269. Эпилог Майлз. Верный клятвенник
С бескрылым, я управился быстро. Не стал дожидаться, когда он впадет в ступор от перехода в аллод, а сразу ментально приказал ничему не удивляться, держать всё увиденное в тайне, ткнул в ближайшее от двери помещение указав, тянуть свои верёвки туда, и на всякий случай велел, если услышит драку забиться в угол и затаиться.
Я остановился на лестнице. Внизу, в нашей гостиной Габриэль разговаривала с гостями:
- Нет, Рик, сначала я хочу услышать тебя. Просто расскажи, как вы там жили без меня это время. Какие события произошли? Как Эста?
Ликтор пожал плечами:
- С Эстелой всё хорошо. Когда вы утром не появились к тренировке, дон Мойра публично объявил её своей младшей невестой, с вашего ведома и благословения. И забрал под свою опеку.
Моя женщина покосилась с подозрительностью на Мойру, но вопросы продолжала задавать именно Сварожичу:
- Объявил? А она что?
- А что? Она же нам сама тогда, помните, на парапете рассказывала, что пошла с доном в постель. Что сама так захотела. Так что я знал про этот её выбор. Я к ней еще ребят дежурить приставил на всякий случай, но у дона Мойры и свая охрана хорошая.
Мойра всё-таки не выдержал и вставил свои комментарии:
- Всем известно насколько она тебе дорога и тут она осталась без твоей защиты. А таким образом я смог забрать её в свои комнаты и обеспечить круглосуточную охрану. Так безопасней. Она посещала все занятия, была рядом со мной на важных встречах и даже со всеми своими «друзьями» встречалась. Через час ты сможешь с ней поговорить. Она всем довольна.
Габриэль задумалась, но потом кивнула, принимая такой ответ, и снова обратилась к Сварожичу:
- Что ещё случилось?
Он задумался:
- Валефара, кажется, раскрыли. Паньгу уже множество слухов приносил, многие знают, что это Диевас.
Я напрягся. Моя женщина тоже:
- И что?
- Да ничего вроде. Пока тихо. Да и чему бы происходить? Вы всё правильно тогда сказали, он преданный защитник своего дона. Да и он ведет себя скромно, как полагается сеньору. Ревностно оберегает Асмодея и его свиту. На заседаниях претендующих на власть только один раз забылся и начал говорить, но Тенгри его быстро поставил на место, и больше Диевас в разговор не вступал.
Моя женщина приподняла бровь:
- А ты лично присутствовал на заседаниях претендующих на власть?
Сварожич кивнул:
- Да, каждую пятницу. Тенгри объявил, что по сенатскому регламенту в неспокойное время каждый сенатор может приходить на заседание в сопровождении двух ликторов. А так как он представляет вас, как секретарь, то ему тоже полагается такая охрана. Я не стал спорить. Ему видней. Так что мы там его охраняли. А Диевас Асмодея. Многие доны с ликторами ходили.
Я оперся на перила, усмехнувшись: Михаэль боялся за свою жизнь и нашел способ получить охрану? Моя женщина, даже не видя меня, отразила эту усмешку:
- А как вообще Тенгри? Справился с обязанностями, которые я на него возложила.
Сварожич с надеждой взглянул на Мойру, видимо полагая, что на этот вопрос лучше отвечать ему. Но тут моя женщина права, лучше изначально выслушать именно полностью преданного, пусть и не сведущего в большинстве вопросов клятвенника. Он даже не знает, что нужно скрывать.
- Да нормально вроде. Я не знаю, как должен вести себя секретарь диктатора. Напоминал донам про правила, законы всякие. Это ведь правильно? Законы это важно.
В разговор вклинился Мойра:
- Отвратительно он себя вёл! Правила правилами, но прилюдно тыкать в них дона, или даже великий меч недопустимо. А он чуть ли не через заседание попрекал Асмодея, указывая на разные законы. Даже когда тот крылья всей академии показал, не перестал! Мы по ползаседания тратили на эти препирания.
Я довольно усмехнулся. То, что два великих меча при взаимодействии рождают споры и, скорее всего, вытаскивают новые знания и идеи из окружающих это известная мне особенность крыльев. Я видел это в каждом соприкосновении Габриэль и Карима. Но тут получается что Мойра Михаэля, кажется, не разгадал. И, в отличие от меня, доверия Габриэль чтоб быть просто посвящённым в эту тайну, не заслужил. Такая явная разница чуть поправила мне настроение.