутила.